был мой действительно первый раз — проблемы психологического плана были бы обеспечены.
«Вылечили» наши красавицы. Тем более, в эти года проблем с контингентом в крупных городах на территории СССР не было. На любой вкус и цвет. Паспорт не спрашивают. Ну а визуально я на тринадцать никак не тянул. Может быть еще осталась детская припухлость на губах и кожа лица, еще не познавшая бритвы, но на такие мелочи внимания не обращали. Вот уж кто отдавался со всей страстью и исступлением. Создавалась впечатление, что они это делают в последний раз в жизни и утром их расстреляют. Поэтому сейчас хотят взять от жизни всё.
В космосе дела шли своим чередом. Номад изучил данные, которые я собрал, выделил две системы и попросил отволочь туда шахтерские станции. Для этого предоставил переделанный арварский грузовик. В его необъятные трюмы легко вошли и станции, и пару десятков контейнеров для готовой продукции, и два комплекта разведзондов для контроля системы.
После переделок грузовик сменил обшивку, вооружение, гипердвигатель и основной комплект ремонтных и противоабордажных дроидов. Дополнительно обзавелся главным искином, который Номад выделил из своих ЗИПов, парочкой реакторов, варп и гравитационным двигателем. Кроме того, на обшивке появились дополнительные нашлепки, скрывающие торпедное, ракетное и плазменное вооружение. Сенсоры обнаружения, системы связи, эмиттеры силовых щитов были заменены полностью. Медсекция и внутренние бытовые устройства улучшены настолько, насколько это возможно. В потайной секции медсекции спряталась медкапсула Джоре, с набором расходников. При этом внешний силуэт и внутренние объемы не оставляли у наблюдателя сомнений, что перед ним именно арварский большой транспорт снабжения. Немного модернизированный, но не более того. Короче, поступил точно также, как он поступил с кораблями Содружества в будущем.
Боты и шаттл прошли аналогичную модернизацию, а дроны заменили истребители, спрятавшись от любопытных глаз в отгороженной части ангара.
Выгрузив станции с контейнерами и расставив разведзонды по системам, где происходила добыча, я, фактически, превратился в космического дальнобойщика. Всё моё участие в восстановлении рейдера сводилось к тому, что я раз в декаду летал к станции, сбрасывал ей пустые контейнеры, забирал полные и возвращался назад.
Пару рейсов сделала со мной мама. Но это было еще тоскливее, чем разведка систем. Да и мое раздерганное гормонами состояние не настраивало на задушевные беседы. При возникновении спора возникало иррациональное желание психануть, нагрубить и обидеться. Умом я понимал, что это так себя проявляет пресловутый переходной возрасти поэтому от споров частенько увиливал. Но вообще-то это было странно. В моем первом детстве всё происходило намного спокойнее. Возможно, внешнее окружение действует. Тогда я больше времени проводил с друзьями. Да и мама трудилась. Так что полноценно мы пересекались только на выходных. А! И когда она мне уроки помогала делать, не скупясь на эпитеты. Как в том анекдоте:
Разговор двух преподавателей:
— Ну и группа мне в этом году попалась тупая!
— А что так?
— Представляешь себе, объясняю теорему — не понимают! Объясняю второй раз — не понимают!! В третий раз объясняю. Сам уже понял. А они не понимают…
Как-то незаметно девяностый год перетек в девяносто первый, а там и в девяносто второй. Все потрясения, которые сотрясали страну, нас особо не коснулись. Каждый продолжал заниматься своими делами. Я — таскать добытое автоматическими шахтерами, которые успели два раза сменить систему, Номаду. Мама — добивала обучение. Это совсем не значит, что мы плотно засели в космосе и на Земле не появлялись. На планете проводилось довольно много времени. Я общался со сверстниками, мама заводила новых подруг и друзей, навещала старых. Про Мишу не забывали. Съездили на присягу. Пофотографировались. Письма ему, опять же. Ибо на своей шкуре испытал, как срочнику в армии важна любая поддержка. От любимой девушки, конечно, лучше, но и от родных перечитываешь по нескольку раз. А так… В перерывах между рейсами и учебой куда-то ходили, с кем-то шутили, с кем-то конфликтовали. При этом, встреч с бывшими одноклассниками я не то, чтобы избегал, но специально и не искал. Встречались, конечно. Привет-Как жизнь-Пока. Побывали на всех известных курортах мира. Навещали Сергея, который окопался в Москве, сменил «шестерку» на «девятку», и усиленно «делающего бизнес», как говорили в то время. Оригинальная «шестерка» была доставлена с борта Номада и продана, мини-флаер превратился в «девятку».
После того, как мне стукнуло пятнадцать, Номад окончательны выпнул меня на Землю, с напутствием больше времени проводить среди сверстников. А чтобы было чем заняться — посоветовал поступить в ДОСААФ и записаться в какую-нибудь спортивную секцию. Ибо и первое, и второе помогут мне при призыве в армию. Да и Сергею в Москве моя помощь понадобилась. На месте растолкует.
Так что в конце апреля шаттл высадил меня между Поварово и Поваровкой, и я заспешил к платформе, стараясь успеть на электричку, которую мы видели на подлете. Успел. В Солнечногорск прибыл как белый человек — на вечерней электричке. Закинул рюкзак с пожитками за спину, прошелся по площади, хмыкнул, глядя на наш бывший ларек, который сейчас ничем не выделялся в длинном ряду таких же представителей коммерческой торговли, предлагающих гражданам всё, что душе угодно. От детского питания до презервативов. Я криво ухмыльнулся — испоганили «точку». Не вытянули индивидуальность. Сбоку послышался неуверенный девичий голос:
— Стас?
Повернулся. Ба! Да это же Синди Кроуфорд в молодости! Ну почти. Молодая девчонка. Высокая, всего на полголовы ниже меня, а я совсем не маленький. Стройненькая. Грива черных волос. Карие глаза. Тонкий, чуть вздернутый носик. Пухлые губы. Точка родинки притаилась в углу рта. Одежда — вываренные «Мальвины», уродующие женскую фигуру, хоть в этом случае им это и не удалось, сверху какая-то серенькая курточка, белые кроссовки на ногах.
— Стас, это ты? — девушка чуть повернула голову, искоса меня разглядывая.
— Сашка? — не менее неуверенным голосом произнес я.
— Стас! — воскликнула девчонка, осмотрев меня снизу доверху — Ну нифига себе ты вымахал! Ты чего тогда на день рождения не пришел? И вообще, куда пропал? Слышала, что ты иногда появлялся. Мог бы и зайти, между прочим. Недалеко ведь друг от друга живем.
Подойдя ко мне, Сашка уверенным движением цапнула меня под руку и поволокла к железнодорожному переходу, не прекращая тараторить:
— Тут столько всего
