Холодные глаза Осокина прищурились: ничего, у него тоже есть козырь. Не хотел, конечно, им пользоваться, приберегал на крайний случай, но, похоже, сейчас настал именно он. И тогда, возможно, картина уже не понадобится…
Следующим утром
Мы решили сразу после завтрака, не заезжая в офис, посетить арт-центр. Они начинали работать с одиннадцати, вот к открытию и приедем, чтоб наверняка застать там кого-нибудь. Представляться сотрудниками детективного агентства тоже не стали от греха подальше – мало ли, вдруг администратор решит перестраховаться и перезвонить потом Симонову, предупредить. А вот его знакомыми запросто, и значит, стоило как следует поработать над образом. Из Рэма отлично вышел эдакий брутальный грубоватый бизнесмен, не чуждый криминальным структурам, в черном пиджаке, водолазке, брюках и темных очках. Для пущей убедительности мой барс нацепил массивную печатку с крупным рубином – не бижутерия, настоящее – и толстую золотую цепь.
– Если уж маскироваться, то как можно натуральнее, – невозмутимо пояснил он, придирчиво оглядывая себя в зеркало. – А дешевые цацки в подобных богемных заведениях секут на раз, пушистая. – Рэм широко ухмыльнулся и подмигнул.
А потом мы приступили к одеванию меня. Процесс проходил весело, потому что сначала искали самое короткое платье или юбку в моем гардеробе, к нему, по мнению Рэма, обязательно должны были прилагаться высокие сапоги на шпильке, коих у меня отродясь не было, и завершать образ гламурной любовницы богатого бизнесмена должна норковая шубка. Таковых в моем шкафу тоже никогда не водилось, и вовсе не потому, что я против натурального меха и убийства невинных зверьков. Просто, на мой взгляд, шуба в нашем городе жутко непрактичная вещь, бессмысленная трата денег. Найдена, сначала с интересом наблюдавшая за росшей на кровати кучей одежды в сторонке, под конец осмелела и полезла исследовать гору, почти сразу потерявшись под ворохом вещей.
– Так, придется сначала заехать и одеть тебя, – решительно заявил мой барс и подхватил меня под локоток. – Иначе всю конспирацию завалим.
Я успела выудить протестующе пискнувшую кису и вынести из спальни – пусть исследует пока остальные комнаты, а то в самом деле залезет еще куда-нибудь по незнанию, а нас до вечера не будет дома.
– А потом куда мне эти шмотки девать? – со смешком поинтересовалась я, на ходу застегивая куртку.
– Пригодятся, – уверенно произнес Рэм, открывая передо мной дверь. – Вдруг еще придется сыграть роль гламурной красотки, – хмыкнул он.
С одеждой мы разобрались быстро, выбирая не особо придирчиво, и вскоре к зданию, где расположился арт-центр «Колибри», подходила занятная парочка. На руке высокого широкоплечего мужчины во всем черном, лениво жевавшего жвачку, висла тоненькая изящная блондинка в сапогах на шпильках и распахнутой норковой шубке. Юбка с пайетками едва прикрывала попу, а под тоненьким свитером в обтяжку проступали кружева белья. Представляю, как мы с Рэмом со стороны выглядели, мне приходилось прилагать усилия, чтобы не хихикать самым дурацким образом. Но в легенду вроде вполне вписывались. Внутри, в стандартном стеклянно-белом холле с плиткой из искусственного мрамора на полу, у стойки нас встречала администратор. Ее оценивающий взгляд прошелся по нам, и я поняла, что Рэм был прав – такая бы дешевую бижутерию распознала сразу. Идеальная укладка волос, безупречный и почти незаметный макияж, белая блузка с воротником-стойкой и юбка до колен – элегантная, стильная и с дежурной вежливой улыбкой.
– Добрый день, меня зовут Анастасия, чем могу помочь? – хорошо поставленным голосом поздоровалась дама, и мне почудились в ее голосе нотки автоответчика.
Проглотила смешок и начала отыгрывать выбранную роль.
– Ой, знаете, я у Оксанки такую картину видела!.. – Я закатила глаза и похлопала густо накрашенными ресницами, продолжая цепляться за руку невозмутимого, как айсберг, Рэма. – Она сказала, последний писк моды. Я такую же хочу! – капризно добавила и заглянула в лицо моему барсу. – Котик, это же трэнд, ты понимаешь?
– Да, да, киса, – лениво отозвался Рэм, подошел к стойке и вальяжно на нее облокотился, окинув Анастасию оценивающим взглядом. – Это, короче, друган мой, Борька Симонов, на какой-то выставке был, ну типа там художники всякие, – начал объяснять ситуацию Рэм. Администратор слушала внимательно, хотя, заметив интерес барса, приосанилась, и в улыбке появилось больше дружелюбия. – Вот, в общем, он сказал, вы его туда зазвали. А он названия не помнит, это жена его туда затащила. – Рэм заметно поморщился. – Говорит, где-то на Невском.
– Как, еще раз, вашего друга зовут? – Анастасия светилась желанием помочь в таком сложном вопросе, как вспомнить название галереи.
– Симонов Борька, – послушно повторил Рэм, пока я, восторженно попискивая, продолжала виснуть и прижиматься к нему.
– Котичек, мы же правда купим там картину? – тараторила я, умильно улыбаясь и облизывая губы. – И обязательно того художника, что и Оксанка! – снова включила я капризулю. – Только подороже, ладно? Зачем нам ширпотреб?
Жаль, я за темными стеклами не видела глаз Рэма, как он отнесся к моему концерту. Лицо его оставалось невозмутимым все время, пока Анастасия усердно искала нам нужные сведения. Дама уложилась в рекордно короткие сроки, визитка с названием галереи была перед нами уже через несколько минут.
– Вот, пожалуйста, мы приглашали господина Симонова сюда, – все с той же ослепительной улыбкой сказала она, косясь на Рэма.
– Ой, котик, чудно как! – возопила я раненой куропаткой, и Анастасия едва заметно поморщилась. Мой барс же стоически вытерпел звуковую атаку. – Поехали, поехали скорее! – Я потянула его к выходу, нетерпеливо переступая на гладком полу.
Явственно хмыкнув, Рэм аккуратно перехватил мою руку, и мы направились к двери. Представляю, что именно проносилось в голове у Анастасии насчет нашей парочки! Но я доиграла до конца и, только сев в машину, позволила себе расслабиться. Посмотрела на Рэма, он – на меня, уже, слава богу, сняв очки.
– Вот кем, кем, а котичком меня еще не называли, знаешь ли, – протянул он задумчиво.
Я выдержала всего несколько секунд, а потом весело расхохоталась, откинувшись на спинку кресла.
– Зато она поверила в наш маскарад, – довольно заметила я, прикрыв глаза ресницами. – Поехали в галерею?
– И что мы там будем искать? – Рэм не торопился заводить машину, повернувшись ко мне и положив руку на спинку моего сиденья.
– Необычные картины, – уверенно заявила я. – Купим какую-нибудь, привезем в офис, и я там ее обнюхаю, проверю, совпадает ли запах с тем, который был в квартире у Симонова.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
