Что знаю?
Что смерть – это классно!
Филипп несколько секунд смотрел на экран телефона. И в его голову полезли воспоминания о том, как они познакомились с Snake, встретившись на форуме одного сайта.
И сам сайт…
Сначала была интригующая заставка: «Людям младше 21 года, с неуравновешенной и слабой психикой, впечатлительным, беременным и кормящим женщинам – НЕ СМОТРЕТЬ И ПОКИНУТЬ ДАННЫЙ САЙТ НЕМЕДЛЕННО!»
Как можно не клюнуть на такую «антирекламу»! Филипп, предвкушая что-то невообразимо таинственное и интересное, подвел стрелку курсора к кнопке «Войти» и щелкнул клавишей «мыши».
А в следующую секунду у него захватило дух.
Там были фотографии. Много фотографий. Мужчины, женщины, дети. Убитые, умершие от болезней, попавшие в аварии. Там были все виды смерти, начиная от самых соблазнительных (обнаженные молодые женщины с неисковерканными телами) до самых ужасных (ожоги, расчлененка и тому подобное).
С тех пор как Филипп вошел на странный сайт и открыл альбом с фотографиями, смерть стала представляться ему огромным черным деревом, накрывшим своей раскидистой кроной весь мир, а эти фотографии – опавшими листьями смерти!
Он разглядывал снимки часами, пытаясь представить себе то, что на них изображено, – вернее, то, как это выглядело в реальности.
Поначалу Филипп ощущал что-то вроде стыда из-за того, что разглядывает подобные ужасы. И даже задумывался: нормально ли мальчику его лет смотреть на фотографии мертвецов? Вроде бы вся эта возня попахивает извращениями. Однако после долгих размышлений Фил решил, что в разглядывании фотографий нет ничего страшного. Ведь сам он никого не убил и не хочет убивать. В нем нет жестокости, есть только интерес, любопытство. А папа любит приговаривать, что любопытство движет миром.
Потом он познакомился с Snake. Она была такой же фанаткой сайта, как и он сам, но, в отличие от него, не видела в этом ничего постыдного.
Телефон у него в руках снова пискнул.
Как твои родители?
– спросила Snake.
Снова ссорятся. Пересказывают, кто кому и как изменял. Я их ненавижу.
Мои такие же придурки.
Вряд ли. Прикинь: мама только что угрожала подсыпать папе яд в тарелку!
А у вас есть яд?
Не знаю. Но не удивлюсь, если есть. Зная мою маму.
Так проверь!
Фил озадаченно сдвинул брови. Затем набил:
Зачем?
Чтобы знать. Вдруг пригодится?
Иногда мои родоки так меня утомляют, что я фантазирую про всякие яды
Со мной тоже такое случается
Ага. Хорошо бы иметь под рукой крысиный яд. Это вселяет уверенность!
Они все еще хотят отправить тебя в интернат?
Да. Я слышал, как они это обсуждали. Они считают, что я болен.
Дураки. Это им нужно лечиться, а не тебе. Кстати, ты говорил, что у твоей матери проблемы с сердцем.
Ага.
Возможно, у нее в аптечке есть клофелин.
Да, я что-то такое видел. А что?
Если выпить его с пол чайной ложки – откинешь копыта.
Филипп замер над телефоном, не зная, о чем и думать? Она шутит? Или говорит правду? Интересно было бы взглянуть на ее лицо, хотя бы одним глазком. Но они с самого начала договорились, что никогда не будут встречаться и высылать друг другу фотографии.
На экранчике телефона снова возник текст:
Фил, я просто болтаю. Хочешь, сменим тему?
Давай!
Ты когда-нибудь целовался с девчонкой?
Конечно! Я каждый день этим занимаюсь!
А если честно?
Один раз. Это было в прошлом году.
Экран телефона пропел трель, свидетельствующую о том, что заряд аккумулятора закончился. Затем экран погас.
– Черт! – с досадой проговорил Фил. – Опять забыл его зарядить! Интересно, где у меня зарядка?
Филипп попытался вспомнить, куда запихал зарядное устройство, но так и не смог. Ладно, как-нибудь само найдется – когда мама и папа окончательно разберут сумки и чемоданы.
Он бросил мобильник на диван и направился в прихожую.
– Мам! Пап! – крикнул он. – Я пойду погуляю по зданию!
Ответа не последовало. Родителям, как всегда, было не до сына.
2
В холле, перед лифтами, его ждал сюрприз – хорошенькая девочка-подросток с задорным симпатичным личиком. На голове у нее была вязаная шапочка, на тонких запястьях – куча браслетов.
– Эй, ты наш сосед? – спросила Филиппа девочка.
Он остановился и с любопытством взглянул на нее.
– Я Аня, – представилась она. – Можно Нюра. Мы тут будем жить с сестрами. Я, Илонка и Ника. Ну а ты?
– Я?
– Ты с кем живешь?
– Э-э… С родителями.
Девочка усмехнулась:
– Не повезло тебе. А мои родители давно умерли. Я почти не помню, как они выглядели. Тебя как зовут?
– Фил. То есть… Филипп.
– Как Киркорова? – Она хмыкнула. – Я бы на твоем месте сменила имя.
– Почему?
– По кочану. – Девочка с любопытством вгляделась в его пухлое лицо с правильными чертами. – Ты когда-нибудь целовался с девчонками? – спросила она вдруг.
– Да, – машинально проговорил он. И улыбнулся.
Девочка подозрительно прищурилась:
– Почему ты усмехаешься?
– Ты не первая, кто сегодня задает мне этот вопрос.
Аня скривилась:
– Ты такой же дурак, как остальные.
Она повернулась и пошла к другому лифту, но Филипп догнал ее и зашагал рядом.
– Почему ты обозвала меня дураком? – спросил он.
– А ты не понимаешь?
Он покачал головой:
– Нет.
– Значит, точно дурак.
– Это из-за того, что я усмехался? Так я не имел в виду ничего такого!
– Какого такого?
– Ну… Просто я немного смутился.
Аня резко остановилась и повернулась к опешившему Филиппу. Окинула его скептическим взглядом с ног до головы и сказала:
– Ты ниже меня ростом. Сколько тебе лет?
– Тринадцать.
Аня презрительно фыркнула.
– Малолетка!
– А тебе?
– Скоро будет пятнадцать. В сравнении со мной ты еще совсем ребенок.
Пришел лифт. Дверцы почти беззвучно разъехались в стороны. Аня шагнула в ярко освещенную, просторную кабину с зеркальными стенами. Филипп последовал за ней.
На осветившемся экране появилось лицо виртуальной красавицы.
– Добрый день! – поприветствовала она Аню и Фила. – Назовите мне номер этажа, пожалуйста!
– Тот, где кафе, – сказала Аня.
– Спасибо! Следующая остановка – цокольный этаж!
Двери мягко закрылись, и лифт тронулся вниз.
– Послушай, – заговорил Филипп, – может, я и младше тебя, но точно не дурак.
– Ум мужчины измеряется не возрастом, – отрезала Аня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
