гостит Шейн Конте, буквально через пару дней прикатывала Дейзи со своим семейством.
Со старшей сестрой у нас установились странные отношения. Мы общались максимально вежливо, приветливо и фальшиво до безобразия. Обе старались не упоминать мейса Лоренса Багона. Правда, при виде ее старшей дочери Хейзел в моей памяти нет-нет, да и всплывал бывший руководитель СОРМИЛа. Уж очень малышка на него походила. Пусть она практически не отличалась от двух своих младших сестер, будучи такой же светловолосой и голубоглазой, но что-то багоновское в ней проскальзывало. Или это я проявляла излишнюю подозрительность?
Именно малютку Хейзел, которую артефакт одной из первых принял в род Обен, моя прагматичная сестра мечтала выдать за Шейна Конте. Причем совершенно этого не скрывала и уже второй год открыто предлагала заключить помолвку.
— Смотрите, как они тянутся друг к другу! — умилялась Дейзи, наблюдая, как Шейн пытается сбежать от приставучей Хейзел. — Такая пара!
Чета Конте дипломатично помалкивала, а я вообще не собиралась лезть в это.
За Дейзи прибывали родители, мечтающие как можно больше времени проводить с внучками. Их выгнать я точно не могла.
Как-то незаметно следом возникала Ирис, которую Себастьян уже в десятый раз выгонял из академии за какое-то очередное страшное правонарушение. Сестренка за эти десять лет нисколько не изменилась — все так же ненавидела правила, говорила правду и обожала шалить. Разве что по мере развития магических способностей шалости становились все более изощренными и провокационными.
— Шанталь! — не своим голосом ревел Себастьян. — Ты глава рода в конце-то концов! Ты хоть представляешь, какой урон был нанесен репутации академии?!
Ирис в этот момент старательно изображала статую и невинно хлопала ресницами.
Декан боевого факультета уезжал, громко хлопнув дверью. Следом за ним сбегал вконец замученный моей племянницей Шейн. Потеряв потенциального зятя, начинала собираться и Дейзи с дочерьми. Родители все еще гостили, но тоже недолго. Потом вместе со студентами возвращалась в академию Ясель. Она же прихватывала с собой Ирис, взяв с нее сто пятидесятое обещание больше так не делать. К слову, Ирис не лгала. Она никогда не повторялась и придумывала новые способы нарушить спокойствие магического сообщества.
Стоило немного выдохнуть, в замок наведывался Джар, который по тысячному кругу принимался уговаривать Элая вернуться на старую должность. Нет, не думайте, университетский друг беспокоился вовсе не о нашем благополучии. Он спасал свою шкуру, так как все эти годы был вынужден замещать моего супруга на посту. Джар гостил у нас примерно месяц, а потом вновь отправлялся страдать… простите, работать.
Только он отбывал, приходило письмо из дворца с требованием явиться в столицу на открытие сезона и задержаться на пару месяцев. Отказать мы не имели права, и так четыре года старательно вымаливали прощение у императорской четы, а потому послушно собирались и ехали исполнять свой гражданский долг.
В столице нас вновь брала в оборот семья Конте. И вот я уже читала лекции в академии и работала в оранжерее, в который раз отказываясь от должности преподавателя.
Но какое же счастье было сбежать назад в свой замок на берегу синего моря!
Правда, счастье длилось недолго, поскольку ближе к весне в гости заявлялась шестерка магов: Тим, Диана, Фил, Эмаир и близнецы Майл и Тайл. Они уже давно получили дипломы и теперь серьезно задумывались о военной карьере, для чего упорно тренировались под руководством Элая. До самого лета.
А там начиналась практика в академии, и на пороге вновь возникал Себастьян с новыми студентами.
И так по кругу.
Однако сегодня был особенный день. День, когда собрались все. И, самое главное, всех ждали.
Вообще рождение и вступление в род нового члена считалось тихим, если не сказать, интимным праздником. Но это у нормальных магов. А наша немного сумасшедшая семейка никогда не жила по правилам. Новых членов мы принимали большой толпой, с веселыми празднованиями и гуляниями.
С самого утра я как заведенная носилась по замку, отдавая последние указания.
— Все пройдет прекрасно, не переживай, — шепнул Элай, поймав меня где-то в середине дня.
— Да, но…
— Ты не в первый раз принимаешь в род мага и не в последний.
Да, я уже принимала Ирис, своих племянниц и еще парочку магов из студентов, которые оказались без семьи и попросили защиты. После проверки Элая они тоже были приняты в род. Как и Диана. После крупной ссоры со сводной сестрой она хлопнула дверью и отреклась от отца и всего, что с ним связано. Вряд ли великая и ужасная Корнелия Обен мечтала именно о таком возрождении своего рода, но теперь его главой стала я, так что мне и решать.
— Сегодня все должно пройти… идеально, — вздохнула я.
— Так и будет, — улыбнулся муж, привычно обнимая и притягивая меня к себе.
Пусть и минуло целых десять лет, но я до сих пор таяла от его прикосновений, до сих пор у меня дрожали колени и сбивалось дыхание.
— А как же?.. — попыталась я задать следующий вопрос.
— Все прекрасно, Шанти. Всем все известно, все ждут заката, — улыбнулся Элай, вновь целуя меня в губы. И это прямо посреди огромного холла на глазах слуг, гостей и проплывающих мимо приведений, к которым все давно привыкли.
— Хорошо, ты прав. — Я слабо улыбнулась. — Мне действительно надо успокоиться.
— Вот и умничка.
На закате в огромном зале собралась толпа самых родных и дорогих мне людей и магов. Пламя свечей, отражаясь от белых стен и потолка, рассыпалось золотистыми бликами. В центре возвышался алтарь, на котором стоял древний артефакт семьи Обен — хрустальный цветок. Я уже упоминала о том, сколько магических правил нарушила, продемонстрировав его другим магам? Ведь что ни говори, но Конте и остальные являлись представителями другого рода, чужаками. Впрочем, для нас они были самыми родными и любимыми.
В легком белом платье я стояла у артефакта, с трудом сдерживая дрожь.
Да, я проводила ритуал не в первый раз, но сегодня…
Сегодня был особенный день и особенный ребенок.
Медленно распахнулись двери, пропуская высокого темноволосого мага в белом. От восторга я даже задержала дыхание. По правилам ребенка следовало нести матери, однако при всем желании я не могла раздвоиться, поэтому к артефакту вышел отец. Загадочный хозяин теней. Он шагал ровно, с прямыми плечами и гордо поднятой головой, аккуратно и бережно держа на руках кружевной сверток, в котором копошился младенец.
Напомнить о том, сколько законов и правил мы успели нарушить за годы знакомства и нашего скандального брака?
Хозяин теней никогда не влюбляется и не женится? Но мы встретили друг
