впервые посетили русские корабли — шлюпы «Надежда» и «Нева» под командой Крузенштерна и Лисянского. В дальнейшем посещение русскими кораблями Гавайских островов стало обычным явлением.
Российско-Американская компания завязала торговые сношения с населением Гавайских островов и держала при дворе Камехамеха своего постоянного представителя. Камехамеха с чувством искренней дружбы относился к правителю владений компании — Баранову, и хотя ни разу в жизни им не пришлось встретиться, обмен подарками между ними продолжался до 1816 года, когда Баранов ушел с поста управителя компании.
Наводнение Гавайских островов иностранцами, главным образом американцами, усиливалось из года в год.
Первоначально, начиная с 1784 года, Гавайскими островами, как промежуточной станцией на пути в Кантон, пользовались суда американских торговцев пушниной. Эти же торговцы пушниной начали хищнически истреблять сандаловые леса, покрывавшие многие склоны гор на Гавайских островах. Сандаловое дерево очень ценилось в Китае, где оно использовалось в качестве ароматического вещества или для поделок, связанных с религиозными культами. К началу 1830 годов сандаловые леса на Гавайях были уничтожены почти полностью.
В начале XIX века в северной части Тихого океана начал развиваться китобойный промысел. Первый американский китобойный корабль пристал к Гавайским островам в 1819 году, в год смерти основателя Гавайского королевства — Камехамеха I.
Дальнейшее развитие китобойного промысла из года в год увеличивало число китобойных судов, базировавшихся на Гавайях. К 1846 году их количество достигло 600.
Наплыв иностранцев и в особенности американцев губительнейшим образом отозвался на коренном населении островов. За спиртные напитки, металлические изделия и различные безделушки у местного населения выменивались продукты питания, причем при обменах гавайцы обманывались самым бессовестным образом. Спаивания, грабежи и насилия над туземцами стали самым обычным явлением на территории Гавайского королевства.
Начиная с 1820 года американские миссионеры начали насаждать на островах христианство и колониальный режим. Здесь стали появляться многочисленные американские резиденты, захватившие лучшие земли, местную торговлю и с каждым годом получавшие все больший вес в Гавайском королевстве. Для работы на плантациях американские резиденты начали ввозить португальских, филиппинских, китайских и японских рабочих. Правительство США, активно поддерживая своих резидентов, в 1820 году прислало на Гавайские острова своего постоянного представителя «по делам торговли и мореплавания». Этот представитель фактически направлял жизнь королевства в нужное для США русло. С 1825 года на Гавайских островах стали ежегодно бывать военные корабли США, имевшие целью «защиту американских интересов».
В 1876 году король Гавайев Калакаца заключил с США «торговый договор», способствовавший еще большему экономическому и политическому закабалению Гавайев.
В 1884–1887 годах правительство США добилось права создания в бухте Пирл-Харбор своей военно-морской базы.
В 1887 году так называемая «конституционная» партия, возглавляемая американскими плантаторами, фактически установила в стране свою диктатуру.
В январе 1893 года последняя королева Гавайев — Лилуокалани — сделала попытку ограничить права американских резидентов. Ответом на это была инсценировка «восстания» против королевской власти. Восстание было поддержано десантом, высаженным с американского крейсера. Королеву Лилуокалани вынудили отречься от престола, и Гавайи были объявлены «республикой». Первым шагом нового правительства была посылка в Вашингтон делегации, которая обратилась к правительству США с просьбой о принятии республики в состав Соединенных Штатов Америки. 7 июля 1898 года, в разгар испано-американской войны и разгула шовинистической реакции, Гавайская «республика» была присоединена к США и в 1900 году получила статут «территории США».
После этого иммиграция на Гавайи резко увеличилась. Предприниматели, захватывавшие обширные территории, остро нуждались в рабочей силе для возделывания плантаций, и начался усиленный ввоз китайских и филиппинских рабочих. Широко хлынул поток эмигрантов и из Японии.
Местное население, вытесняемое с родных земель и спаиваемое дешевым виски, быстро вымирало. Так, по переписи 1926 года гавайцев насчитывалось всего 6,4 %, остальное население составляли японцы, филиппинцы, китайцы, негры и др.
В настоящее время сохранилось только несколько крошечных гавайских деревушек на мелких островах, жители которых постепенно вымирают. Они уже не занимаются земледелием или рыбной ловлей, так как не имеют ни земли, ни орудий лова. Вся их «работа» состоит в позировании многочисленным туристам и кинооператорам Голливуда, снимающим фильмы из жизни туземцев Тихого океана. На заработанные таким образом жалкие гроши они ведут поистине нищенское существование.
Так под «благодетельным влиянием американской культуры» погиб небольшой, но очень одаренный народ.
Лицемерные колонизаторы на одной из площадей Гонолулу поставили роскошный памятник основателю разрушенного ими Гавайского государства — Камехамеху I, отдав этим единственную дань уничтоженному народу.
Оторвавшись от грустных мыслей, еще раз оглядываюсь вокруг. Уже совсем темно, и только слабый свет узкого лунного серпа чуть серебрит поверхность бухты. Под бортом слабо плещет вода, и какие-то светящиеся существа иногда быстро мелькают в глубине.
День закончен. Закончен и предпоследний переход. Еще один большой переход, и мы подойдем к родным берегам. В последний раз окидываю взглядом палубу. Одинокая фигура вахтенного у трапа — больше никого, уставшие за день люди уже давно отдыхают.
ОСТРОВ ОАХУ
С утра 6 октября прибывает машина шипчандлера со свежим продовольствием, заказанным накануне. Не успевает команда закончить переноску на судно мяса, рыбы и больших кубических кусков искусственного льда, как к борту подходит небольшой катер. Прибыл водолаз для осмотра кормы судна. Вслед за ним на борту показывается высокая, худая фигура Дэвидса.
— Сейчас можно, — сообщает он, — пройти в контору агентства, это очень близко, после чего поехать на судоремонтный завод, заказать реи и заглянуть на склады, чтобы отобрать нужные блоки и тросы.
Я прошу немного обождать — мне хочется посмотреть, как начнет работать водолаз, и Дэвидс охотно соглашается.
Водолаз приготавливается к погружению. Это японец, молодой и стройный, с сильно развитой грудной клеткой и рельефно очерченной мускулатурой. Он быстро сбрасывает с себя комбинезон и, оставшись в одних трусах, надевает на спину некое подобие ранца с трубками, идущими к небольшой легкой маске, прикрывающей нос и рот и оставляющей глаза и все остальное лицо открытыми. Затем он укрепляет на голове лампочку, вроде употребляемых нашими шахтерами, скатывает и закладывает в уши комочки ваты, пропитанной каким-то маслом, и осторожно спускается со шлюпки в воду. Погрузившись по горло, он отталкивается руками от шлюпки и исчезает под водой. Взбаламученная его движениями вода быстро успокаивается и снова делается сине-голубой и прозрачной, пронизанной золотистыми нитями косых солнечных лучей.
Проходит почти пять минут, и ничто не выдает присутствия человека под водой. Огромная розовато-лиловая медуза, шевеля длинной бахромой своих щупальцев, безмятежно плывет в воде
