Они обернулись, и брови обеих синхронно поползли вверх. Я же запоздало вспомнила, в каком виде приехала – сменить наряд гламурной кисы на привычную одежду забыла, естественно.
– Маскировка, – с усмешкой пояснила я свой, мягко говоря, необычный вид.
– А-а-а, – протянула Василиса и поставила чашку с чаем на стол. – А я уж подумала, что что-то пропустила в этой жизни, что ты решила имидж сменить.
– Не, – помотала головой и вернулась к первоначальной теме разговора: – Рэм, покажи картину.
Барс внес покупку, снял обертку, и наша штатная гадалка, внимательно посмотрев на нее, медленно кивнула.
– Да, что-то есть в ней, – произнесла она, осторожно коснувшись пальцем изображения. – Магии напрямую не чувствую, но… – Рада замялась, подбирая слова. – Завораживает, да.
Не откладывая, я удалилась в кабинет Василисы и цыганки, быстро разделась и вышла уже песцом, торопясь проверить наши подозрения. Рэм стоял у окна и разговаривал по телефону со следователем, просил по базе данных найти все сведения про этого Вересникова. А я, едва переступив порог гостиной, уже уловила знакомый запах, только на этот раз без гнилостного душка, как в квартире у Симонова. Наоборот, к масляным краскам примешивались свежие ароматы зелени, воды, лесных цветов… В самом деле, жалко, что такой талант пущен на черное дело. Зачем ему эти ритуалы с картинами, ведь мог бы и так рисовать и зарабатывать прилично! Я отбросила ненужные мысли, подошла к картине и осторожно обнюхала, утвердившись в правильности выводов: у Симонова в квартире была картина работы этого же художника, Вересникова. Надо его искать. И думать, как вывести бизнесмена на чистую воду.
Когда я чуть позже вернулась снова в гостиную, уже в нормальном виде – дежурные свитер и джинсы всегда лежали у девчонок в шкафу, на всякий случай для меня, – там собрались и остальные.
– Художник тот, – озвучила я выводы, присев на ручку кресла, где сидел Рэм. – Он имеет прямое отношение к следам темного ритуала в квартире Симонова.
– Серега обещал скинуть все по нему через часик, – кивнул барс и посмотрел на Женьку. – Жень, как у нас будет адрес, сгоняй туда, осмотрись, как там, вдруг что интересное найдешь.
– Не вопрос, – кивнул Лис.
– Андрюх, что там с поисками? – Рэм перевел взгляд на некроманта.
– Ищут, – коротко ответил Князев. – Осокин защиту усилил, наши не зверствуют, опасаясь спугнуть. Но по поводу района очень помогло, сейчас там в первую очередь проверяют, на Лиговке. Думаю, к вечеру уже что-то будет известно.
– Хорошо. – Рэм помолчал, соединив кончики пальцев и сосредоточенно хмурясь. – Надо подумать еще, как же Симонова вывести на чистую воду, – произнес он. – Я уверен, свои темные делишки Вересников обделывает крайне аккуратно и прямых доказательств мы не найдем, разве только в его мастерской.
– Вряд ли в основной. – Я покачала головой. – Он бы не стал рисковать, мешая в одну кучу обычную деятельность и криминальную.
– Тоже верно, поэтому Евгений последит за этим товарищем и, возможно, расскажет нам что-нибудь интересное про него, – усмехнулся Рэм, покосившись на Лиса.
– Надеюсь, я это интересное обнаружу, – невозмутимо отозвался Женька. – Так что с Симоновым делать будем?
– Есть у меня одна настоечка, – вдруг ехидно усмехнулась Василиса. – Безобидная, безвредная, следов после себя не оставляет, но отлично язык развязывает, особенно если смешать ее с алкоголем. – Она выразительно посмотрела на Рэма.
Он щелкнул пальцами и выпрямился.
– Отличная идея, – оживился мой барс. – Андрюх, тогда пока твои ищут Осокина, займись Симоновым. Записывающий арт дам. Хорошо бы, сегодня после работы он куда-нибудь пошел расслабиться, – протянул Рэм, прищурившись. – Ну или хотя бы поужинал не дома…
– Ладно, что-нибудь придумаю. – Андрей поднялся и посмотрел на жену. – Пойдем, где твое убойное зелье, – хмыкнул он, подав Василисе руку.
Пока в офисе царила легкая суматоха перед тем, как все отправились на задания, я тихонько пересела на любимый подоконник, поставив ноут на колени, и не мешалась под ногами. Рэм вручил Женьке адрес художника, и Лис отправился на разведку и наблюдение. Василиса отдала Андрею отвар, некромант получил от шефа артефакт для записи, и Князев поехал караулить Симонова. Чуть позже к Раде и Васе пришла клиентка, и они втроем закрылись в своей комнатке, Рэм тоже засел в кабинете – я слышала, как он разговаривал по телефону. Совершенно неожиданно я оказалась предоставлена сама себе и некоторое время предавалась приятному ничегонеделанью, болтовне со всякими знакомыми в контакте и скайпе, да читала форумы. Время потихоньку шло, за окном опускались ранние осенние сумерки, и в какой-то момент я начала клевать носом, каюсь. Хорошо, подоконник оборудован мягкими подушками, и в окна не задувает, не холодно. А потом… Что-то случилось. Что, я поняла уже гораздо позже, с чужих слов.
Я продолжала дремать, и словно сквозь вату до меня вдруг донесся чей-то тихий, смутно знакомый голос. Внутри все встрепенулось, потянулось к нему, какие-то полузабытые детские воспоминания закружились перед глазами разноцветными картинками.
– Ален… Аленушка…
Кажется, это была мама, и она меня звала. Внутри росло, крепло ощущение, что я ей нужна, надо поспешить, и я даже знаю, куда надо идти – в сознании как компас появился. По-прежнему находясь в непонятном состоянии то ли транса, то ли полусна, я сползла с подоконника, отстраненно отметила, что запястье как крапива жжет, и с легким раздражением тряхнула рукой, избавляясь от неприятных ощущений. Голос не пропадал, звуча на границе сознания, и ноги сами понесли в коридор, к выходу. Как оделась, не помню, все мои мысли сосредоточились на внутреннем зове, сопротивляться которому сил не нашлось. Да что там, я даже не совсем понимала, что вообще со мной происходит, почему слышу этот голос и куда он меня зовет. Мне даже в голову не пришло кого-то предупредить о своем уходе, того же Рэма, например. А самое страшное, что я рюкзак с собой не взяла, в котором остался телефон. Это я тоже потом узнала.
На улице меня неудержимо потянуло в сторону Литейного, и я чуть ли не бегом, не застегнув куртки, направилась в ту сторону, слушая голос внутри, с каждым шагом становившийся все отчетливее. Туман в голове не проходил, мне казалось, что если хоть минуту помедлю – случится страшное. Кажется, я ухитрилась поймать машину и уговорить подвезти меня до Московского вокзала – название всплыло само или его голос нашептал, не знаю. Компас внутри уверенно показывал в ту сторону. Дорога тоже мимо меня прошла, помню только, что, кажется, подгоняла водителя, косившегося в мою сторону с отчетливым беспокойством. Наверное, он уже успел сто раз пожалеть, что подобрал странную пассажирку, поддавшись на уговоры о помощи. Мне было все равно…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
