— По-большому счету мы к вам претензий не имеем, Хвостов, но как свидетель вы формально нам можете понадобиться.
— Рад за вас. Но не за себя. Если узбекский гражданин прирезал доктора Крылова и собирался тоже самое проделать со мной, почему бы ему не зайти на новую попытку?
Но капитан Буераков, конечно же, понял меня превратно.
— С чего это вы чувствуете такое неудобство? Вы что, в чем-то замешаны, Хвостов?
— Только в том, что вместе с доктором Крыловым исполнял приказы, воинский долг и тэдэ и тэпэ.
— Сдается мне, что абреки не станут резать всех подряд, или уж, по крайней мере, начнут не с вас с доктором Крыловым, — тонко заметил Буераков.
А что, убедительно звучит. Если уж мстить, то первым делом не врачу и железнодорожнику, а каким-нибудь спецназовцам.
Может, майор Крылов, действительно, влип в некую денежную историю, ну и поскользнулся на скользком месте. А я просто попался киллеру под горячую руку.
Когда я добрался из РУВД домой, то обнаружил, что после ментов у меня опять были гости и здорово пошмонали. Впрочем, пропали только «Записки военного железнодорожника» и «Воспоминания военврача» в первом и единственном экземпляре.
Я опустился на коврик посреди этого разгрома. Не исчезновение бумажек меня опустило, написать-то я могу еще много раз и каждый раз много лучше.
Расстраивало то, что я попал в центр недружественного внимания.
Единственное, что связывает убитого майора Крылова и свистнутые у меня литературные произведения — это рассказ о «хрональном кармане».
И этот печальный рассказ может быть известен именно тем бородатым пленникам, что подслушивали нетрезвую болтовню доктора в полевом госпитале. Тогда охота должна вестись именно за Крыловым, мной и, возможно, Кукиным.
Это мне совсем не понравилось. Не люблю такое пристрастное отношение к своей персоне. На войне я все-таки находился в гуще соратников, у нас была взаимная заводка, всей кучей мы бились с врагом и не особо горевали. А когда случалось психануть из-за дерьмовой службы, то шмалял я из автомата по окрестным кустами и это действовало получше любого транквилизатора…
Скорее всего, охоту организовал Абубакар. Он ведь там, на койке, активно шнырял глазенками и шевелил ушами.
Стоп. Так, значит, Абубакар воспринял всерьез всю эту историю о золоте рейха, попавшем в «хрональный карман». Однако чего вдруг?
Может, Абубакар имеет какую-то дополнительную информацию? Только где он мог почерпнуть ее? Не в «Хроноскафе» ли, бывшем институте системы ГБ, ставшем акционерным обществом?
Надо срочно туда проникать, выдергивать на солнышко упомянутого генерала Бореева и вообще подбирать там все, что плохо лежит.
Опять стоп. Неужели я такой герой, чтобы конкурировать с бандформированием по части реальных или мнимых сокровищ? Скажем прямо — я еще не такой герой. И вообще я к себе хорошо отношусь, жалею себя, уважаю. Потому что больше некому этим заниматься. Вот кабы вырос я во дворце и фамилию бы имел — принц Уэльский, тогда точно проявлял бы героизм и самоотверженность.
Но в любом случае надо уматывать из дома, пока не поздно. Здесь же я как кенар в клетке. И неплохо бы предупредить о грозящей «заднице» недавно дембельнувшегося Кукина — а он у нас свердловский житель.
Напрасно потерял время, накручивая Колин телефонный номер — наверное, парнишка щупает сейчас женский пол на какой-нибудь вечеринке, ведь в Екатеринбурге на два часа больше чем здесь.
Я за девять с половиной минут собрал шмотки в вещмешок, аккуратно распахнул дверь и вымелся на лестничную площадку. Сразу стали слышны шаги — кто-то спускался сверху. Я живу на пятом этаже, все, кто выше меня, пользуются лифтом для перемещения вниз. Значит, это персонально ко мне торопятся.
Я бросился по ступеням вниз и как раз с первого этажа двинулся лифт. В моем доме лифтовая шахта решетчатая, а у кабины застекленные двери. Поэтому в этом своем полете на улицу я успел заметить рожи тех, кто ехал в лифте. Уроженцы гор, кавказоиды, крепкие почти квадратные ребятки. Ой, нездорово это, у меня даже перочинного ножика нет.
В парадной злодеи отсутствовали и у меня немного отлегло от сердца. Но едва я сошел с крыльца, откуда-то сзади послышался голос с характерным южным акцентом.
— Эй, разгавор есть. Стой, каму сказал!
Я прибавил ходу, чувствуя неприятные ощущения в спине — неужто сейчас этот тип выстрелит? Однако сзади вместо выстрелов раздались звуки ударов и резкие выдохи. Я превозмог себя и обернулся.
Натуральный двухметровый Коля Кукин укладывал на мостовую джигита, который совсем обмяк.
— Я вовремя подоспел, старлей, — радостно скалясь, сообщил экс-десантник.
— Это точно, теперь тебя никто не обидит, — я подошел к дверям парадной и как раз сверху донеслись звуки выстрелов. Первый, второй, третий. Сейчас пальба меня не слишком расстроила, ведь будем мы теперь с Кукиным делить всю подлянку пополам.
— Извини, Коля, что не могу пригласить домой и даже предлагаю срочно удалиться. В моей квартире сегодня слишком тесно.
— А кто там у тебя в гостях? — поинтересовался приятель, которого я усердно тащил за рукав.
— Те, кто приехал сверху и те, кто снизу. Они уже приходили в гости к доктору Крылову. Поэтому майор теперь на небе проживает. Похоже, чей-то пристальный интерес к нашим трупам связан с памятным разговором в полевом госпитале, — отозвался я, усердно вращая головой: нет ли «хвоста».
— А я-то думал тогда, что доктор нас потешает, — поделился Коля. — И сейчас так считаю. Из-за чего тут заводиться? Непонятно.
Ненадолго глаза Кукина стали рассеянно-грустными. Десять секунд заняло его прощание с майором Крыловым, и не потому что времени жалко стало. Просто надлежало по-быстрому сделаться сосредоточенным и веселым, ведь где-то поблизости бродила непонятная угроза.
— Ты-то как здесь оказался, Николай? — уточнил я.
— Так ты же приглашал, Егор Саныч.
— Тоже правильно. Как там дела у тебя. Наверное, хорошо?
— Да чуть не женился. Познакомился в киношке с одной смугляночкой, казашкой или может узбечкой по имени Зухра, то есть Венера по нашему. Глазищи — во! как маслины на блюдце. Титьки, как снаряды, ножки, по счастью, не кавалерийские. Она искренний интерес ко мне проявляла, насчет службы особенно выспрашивала. Она, конечно, диковатая была. У меня по части книжек небольшой культурный багаж, а у Зухры — вообще по нулям. Видно, в своем ауле не много образования отхватила. Впрочем, на постельные дела у нее эрудиции хватало. И что любопытно, я к себе домой затащить ее не мог, мы все по хатам ее подружек таскались. Я так и не понял, где она обитает. Ну и…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
