Мадса от воспоминаний. Входная дверь открылась, и из нее, приподняв полицейскую ленту, вышел молодой человек с портфелем через плечо и с чемоданом на колесиках.
Опять этот турист!
На молодом человеке была надета кожаная куртка, явно не по размеру. Она висела словно мешок.
На нем же было пальто? удивился Мадс. Модное такое. С широченными плечами, узкой талией, высоким поднятым воротником.
Следом за молодым человеком из магазина появилась высокая и худая девушка с длинными черными волосами. Поверх теплого свитера на ней была накинута джинсовка.
Наконец, третьим вышел мужчина лет тридцати пяти в жилетке и с полицейским жетоном на поясе, который раньше уже выходил покурить на ступеньках. Он что-то сказал одному из двух полицейских в форме, дежуривших у входа, и тот, кивнув, отправился сопровождать молодых людей. И очень кстати – репортеры уже подбежали к ним с вытянутыми микрофонами и видеокамерами. Полицейский уверенно отбил атаку, и все трое быстро зашагали в направлении Нёррепорта.
Сам мужчина в жилетке остался у входа покурить. Он, кажется, уже собрался было перекинуться парой слов со вторым полицейским в форме, но передумал.
К магазину прибыла команда криминалистов в белых «скафандрах».
Глава 5
Купер был уверен, что выглядит нелепо. Ему казалось, что все прохожие только и делают, что пялятся на безвкусно одетого молодого человека.
Линдеберг забрал пальто на экспертизу. Кто знает, может быть, по составу вещества на воротнике удастся выйти на след убийцы профессора? За ту неделю, что Купер собирался пробыть в Копенгагене, пальто ему обязательно вернут – так пообещал Линдеберг. Но более точных сроков окончания экспертизы назвать, к сожалению, не смог. Зато он любезно предложил Куперу свою кожаную куртку. Сам он, по его словам, поедет домой на автомобиле, который припаркован неподалеку, поэтому стесняться и отказываться не следует. Вот только подвезти не сможет, так как нужно еще поработать на месте преступления вместе с криминалистами. А куртку Купер вернет, когда зайдет в полицию за своим пальто.
– Хорошего вам дня! – сказал сопровождавший Купера с Идой полицейский.
Репортеры их больше не преследовали.
Полицейский, развернувшись, зашагал обратно к магазину.
Молодые люди стояли теперь одни у Coffee Industry, возле которого на Купера было совершено нападение. Ему стало немного не по себе.
Что если опять?
Впрочем, Линдеберг уверял, что беспокоиться незачем. Круглосуточная защита предоставляется полицией только в тех случаях, когда имеются весомые основания. Предполагаемый убийца профессора напал на Купера разве что для того, чтобы не дать информации распространиться. Чтобы никто не узнал, что была обнаружена книга из личной коллекции великого сказочника Андерсена, да еще и с его автографом. Ведь эта информация является ключом к мотиву убийства. Однако теперь, когда Купер пообщался с полицией, предполагаемый убийца наверняка потерял к нему всякий интерес.
– Ты пиццу будешь? – спросила Ида. – Есть тут одна пиццерия по пути.
– Что? – Он пребывал где-то глубоко в своих мыслях. – А, да… отлично, давай!
Вопрос с жильем был улажен еще в магазине, как и вопрос с курткой.
Конечно, ехать в дом покойного и жить там с его вдовой, которую он к тому же едва ли знал, было бы странновато. Услышав, что Купер завел со следователем речь о гостиницах, Ида предложила другой вариант. Вместе со своими друзьями-студентами она арендовала многокомнатную квартиру буквально в двадцати минутах пешком. И там сейчас пустовала комната. Зачем тратить бешеные деньги на гостиницу, когда можно отдать какую-то часть им и жить целую неделю в самом центре?
Это был один из тех самых kollektiv, про которые Купер столько раз слышал. Своеобразный отголосок датских коммун эпохи хиппи. И очень популярная форма совместной аренды жилья среди современных студентов Копенгагена. Да, для подселения к «коллективу» нового члена требуется одобрение кандидатуры всеми его участниками. Однако Ида была уверена, что раз речь об одной неделе, то проблем с этим не возникнет.
Купер сразу же уточнил две вещи. Точно ли у него будет своя комната, которая не стает проходным двором? И точно ли ему не придется в эту неделю готовить на всех на кухне и делать за всех уборку? Он был наслышан о такой особенности «коллективов». Получив ответ «точно» по обоим пунктам, Купер с облегчением вздохнул, спросил про стоимость и согласился.
…После кафе, возле которого их покинул полицейский, они повернули налево и прогулялись вдоль домов, выходящих на пешеходную площадь, до самого ее конца. Затем пересекли узенькую улочку Нёррегаде и почти сразу уперлись в расположенный под острым углом к ней проспект Нёрре Вольдгаде.
Вход в пиццерию находился на углу.
Внутри, несмотря на вечер, было немноголюдно. Устроившись поудобнее, они изучили меню и решили заказать одну большую пеперони на тонком тесте на двоих.
Куперу довольно быстро принесли капучино, а Иде зеленый чай.
– Это твой кот в книжном хозяйничает? – поинтересовался Купер, отхлебнув кофе. – Черный такой, ему еще на фитнес давно пора абонемент купить.
Ида улыбнулась.
– Его зовут Портос. Подобрала на улице. Ну, сначала у меня жил, а потом владелец магазина предложил там его поселить. Я рассказала как-то про своего толстого кота, вот он и придумал такое. Как оказалось, посетители очень хорошо реагируют, создаёт уютную домашнюю атмосферу. Продажи даже заметно вверх пошли.
– У вас тут, я смотрю, бездомные коты неплохо питаются.
– В смысле? А, нет. Он же «Портосом» позднее стал. Когда подобрала, был кожа да кости. Почти как я. – Ида засмеялась, обнажив белые зубы. – Наверно, всё никак не может поверить, что на улице уже не окажется. Ест как не в себя.
– Ясно, – сказал Купер. – Но ты всё же с ветеринаром поговори. У меня один из мейн-кунов тоже повадился обжираться. Так я ему специальную «умную кормушку» купил. Хочешь достать еду – будь добр поработать мозгами и лапами.
– У тебя несколько мейн-кунов?!
– Двое. Второй не такой обжора. Но зато любитель в пять утра носиться по квартире как ненормальный. С этой проблемой пока не придумал, что делать.
Ида, улыбнувшись, кивнула:
– Я подумаю об умной кормушке. Спасибо.
Оба минуту-другую пили напитки молча. Они сидели каждый на своем диванчике, напротив друг друга. Купер украдкой разглядывал ее лицо. Он всё никак не мог понять, какого цвета у нее глаза. В магазине ему показалось, что они светло-карие, но в этой забегаловке, при довольно ярком освещении, выглядели зелеными. Болотного цвета, решил он.
Рядом с Идой на диванчике валялась ее джинсовка. Чемодан Купера был прислонен к столу сбоку и немного мешал проходу других посетителей. Портфель стоял на диване
