собой только те, что ждут моего нападения, а вот остальные предатели и не думали ослаблять давление на принцессу.
Четверо, да?
Крутнул меч, уже даже как-то привычно раскручивая Круговорот. Пока всего пять оборотов, чтобы меня не вышибло из бесплотности и сразу пять, чтобы не терять времени при следующей стычке.
Шепнул, пользуясь тем, что мы очень далеко от врагов:
— Выведи меня так, чтобы они перекрывали друг друга и не могли ударить по мне разом.
Ариос кивнул:
— Сделаю. За мной, господин.
Ирал молча, словно привязанный скользил рядом со мной.
Невольно я скосил на него взгляд. Оставим в стороне то, что даже слабые техники и умения, за редким исключением, выбивают меня из состояния бесплотности. Сосредоточимся на том, что умения Кровавых способны ранить меня в этом состоянии. А ведь я в нём удивительно, едва ли не до дрожи, похож на своих теней.
Разве не значит это, что…
Эта мысль словно подтолкнула меня, пнула, заставляя замедлить шаг и начать действовать.
Круговорот провернул жар души шестой и седьмой оборот в моём теле, заставляя сталь клинка леденеть, а меня потерять бесплотность, цепляясь ветками за плащ.
Но мне было плевать на эти мелочи — сейчас мой меч, свистнув, перечеркнул руку Ирала.
Молак, который плыл с другой стороны, испуганно охнул:
— Господин!
Но ничего не произошло.
Ирал повернулся ко мне и покачал головой:
— Рано, господин, ещё рано. Вы ещё слабы, но с каждым убитым всё ближе и ближе к моменту, которого так жаждете.
Я дёрнул губами, но смолчал. Извиняться не буду. Ирал знает, что я давно хочу его наказать. Жаль только, что догадка оказалась ложной.
Меч перестал светиться, когда я оборвал Круговорот жара души через него, но второе течение, что текло в печать левой руки, продолжало жадно поглощать его. Теперь ещё толкнуть и в ноги.
Раз, два, три. На третьем шаге отказавшее было умение снова сделало меня бесплотным — ветки перестали хрустеть под ногами, плащ снова опал, освободившись от натянувших его веток, а я четвёртым шагом прошёл сквозь вяз. Нужно спешить, и я вновь ускорил шаги, срываясь на бег.
Ариос вывел меня точно так, как я и просил, не стоило и сомневаться, а я к этому моменту оказался достаточно быстр, чтобы снова оставить Кровавым лишь пару мгновений.
Даже так, со всеми моими уловками, били по мне сразу двое, сделав мой прорыв вдвое сложней.
Последние два шага я пробежал, уже вывалившись из бесплотности, не успевая отбивать клинки Ветра, но это уже было неважно, потому как я уже рубанул перед собой мечом и всем телом вломился в чужой Покров. Великолепно исполненный Покров, проявленный в полную силу. Вломился не в сферу из призрачных клинков, как у какого-то слабака, а в сферу, созданную из алых росчерков самой сути умения.
Вломился в прорубленную щель и выжил, отделавшись десятком мелких ран.
Вломился, на несколько мгновений оказавшись с Кровавым наедине внутри его защитного Покрова. Клетка, которую он создал для нас сам. Клетка, которой он спасает меня от ударов своего подельника.
Кровавый тут же оборвал умение, прыгнул мне навстречу, жаля мечом, но я лишь принял выпад на сталь, слил его в сторону, уводя по плоскости клинка, ударил сам, затягивая Кровавого в стремительный обмен ударами, каждый из которых лишь делал меня сильней.
Пять ударов и звон стали сменился ледяным звоном. Кровавый ответил тем, что стал быстрей, начав сжигать кровь, теперь уже я с трудом успевал отбивать его удары, но через миг в него скользнули тени, окружая его тёмным облаком, снова уравнивая нас. Сковывание старшей крови, как назвал это давно мёртвый реольский Кровавый.
К сожалению моего врага, тот реолец был сильнее.
Десять ударов и рукав ханбока Кровавого покрылся льдом, заставив его отшатнуться.
Теневая маска на лице Кровавого исказилась в вопле Ирала:
— Господин, быстрей!
Я как будто не понимаю.
Спиной и всем остальным ощущая, как истекает отпущенное мне защитой чужого Покрова время, как опадают его алые искры, я сложил пальцы левой руки в печать ускорения, шагнул следом за Кровавым, взвинчивая темп ударов, ускоряя ещё сильней и так невообразимо быстрый Круговорот жара души через меч.
Устрашение.
Меч Кровавого лопнул под моим ударом, разлетаясь ледяными осколками, Кровавый вскинул руку, пытаясь остановить следующий удар и полагаясь на дарованную Хранителями крепость тела.
Зря.
Мой меч врубился в его плоть, превращая её в лёд.
Кажется, Кровавый попытался закричать.
Не успел, потому что я вырвал меч и крутнулся, срубая ему голову.
На миг испугался, только сейчас сообразив, что прорубил и шеи едва ли не всех своих теней, пройдя сияющим голубым клинком сквозь их облако, а затем мне стало не до испуга за них, потому что защита Покрова, укрывавшая нашу схватку от чужих глаз, рухнула, наконец, пропуская сквозь себя сотни призрачных клинков.
Так быстро, как сейчас, я никогда мечом не вращал. Даже мне казалось, что меч превратился в пылающий голубым диск, который прикрыл меня почти от всех ударов.
Почти.
Я попятился, отступая и получая всё новые и новые раны, и в этот миг мой враг ошибся.
Вместо того чтобы продолжать давить Ветром клинков с расстояния, вместо того, чтобы дождаться ещё хотя бы одного помощника, он рванул ко мне, стремительной тенью появляясь слева. Я только и успел заметить горящие алым даже сквозь тьму капюшона глаза.
Но стремительным он был лишь до мгновения, пока на него не навалились тени, а затем он, ставший ничуть не быстрей обычного идара, оказался на расстоянии меча от меня, до сих пор удерживающего больше тридцати оборотов Круговорота жара души.
Устрашение.
Тёмная пелена впечаталась в тело Кровавого, заставляя его податься назад, дёрнуться, а миг спустя мой меч вонзился ему в сердце, превращая его в кусок льда.
Даже для Кровавого это оказалось слишком, я сразу всё понял, едва тени рванули прочь из его тела, и тут же, не пытаясь ударить ещё раз, сам бросился бежать, сменяя печати и петляя за Ариосом.
— Влево, вправо, вправо, пригнитесь, господин!
— Ах, ты, будь они прокляты, — испугала меня вдруг одна из теней, глядя куда-то мне за спину. — Ещё один Кровавый. Откуда? А вон и ещё один. Да сколько их будет?
Ответил ему Ирал, кровожадно оскалившись:
— Неважно, сколько их будет, господин прикончит их всех, став от этого только сильней.
Я, ощущая, как подгибается нога, лишь скривил губы.
***
— Трайдо, что здесь у вас происходит?
— Ты не успел заметить, что?
— Заметил, поэтому и спрашиваю, с
