оборвал усталый голос:
— Мертвецам лечение не поможет.
— Нет!
— Да. Он мёртв, принцесса Леве, смиритесь с этим.
— Ты!
Она обернулась, упёрла полный гнева взгляд в того, кто разрушил её надежду, стиснула зубы, запирая в себе клокочущую ярость. Этот человек спас её, он не заслуживает ни гнева, ни обиды, как бы ни жестоки были его слова.
Тем временем незнакомый идар, тяжело, упираясь в колени, поднялся, с трудом разогнулся и кивнул:
— Да, я, ваше высочество.
Леве непонимающе моргнула, не улавливая смысла фразы, как вдруг зацепилась взглядом за меч в теле последнего из предателей. Очень и очень знакомый меч. Не самая дорогая сталь, голубеющая сейчас сквозь кровь, не самая удобная рукоять, да и мастер ничем не знаменит, но это точно меч, который она в тот день могла взять, не ставя никого в известность и не залезая ни к кому из подданных в долг.
Ошеломлённо подняла взгляд.
Он изменился с тех пор. Стал выше, шире в плечах, обзавёлся щетиной, которая сразу прибавила ему лет пять возраста, странной налобной повязкой, которая поменяла ему взгляд.
Взяв себя в руки, Леве отвернулась, закрыла глаза Истию и только после этого встала на ноги, отметив ещё раз — да, он стал выше.
Подняла перед собой руки, складывая ладони:
— Лиал из Дома Денудо, благодарю за своё спасение.
***
Я, морщась от боли, ответил:
— Я лишь выполнил свой долг, ваше высочество. Вы не ранены?
Леве снова потёрла горло, но качнула головой:
— Нет.
— Тогда, — я постарался вложить в незамысловатый жест столько извинений, сколько только возможно. — Прошу простить меня, ваше высочество, но я займусь собой.
А то что-то меня прям качать начало. В горячке боя было не до этого, а теперь каждая полученная рана словно отыгрывалась за недавнее моё пренебрежение. Что я там думал про строй мечей? Очень и очень похоже. Только в этот раз никто из тех, что бил по мне, даже не думал сдерживаться.
Ладно прошлые раны, я их подлечивал каждый раз, когда сбегал за пределы досягаемости Кровавых, но этот последний проход сквозь технику…
Плащ в хлам, в лоскуты, даже тьма капюшона исчезла, впрочем, с половиной этого самого капюшона.
Я сбросил эти лохмотья с плеч, оттянул ханбок, заглядывая в прореху, которая беспокоила меня сильней всего.
Неудивительно, что меня начало шатать — рассекло до самых рёбер и глубже. Даже хорошо, что кровь льёт и я не вижу собственных внутренностей.
Отпустив ткань, развернул к себе ладони, складывая печати.
Зерраум сортам зиарот.
Через миг с удивлением сообразил, что принцесса тоже складывает печати и использует на мне лечебную технику, шагнув ближе ко мне. Правда, вся при этом побледнела, хотя и до этого не блистала румянцем.
Сообразив, я разлепил губы:
— Благодарю за помощь, ваше высочество, дальше я справлюсь сам, моей жизни ничего не угрожает. Вы истощены, ваше высочество?
Принцесса Леве опустила руки, покачнувшись, тут же выпрямилась, задирая подбородок. Мне даже почудился хруст, с которым она через силу расправила плечи.
— Со мной всё в порядке.
— Ваше высочество, — вздохнув, я тоже шагнул ближе, заметив, как заострилось её лицо, и сдёрнул с шеи свой медальон. — Возьмите, ваше высочество, здесь ещё есть немного жара души.
Мгновение раздумий было почти неуловимо, а затем принцесса Леве приняла медальон.
— Благодарю, Лиал из Дома Денудо.
И снова мы замолчали: я продолжил заниматься ранами, принцесса понемногу тянула в себя жар души из слезы, на глазах приобретая более здоровый цвет лица. Тени тоже молчали, не стремясь давать своих привычных советов. Большая часть, вообще, исчезла, видимо, отправленная Ариосом прочесать окрестности. Ну и правильно, мне сейчас только ещё двух-трёх свежих Кровавых не хватало.
Ирал, который остался здесь, без всяких напоминаний или приказов, за спиной принцессы ухватил меч, всё ещё торчащий из груди Трайдо. Мгновение, и он вырвал его из ножен тела, заставив меня невольно вздёрнуть брови. Что он творит?
К счастью, принцесса Леве не заметила моей гримасы. Опустив голову, она разглядывала мой медальон и герб Денудо на нём — снежный барс на лазури.
Ирал, коротким, резким, узнаваемым движением взмахнул мечом — очищая его от капель крови. Стоило ему это сделать, как Молак, наконец, нарушил молчание, высказавшись за меня.
— Верни на место, немедленно! Не придумывай господину новых проблем!
Ирал скривился, но мгновенным и бесшумным движением вбил меч обратно в труп.
Сказать, что сейчас я удивился, ничего не сказать. Он и так может? Чем это отличается от того, что он моим мечом может сам махать, сражаясь? Он и раньше так мог или тени обрели дополнительные силы после смерти стольких Кровавых?
Молак же, отвернувшись от Ирала, обратился ко мне:
— Господин, вы победили, теперь самое время позаботиться о том, чтобы эта победа не уничтожила вас. Несмотря на все ваши успехи, вы ещё слишком слабы, чтобы заявить о себе. Всё, что здесь произошло, должно здесь и остаться. Очень и очень удачно, что из всех телохранителей принцессы, несмотря на все её старания, не выжил никто.
Что верно, то верно. Но разве я сам не рассчитывал на подобный исход? Разве не надеялся увести схватку с Кровавыми подальше от воинов, что могли стать для них запасом сил, разве не рассчитывал, что телохранители принцессы возьмут на себя часть врагов?
Вот последний павший из её защитников — Истий. Он ведь погиб в самоубийственной атаке на Кровавого, который сражался со мной, подставил спину, помогая мне, давая шанс спасти его подопечную, и заплатил за это жизнью.
Что же, пусть они и получат большую часть славы.
Сжал пальцы в кулаки, сминая печати и обрывая поток излечения. Достаточно. Негромко позвал, привлекая внимание принцессы:
— Ваше высочество Леве.
Она снова вздёрнула подбородок, переспросила:
— Да?
— Ваше высочество, как-то случается так, что мы каждый раз встречаемся с вами в одной и той же ситуации.
Она устало усмехнулась:
— У вас не очень получается плести словесные кружева, достопочтенный Лиал. Будь вы более опытны в этом, то завели бы речь о нитях судьбы или ещё о чём-то подобном.
Очень хотелось ответить что-то колкое, но и без советов Молака я сознавал, где проходят границы разумного и начинается безумие. Поэтому я лишь вежливо склонил голову:
— Запомню ваш совет, ваше высочество.
— Но в сути вы правы. Второй раз мы встречаемся лицом к лицу и второй раз вы спасаете меня.
— В прошлый раз вы наградили меня тем, что позволили первым получить благословение у алтаря Хранителей, — немного покривив душой, я склонил голову. — Я очень благодарен
