Читаем без скачивания Экскурсант - Константин Хвостополосатов

— Хорошо, — ответил я. — Мы сейчас это устроим.

— Можем предоставить десантный челнок. Будем ждать три часа по стандарту Улар-1, — предложили нам. — Далее рассматриваем вас, как пиратов или недружественную цивилизацию, пытающуюся вторгнуться в наши дела.

— Альсс, Светлана подготовит один из истребителей, — обратился я по внутренней связи. — Бери его и направляйся к соотечественникам. Мы передадим с тобой материалы по вашей истории, собранные Светланой, которые могут заинтересовать колонистов.

Минут через пятнадцать от «Ботаника» отделилась крохотная искорка моего истребителя. Наш «пропуск» полетел выбивать нам аккредитацию послов. К сожалению, не знаю, о чем шли переговоры на борту кораблей колонистов. Через два часа по земному времени мы получили вызов, и переговоры возобновились.

— Спасибо за помощь, союзники, — начали прерванный диалог колонисты. — Мы благодарны за информацию. Для полной ясности хотелось бы узнать о ваших намерениях и планах.

— Нам нужна информация, — ответил я. — К сожалению, мое задание я не смогу вам открыть. Но от вас мне нужна всего лишь информация о месте пребывания базы пиратов. Судя по всему озвученному, такой информации у вас нет, но мы готовы получить всю имеющуюся у вас информацию о них. Возможно, мы бы хотели рассчитывать на вашу помощь.

— Чем же может вам помочь маленькая колония уларсу? — удивился лайгут Харальсс. — Вы же не намереваетесь всерьез втянуть нас в войну с пиратами. На данный момент мы стараемся вести оборонительные действия, не вызывая сильного недовольства со стороны их военных. Мелкие грабители не в счет. Кстати, сегодня вы им сильно насолили. Единственное, что может нас спасти, так это то, что ваш корабль был явно технологически значительно выше наших, пираты могут проигнорировать нас.

— Помощь может быть разной, мы пока не может точно сказать какая, — ответил я. — Но я бы хотел, чтобы она была взаимовыгодной.

— О чем идет речь? — заинтересовался колонист. — Надеюсь, хвосты останутся при нас?

— Как наш депозитный вклад, мы готовы передать вам добытый нами в бою военный корабль пиратов, — предложил я. — Судя по вашим кораблям, в целом состоянии вы еще таких трофеев не получали. Ученые смогут произвести прорыв в некоторых областях науки. По идее, вы могли бы случайно и сами вывести его из строя.

— Если вы серьезно, то это — щедрый подарок, — согласился лайгут. — Но мне нужно связаться с руководством. Кроме того, мы вынуждены будем выбирать между нашим кораблем и кораблем пиратов. По нашим прогнозам, починить наш корабль вряд ли удастся имеющимися силами. А тащить два поврежденных корабля просто нереально.

— Мы можем попробовать помочь, — предложил я. — Надеюсь, вы не сочтете наши намерения промышленным шпионажем?

— Не знаю, о чем вы сказали, но вряд ли наши технологии сильно поразят вас, — согласился лайгут Харальсс. — Мы бы приняли вашу помощь в починке. Ждать тут долго не стоит, могут вернуться гости. У Надежды мы имеем неплохую сеть оборонительных спутников и ракетных батарей. Военные пока нас не тревожили.

Как я и предполагал, такой подарок, как возможность быстрых путешествий, купил нам доверие уларсу с потрохами. Часа через четыре нам передали, что «добро» руководства получено. Видимо, там быстро поняли, в чем суть нашего предложения.

Мы довольно легко подтащили «эсминец» пиратов к поврежденному «крейсеру» уларсу, весьма удивив их. Узнав о пленных на борту, к моему удивлению, уларсу не потребовали каких-либо расправ, может быть, посчитав их нашей добычей. Таким образом, статус пленных не поменялся, как и их положение. Светлана по-прежнему пыталась разобраться в их речи и дела некоторые успехи. Попытки изучить потроха «эсминца» мы оставили, трудно было что-то сделать без пуска силовой установки. Очевидно, что основная установка была реактором термоядерного синтеза, подобная установкам уларсу, только более совершенная и работающая на каком-то другом виде топлива.

На «крейсере» уларсу оказались повреждены маршевые движки и отражатели, система же ориентации и маневрирования имела независимое питание и базировалась на гравитационных двигателях. Именно за их счет корабль смог удержаться на орбите планеты, но вот межпланетный перелет на них был делом, если и возможным, то очень долгим. Основной проблемой оставалась, как ни странно, высокая радиация. Поврежденный двигатель сильно «нагадил» внутри корабля, сделав радиоактивный фон слишком высоким. Уларсу имели кое-какие системы для решения этой проблемы, но они тоже оказались выведены из строя. Капитан корабля умышленно пошел на риск, приказав отключить систему аварийного гашения реактора на случай повреждения или выхода из режима. Корабль бы точно погиб, погаси они двигатели после повреждения. Проработав весьма долгий срок в режиме утечки, двигатель дал возможность кораблю выжить, но дальнейшая его эксплуатация стала бы просто убийственной для экипажа. Несколько инженеров погибли, погасив реактор после стабилизации обстановки, защитные скафандры просто не смогли их спасти.

Проблема стала ясна. Достаточно было бы просто решить проблему дезактивации отсека. У нас имелись пути ее решения, но не очень легкие и уж совсем нетрадиционные для уларсу. «Ботаник» представлял собой симбионт, состоящий из множества самых различных симбиотов, которые составляли одно целое. К примеру, у нас на борту были микроорганизмы, которые замечательно размножались в условиях жесткого и не очень радиоактивного фона. Практически все виды жесткого излучения каким-то образом были катализаторами их роста и размножения. Они же имели некоторое свойство «обсасывать» нестабильные атомы, лишая их излишних частиц. Эти микроорганизмы мы и использовали для наращивания биомассы, пользуясь излучением. Наевшиеся «зверьки» предварительно «выжимались», чтобы избежать непредвиденных ситуаций и помещались в контейнеры для биомассы, где доводились до нужной кондиции. Кроме биомассы из них получали еще и энергию, в процессе «выжимки» они отдавали излишки энергии в виде ЭМИ и фотонного излучения. Проблему можно было бы решить, запустив эту живность в отсек космолета уларсу. Осталось решить, как их обуздать потом, чтобы они не «вычистили» от энергии весь корабль. Идею подал Стекляшка, предложив поработать с самими микроорганизмами, сделав их активными к размножению в строго определенном количестве раз. На «Ботанике» была своеобразная аварийная система касательно этих микроорганизмов. В емкость или на место утечки впрыскивался специальный ингибитор, который ограничивал деление до пяти-восьми раз. Микроорганизмы заражали друг друга, а, заразившись, «затухали» после отведенного количества делений, превращаясь в инертную биомассу. Впрочем, эту массу можно было привести «в чувство» специальным катализатором — своего рода антидотом ингибитора, пробуждавшим некоторое количество микроорганизмов при непосредственном контакте без заражения соседних. Поработав с антидотом, удалось получить микроорганизмы с ограниченной кратностью размножения. Работы по спасению космолета колонистов начались. Киборги высевали культуру, собирая через какое-то время «урожай» в емкости для биомассы. Потом очередной посев — и очередной урожай. В силу своей вынужденной педантичности, киборги делали посевы, пока фон не стал таким же, как и в чистых отсеках «крейсера», хотя можно было бы закончить и раньше. Операция закончилась за полтора дня. Мы пополнили запасы биомассы, а инженеры уларсу получили «чистый» корабль и приступили к ремонту двигателей и отражателей. Ремонт закончили, потратив чуть дольше половины земных суток. «Крейсер» не стал полностью боеготовым, но смог бы уверенно дойти своим ходом до базы, где должен был состояться серьезный ремонт.

Эти два с небольшим земных дня мы знакомили колонистов с обстановкой в их родном мире, давая информацию и заснятые Светланой хроники. Встречались мы, как правило, только с командованием исключительно на борту «Клопа». За это время с Альсс мы виделись всего-то пару раз, она оказалась нарасхват у колонистов, путешествуя с докладами по всем трем кораблям. Мой истребитель вернули по окончанию переговоров, как только появилась такая возможность. Инженеры уларсу посетили подаренный «эсминец», но, потратив несколько часов, вернулись обратно, решив предоставить право копаться в нем ученым. Единственное, что нам так и не удалось узнать, что нашли колонисты на последней планете. Да и была ли вообще находка. Лайгут Харальсс мягко ушел от этого разговора.

Покончив с ремонтом, мы начали движение к Надежде. Поскольку «эсминец» был уже подарен, мы решили не утруждать себя его перетаскиванием. Два корабля уларсу взяли трофей на буксир, расположив между собой. Кавалькада двинулась в путь. Мы зря боялись, что не угонимся на планетарном движке «Ботаника» за конвоем. Взяв на буксир наш подарок, конвой развивал скорость вполне сносную для нашего планетарного максимального хода. В таком режиме мы должны были прибыть к Надежде через полторы недели, уповая на отсутствие пиратов. С одной стороны это было хорошо, так как наш звездный движок должен был оказаться к моменту прихода в полном порядке. Но, как ни крути, это было же и плохо потому, что для на с Санычем эти полторы недели должны были стать пыткой полного безделья.