как и у него. — Сухо заметил Сандир.
— Да, но … измена? Нет! Я ни за что не поверю в это! Он мой брат — он любит меня! — Воскликнул король запальчиво. Лицо его раскраснелось, взгляд обжигал, но Сандир даже глазом не моргнул, за долгие годы привыкнув к драконьим повадкам своего повелителя.
— Любит или достаточно хитер, чтобы вы так думали? — Коротко спросил он. — Поверьте, мой милорд, вы не знаете этого юношу и его амбиции. Как видите, они достаточно велики. К тому же, напомню вам, что он был последним в очереди на трон, но за последние два месяца многое изменилось.
Лицо короля тут же переменилось, взгляд угас и принял тоскливое выражение.
— Да … да … я помню, — пробормотал он, глядя куда-то в угол, — Корсарк, Элдрувио и бедняга Орвин со всем его семейством. Даже его дети были ближе к этому трону, чем малыш Риккант. Но теперь … да, полагаю ты прав. Теперь между Риккантом и троном остался один только я. И если со мной что-то случится, разумеется, именно он станет новым королем. Ты считаешь они погибли или исчезли по его вине? Не слишком ли сложно для пятнадцатилетнего мальчишки?
Сандир медленно покачал головой.
— Разумеется, он неопытен еще, горяч, наивен и не так хорошо умеет руководить как вы или я. Но я полагаю у принца есть умелые наставники, которые руководят его действиями.
— Мятежники, — хмуро произнес король.
— Именно. А это, скорее всего, зрелые люди и опытные интриганы. Конечно им удобно посадить на трон глупого мальчишку, чтобы его руками вершить власть. Вы ведь понимаете это.
Король сжал кулаки и скрипнул зубами. Немного поелозил на неудобном стуле с высокой инкрустированной спинкой и озабоченно спросил:
— Кто эти люди или существа, как ты считаешь, Сандир? Есть мысли?
Тот сделал вид, что впал в раздумья.
— Это кто-то за пределами замка, иначе мы бы их давно вычислили. Возможно даже — они обитают не в наших землях. Как удобно такому существу манипулировать юным принцем, чтобы втереться в его доверие … но и с Рикканта это тоже не снимает ответственности.
Король метнул в Сандира настолько тяжелый взгляд, что у того на мгновение подогнулись колени. Взяв себя в руки, он продолжил, стараясь, чтобы голос его звучал твердо:
— Ваш брат отлично знает свое положение. И лучше чем кто-либо другой понимает, что значит ответственность перед королем, преданность и измена.
— И что ты предлагаешь? — Сумрачно спросил король, прикусив палец. — Запереть его где-нибудь? Сослать в дальнюю провинцию? И где он вообще сейчас находится?
— Я отвечу на этот вопрос в самом конце, — хладнокровно проговорил Сандир, — но сначала один совет по поводу что с ним делать … не гневайтесь, мой светлый милорд, вы же прекрасно понимаете — Риккант ваш ближайший родственник и теперь первый наследник трона. Стало быть, он всегда будет лакомым кусочком для изменников. А поскольку он уже вкусил дух мятежа, поскольку уже замахнулся на трон — наш выбор ограничен. Нам недостаточно отправить его в ссылку. Как бы далеко он ни был от столицы, его все равно найдут и поставят во главе изменнической революции против вас. Он уже рвется к трону — понимаете? Значит, он готов избавиться от вас. А потому уговорить его на это еще раз будет несложно, мой милорд.
— К чему ты клонишь? — Напряженным голосом спросил король, обгрызая инкрустацию с посеребренного ногтя.
— Дослушайте меня, умоляю вас, — мягко произнес Сандир, склонив голову набок, — словом, принц уже заражен опасной болезнью — соперничеством. И его соперник — вы, мой милорд. Посмотрите, он уже действует вполне самостоятельно, собирая вокруг себя группу помощников, гнусь, которая действует по его указке. Это значит он вполне понимает, что происходит и действует осознанно, целенаправленно, его воля направлена на свержение вашей власти. И это значит…
Сандир перевел дух, нервно облизнул губы и закончил очень тихим голосом:
— Это значит выбор ваш предельно мал, мой милорд. Есть два пути, как не допустить принца к власти: отнять у него какую-то часть тела, подобно тому, как ваш прапрадед поступил со своими восставшими родственниками … или позволить мальчику погибнуть, чтобы он не жил дальше в искалеченном…
Закончить он не успел — король подскочил на ноги и с такой силой ударил кулаком по массивному подлокотнику, что он с пушечным грохотом отлетел в стену.
— Это мой брат! — Прорычал король, в ярости склонившись к Сандиру, его огромные кулаки остановились в каком-то сантиметре от его лица. — Думай что говоришь, бездна тебя задери! Это мой брат! Я не буду его калечить! Тем более — убивать!
Сандир сглотнул сухим горлом. Он знал какой будет реакция короля на это предложение и уже заранее все продумал. Подняв голову, он твердо заглянул в глаза короля, там уже плескалась сила, готовая разнести на атомы весь этот мир.
— Так, мой милорд. Риккант ваш брат. Но еще он изменник и мятежник, затеявший бунт против вашей власти. Задумавший избавиться от вас, чтобы занять ваше место. Ради этого он стакнулся с кем-то из ваших врагов и собрал вокруг себя союзников. Ему достаточно отдать им приказ — и они все сделают.
— Я … дракон! — Прохрипел король и взмахнул кулаком в бессильной злобе. — Что они мне сделают?! Дураки! Нет никого могущественнее меня во всем этом мире!
— Есть, — коротко, но веско ответил Сандир и в глазах его мелькнуло что-то неуловимое, он почувствовал, что тоже стал наполняться энергией, — есть и один из них стоит перед вами, мой милорд.
Король осекся, медленно опустил руки и грузно осел на покалеченный трон.
— Что же, Сандир, ты хочешь сказать? — Печально спросил он. — Ты теперь тоже изменник и мой противник?
— Разумеется, я верен вам до смерти и после нее, — холодно произнес Сандир и выпрямился до боли в спине, — но я ведь не единственный феникс в столице, понимаете?
Король смотрел на него тяжелым пустым взглядом и о чем-то долгое время размышлял.
— Рифант и Фелиссандр? — Наконец тяжело выронил он и Сандир уверенно кивнул в ответ.
— Вот именно, мой милорд. Оба молоды и полны магической энергии. Представьте, что случится, если они снимут артефакты равновесия и объединят свои силы.
— Им запрещено это делать, — возразил король, поглаживая свою аккуратную бородку, — ты же знаешь.
— О да, запрещено, — Сандир криво усмехнулся, — знаете ли вы, мой милорд, что Фелиссандр уже уличен мною в отсутствии артефакта равновесия?
Король приподнял одну бровь в немом вопросе и Сандир торопливо заговорил:
— Некоторое время назад у моего сына вдруг стали
