Особенно в свете того, что Осокин открыл на меня сезон охоты, лишний раз появляться в людных местах желания нет.
– Тогда забираем твои вещи, потом в магазин, потом домой, – обозначил наш план действий Рэм.
С моей стороны возражений не последовало. А когда ладонь моего барса легла мне на затылок, тихонько поглаживая, я расслабилась окончательно, зажмурилась и прижалась к ласкающим пальцам, чувствуя умиротворение и счастье. Так мы и доехали в уютной тишине до моего дома.
– С тобой подняться? – Мой барс вопросительно глянул на меня.
– Да не, я быстро, – мотнула головой и выпрямилась, потом немного смущенно улыбнулась. – Я даже не разбирала еще вещи, так что долго не буду.
После чего вышла и поспешила к подъезду. Однако, когда уже поднялась на два этажа, услышала вдруг странный звук, тихий писк. Я замерла, заозиралась, отыскивая источник звука, инстинкты внутри встрепенулись. Звук повторился снова, такой жалобный, отчаянный, что во мне все перевернулось. И тут взгляд наткнулся на маленький дрожащий серый комочек в углу, издававший этот писк. В груди защемило, сердце сжалось, и я присела перед крохой – сразу вспомнилось, как сама оказалась одним холодным осенним днем на улице, грязная, замерзшая и без надежды на помощь…
– Маленький, – прошептала я и осторожно протянула руку.
Котенок посмотрел на меня серыми, еще даже не цветными глазенками, и я не могла оставить его тут одного. Ему недели три, не больше, малыш легко поместился на моей ладони, худенький и слабенький. Едва оказавшись в моих руках, он сразу затих и, кажется, дрожать стал меньше. Перескакивая через ступеньки, я почти бегом поднялась к себе, даже не задумываясь, что же буду делать с найденышем. У меня никогда не было домашних животных, я сама оборотень, но тут просто не смогла пройти мимо. Почти на ощупь открыв дверь, прошла сразу на кухню, достала блюдце, накрошила в него булки и налила молока – малыш наверняка голодный. Аккуратно поставила блюдце на пол, посадила рядом котенка, и он тут же ткнулся мордочкой в еду, начав с азартом чавкать. Я расплылась в улыбке, с умилением глядя на кису, осторожно почесала его между ушами, а в следующий момент, сама не понимая, почему вдруг, перекинулась в рысь.
Признаться, я даже забыла, зачем вообще пришла, все мое внимание сосредоточилось на урчащем комочке, который после сытной еды перестал наконец дрожать. Его пузико сделалось круглым, из глаз ушла тоска, и как только он увидел рядом с собой большую кошку, тут же смело пошел ко мне. Признаться, я опасалась, что он испугается – все же по сравнению с ним моя рысь была очень большой. Инстинкты тут же взяли верх, и я начала вылизывать малыша, для удобства улегшись на пол. Закономерно, налопавшись, котенок привалился к моему животу, свернулся клубочком и мирно задрых, продолжая тихонечко урчать от избытка положительных эмоций и ощущений. А я боялась пошевелиться лишний раз, чтобы не разбудить, и сдерживала порыв снова провести языком по шерстке, убрать с малыша запах улицы и горестей. Конечно, его надо будет еще раз помыть, уже тщательнее, шампунем против блох, сводить к ветеринару, проверить на инфекции, сделать прививки, только это позже… Ой. Меня же Рэм ждет!
Только подумала о барсе, как мое чуткое ухо уловило шаги и еле слышный скрип двери – кажется, я даже забыла ее закрыть, так торопилась позаботиться о найденыше. Через пару минут на пороге кухни возник Рэм, и тревога на его лице сменилась озадаченным выражением, едва он узрел милую картину меня и котенка на моем пузе.
– О как, – обронил он и присел на корточки, с интересом разглядывая кроху рядом со мной. – Вот только отпусти тебя одну, – с доброй усмешкой сказал Рэм и перевел взгляд на меня. – Ну и что мне с вами делать, кошки мои?
В ответ я сначала осторожно поправила носом сползшего и дрыхнувшего без задних лап малыша, а потом положила голову на лапы, выразительно покосившись на Рэма. Он вздохнул, покачал головой, потом кивнул на моего питомца:
– Ладно, бери его, и пойдем. Сумки где?
Так и получилось, что вскоре из подъезда вышла занятная процессия: впереди Рэм с сумками, за ним – я, по-прежнему оставаясь рысью и неся в зубах котенка. По-моему, он так и дремал, поджав лапки и хвостик и полностью доверившись мне. В машине пришлось возвращаться в человеческий облик и взять малыша в ладони, против чего он совершенно не возражал. Оставив вещи и звереныша у Рэма, мы сделали набег на ближайший магазин, закупив, кроме еды, еще всякой мелочи для нового жителя: вопроса о том, чтобы отдать его в приют или кому-то другому, конечно, не стояло, что меня очень обрадовало.
Вечер прошел уютно и именно так, как я представляла. Сначала мы вместе готовили, и Найдена – котенок оказался кошечкой, – вымытая, высушенная и довольная жизнью, наблюдала за действом с моего плеча, удобно там устроившись и категорически не желая слезать на пол. Потом, собравшись в гостиной, мы ужинали и смотрели фильм, а после, уже поздним вечером, отправились в спальню. Конечно, уснули не сразу, но, засыпая на плече самого лучшего мужчины через несколько часов, я поняла, что в самом деле счастлива. И на Женьку уже не обижалась даже в глубине души, что его личная жизнь изменилась так же быстро, как и моя. Рада в самом деле не ошибается в своих предсказаниях.
Этим же днем
Подбросив Аню до универа утром, Женька отправился в офис, хотя настроение было ну совершенно не рабочим. Мысли то и дело возвращались к тому, что случилось ночью, к собственным выводам в отношении Ани, и даже тени сомнения в том, что сделал что-то неправильно, не возникало. И это радовало несказанно, как и то, что видеть Алену рядом с Рэмом оказалось уже гораздо проще. Так, разве кольнуло что-то в глубине души, когда она смотрела на Рожнова. Такого взгляда Женька не видел у нее ни разу за всю их совместную жизнь. Стало немного грустно, что они оба ошиблись и что, повернись все по-другому, он давно бы мог быть с несносной рыжей лисицей, которая так мило смущалась, когда Женька целовал ее.
В офисе после того, что рассказала Алена про некроманта, конечно, мечтательного настроения поубавилось – за нее тревожно было, все же не чужой человек. Но его отправили следить за подозреваемым, и Женька не возражал – Рэму виднее, кому какие поручения давать. Так что день до конца прошел спокойно, Симонов из своего офиса отлучался только на обед, а домой поехал и вовсе рано, не став засиживаться. Женька развлекался тем, что время от времени писал Ане сообщения чуть-чуть неприличного содержания, с улыбкой думая о том, как она краснеет и пытается справиться с замешательством, наверняка огребая косые взгляды однокурсников. Они не договорились о следующей встрече, Лис подозревал, Аня опасалась затрагивать этот вопрос, а он… Намеренно не говорил ничего, уже зная, что сделает. Лисицу ждет сюрприз. Она наверняка считает, что между ними ничего не изменится – вон, с утра была напряженной и настороженной, как дикий зверек, хотя изо всех сил старалась казаться непринужденной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
