в них плещется сама тьма. Разве это имеет значение?
Он медленно мотнул головой, продолжая прожигать взглядом.
— Буду идти следом… тенью… верным псом…
Слегка оттолкнувшись от стола, я коснулась его лица подрагивающими пальцами.
— Дурачок, — выдохнула с тихим смешком. — Ты что, не понял… я же тут. Бросила все, отказалась от всего. Ради тебя.
— Шанти…
Договорить он не успел, я его поцеловала. И плевать, что еще неумело, но сама. Провела губами по его губам, коснулась их кончиком языка. Большего не потребовалось, Элая не надо было просить дважды. Он проскользнул языком меж моих губ, лизнул небо и снова чуть отступил, вызывая сладкие судороги по всему телу.
Тихо застонав, я закинула руки ему за голову и прижалась настолько тесно, насколько только могла.
Вновь стиснув мои ягодицы, Элай подхватил меня на руки и закружил. А потом отнес и уложил на кровать, нависнув сверху.
И опять мы замерли, встретившись взглядами. Растрепанные, с безумным блеском в глазах, мы оба пылали изнутри. Казалось, огонь вот-вот вырвется, чтобы поглотить нас.
Я ждала продолжения, буквально жаждала получить больше. Однако Элай медлил, словно ждал чего-то.
— Если бы ты только знала, как мне хочется… — тихий, хриплый смешок вызвал в теле новую волну сладкой дрожи. — Ты бы испугалась, если бы я рассказал, чего, как и сколько мне хочется…
— Считаешь меня ребенком? — шепнула я, облизнув кончиком языка внезапно пересохшие губы.
Его глаза тут же полыхнули коварной тьмой.
— Я никогда не считал тебя ребенком, Шанти. И тебе это прекрасно известно.
— Тогда что же тебя останавливает?
Отстранившись, он покинул мои объятия и отвернулся. Сейчас Элай выглядел напряженным, будто окаменевшим. Окружавшие тени метались, не зная, стоит ли льнуть к хозяину или лучше спрятаться, чтобы не попасть под горячую руку.
— Мне нужно… тебе сказать.
Сгорающая от страсти, непонимающая, что происходит, и немного обиженная, я села в кровати. О каких разговорах могла идти речь в такой момент? Он с ума сошел?
— Знаешь, я ведь раньше не представлял, каково это, когда любишь… любишь настолько, что готов сдохнуть, лишь бы ты она счастлива. Готов уйти, отказаться, раствориться во тьме.
— Не смей! — испуганно вскинулась я.
Элай медленно обернулся. Мрачный, сосредоточенный, с горящим темным пламенем взором.
— Ты… ты должна знать, кто я.
— Я знаю.
— Не знаешь. Хозяин теней никогда…
— Не любил и не женился, — нетерпеливо перебила я. — Знаю. И про… детей мне тоже известно.
— Известно? — удивился он, продолжая пристально всматриваться в мое лицо.
— Не переживай, меня успели просветить. Но мне все равно. И никто не знает, как сложится в будущем. Говорят, хозяин теней не способен на любовь, но ты ведь полюбил. Меня полюбил. А дети… не знаю… я сама еще ребенок. Мне восемнадцать. Может, я вообще не создана для материнства. А вот дар и цепи уже есть. — Я провела пальцами по цепочкам, которые до сих пор украшали мою шею. — Мы их обязательно снимем. Есть еще Ирис и Дейзи. Они тоже наследницы. Мы поможем им и их детям.
— Шанти…
— Если это все доводы, то…
— Не все, — покачал он головой, а потом глубоко вдохнул и выпалил, будто ныряя в бездну: — Шанталь Луиза Эббот, ты станешь моей женой?
— Сейчас?
Случилась небольшая заминка.
— Через полчаса. — Пауза. — Или через час.
— Как быстро, — тихо рассмеялась, прекрасно понимая, что Элаю сейчас не до смеха, поскольку он напряженно ждет моего ответа.
— Знаю, ты не хотела так быстро, но обстоятельства… — принялся оправдываться он.
— Я согласна, — перебила, наслаждаясь написанным на его лице волнением. — Хоть сейчас.
Элай застыл, словно не до конца верил в реальность происходящего.
— Согласна?
— Да. И тогда ты никуда не денешься от меня.
Он стремительно шагнул ко мне. Я затаила дыхание, ожидая продолжения. Впрочем, Элай удержался, одарив меня таким взглядом, что внутри все начало плавиться. Он вздрогнул, сглотнул и выдавил чуть слышно:
— Позову госпожу Еллер.
— Что? — опешила я, не ожидавшая от него такого.
— Тебе надо переодеться и позавтракать, — пятясь назад и не отрывая от меня глаз, в которых вдруг заплясали лукавые искорки, произнес любимый.
Он явственно представлял, огонь какой силы сжигает меня изнутри, и наслаждался этим. Словно мстил за все дни и ночи, во время которых сгорал так же.
— Элай Лоран!
— Я буду ждать тебя…
— Ты издеваешься?! — повысила я голос.
Ответом мне стала новая чувственная улыбка, в который раз заставившая мое дыхание сбиться.
— Шанти?
— Что?! — совсем не мило рявкнула я.
— Я безумно тебя люблю, — заявил Элай, прежде чем скрыться за дверью.
Я мгновенно простила ему все. Улыбнулась как дурочка и мечтательно вздохнула.
Госпожа Еллер оказалась симпатичной женщиной в аккуратном платье с повязанным поверх него белым передником, и чистом чепце, из которого выбивалась пара светлых прядей. От нее и узнала, что городок, в который я попала, называется Уэлл. Он находился на побережье в самой южной точке империи.
Раньше я считала, что граница — это странное место где-то на краю мира среди жутких лесов, куда не летают даже драконы. Как выяснилось, я ошибалась. Драконы сюда летали и довольно часто. Лес имелся, но совсем не жуткий, наоборот, очень светлый и полный разных лекарственных растений. А Элая отправили сюда для борьбы с пиратами, которые стали сильно досаждать империи.
— Он так вас ждал, госпожа, — ворковала госпожа Еллер, помогая мне надеть легкое белое платье.
Разительно отличаясь от нарядов, которые носили в столице, оно выглядело очень необычно. Взять хотя бы открытые плечи, украшенные широким воланом из кружев. Или полное отсутствие корсета, всевозможных завязок, крючков. А легкая и тонкая, всего в один слой, юбка, которая мягко подчеркивала бедра, легкими складками спадая вниз? При этом пола она не касалась, неприлично оголяя стопы. Чулки и плотное белье здесь тоже не носили из-за жары. Даже туфельки были вовсе не туфельками, а странными башмаками с открытыми носами и пятками.
Помогая мне одеваться, госпожа Еллер поведала, что я проспала целых шесть часов. И все это время Элай находился рядом. Как и теневая кошка с жуткими глазами, которая то появлялась, то пропадала, а вот господин Джар подкрепился, набрался сил и отбыл несколько часов назад.
— А где сейчас Дымка? То есть я хотела сказать кошка?
— Опять пропала.
Женщина расчесала мне волосы и аккуратно прицепила бутоньерку из белых роз.
— Вы очень красивая, — произнесла она, отступая назад.
— Спасибо.
В круглом зеркале сложно было разглядеть детали, но девушка, которая смотрела на меня из отражения, мне понравилась. Никаких чопорных нарядов и сложных причесок. Легкость, воздушность и простота. Конечно, семь цепочек,
