сама земля стонала от боли.
Не успели смолкнуть первые залпы, как русские мехатроны ринулись через реку. Их стальные паучьи лапы грохотали по шатким понтонам, а пулемёты выплёвывали свинцовый дождь, прикрывая стремительную атаку. В британском стане начался настоящий хаос. Солдаты, ещё минуту назад копавшие длинные траншеи вдоль реки, в панике метались, натыкаясь на груды искорёженного металла. Лишь немногие успели нырнуть в блиндажи — остальных настигали молнии из электрических пушек.
Оставшиеся целыми после первого залпа артиллерии стальные гиганты британцев попытались им противостоять, вступив в рукопашную дуэль, орудуя огнемётами, клинками и клещами. И хотя они были куда больше в размерах, в боевом строю вражеских мехатронов осталось всего несколько штук. Русские «пауки» нещадно давили британских чудовищ на гусеницах числом, окружая, опрокидывая и запуская в них нескончаемые разряды молний.
Металл скрежетал, ружья гремели залпами, раненые истошно вопили, пламя полыхало, унося вместе с дымом души убитых воинов прямиком в Астральный План. Воздух наполнил треск ломающихся валов, гул глухих ударов, вой перегретого пара, отчаянные крики — долина превратилась в гигантский тигель, где в хаосе ожесточённой битвы смешивались сталь и плоть.
Вслед за мехатронами в атаку понеслась конница. Громогласное «Ур-р-ра!» прокатилось над долиной, заглушая звуки битвы. Кавалеристы, словно ураган, врезались в ряды врага. Пули из револьверов и ружей сбивали захватчиков с лошадей и ног, сабли сверкали, высекая искры из британских штыков. Тех, кто оказывал сопротивление, безжалостно уничтожали, втаптывая тела в грязь копытами. Тех, кто бросал оружие и сдавался, вязали на месте. Вдоль всей долины, до самого горизонта, красные, синие и зелёные мундиры смешались с серыми плащами.
Колонна британских подкреплений у кромки леса дрогнула. Солдаты, ещё недавно маршировавшие ровным красивым строем, спешно разворачивались и в панике отступали в чащобы. За ними устремилась погоня. Захватчики не успели закрепиться, их оборона рухнула в течение всего нескольких страшных минут.
Глядя на лихих казаков и русских солдат, моё сердце вдруг наполнилось искренней радостью за их победу. На меня нахлынули воспоминания о собственных подвигах, когда я мчался на горячем жеребце, вздымая пыль, и сверкал саблей в строю таких же отчаянных рубак. С тех пор минуло много лет, для меня прошла целая жизнь в ином мире и сущности, но я невольно вновь проникся этим воинственным духом.
— Зелёно-красные человечки победили, верно? — раздался за моей спиной напряжённый голос Эллисандры. — Это хорошо?
— Хорошо, — с улыбкой кивнул я, оборачиваясь.
Грохот битвы выманил из укрытия Эллис, Аурелию и семью французов. Они подползли ближе, затаив дыхание. Месье Пьер Мартен, не в силах сдержать восторг при виде того, как русские полки гоняют по полю и вяжут остатки британцев, издал победный клич и подбросил в воздух свою истрёпанную кепку. Я кинул на него предостерегающий взгляд — к счастью, сражение разворачивалось достаточно далеко, и нас никто не заметил.
На лице Аурелии отражалась смесь глубокой печали и радости. Она окинула взглядом разбитые порядки захватчиков, окутанные дымом и языками пламени, затем отвернулась и начала тихо молиться. Её примеру последовала супруга француза, прижимая к груди своего сына.
Едва пушки и залпы винтовок отгремели, а радостные крики победы стихли, как я вновь обратил тревожный взгляд на чащобу. В этот момент между деревьями друг за другом мелькнули две едва приметные тени. Эквион и Кайра показались из зарослей. Они выглядели измотанными, со следами крови на одежде и лицах, но в их глазах горел победный огонь.
— Отлично! — воскликнула демоница, оценивая результаты боя. — Не зря старались.
— Как всё прошло? — спросил я, пытаясь скрыть волнение в голосе.
— Не без труда, но мы справились, — в привычной манере усмехнулась Кайра. — Лорд Эквион спас меня от пули, но в остальном всё прошло гладко.
— Лисица, ты знаешь, как меня всегда можно отблагодарить! — нахально заявил агонист.
— Я вам премного благодарна, лорд. Но не настолько, уж простите.
— Что, даже на поцелуй не рассчитывать? — скривился Эквион.
— По возвращении на родину я отсыплю вам серебра, — с усмешкой пообещала Кайра. — В накладе не останетесь.
— О времена, о нравы! — пробурчал агонист с искренним возмущением. — Сучьи потрошки, куда катится этот мир, если прекрасная дева уже отказывается вознаградить своего спасителя даже невинным поцелуем?!
Эллисандра бросила на него странный взгляд, словно хотела что-то сказать. Наши глаза встретились, и она, поджав губы, отвернулась. Я нахмурился, но промолчал — сейчас у нас имелись заботы поважнее, чем разбираться в мыслях вздорной элле.
— Лорд Эквион, — произнесла Кайра, напряжённо вглядываясь в долину, где ещё клубился дым от недавнего сражения. — Уверена, наши приключения здесь войдут в легенду, которая впечатлит не одну даму, а Степан Игнатьевич всё подтвердит, как и я. Однако сейчас нам лучше отойти в лес и прикинуться обыкновенными беженцами. Господа, избавьтесь от плащей и оружия британцев, они могут вызвать лишние подозрения.
Мы послушно покинули наблюдательный пост и устало направились в чащу. Но не успели сделать и нескольких шагов, как нам навстречу вышли солдаты в зелёных мундирах. Они с удивлением осмотрели наш потрёпанный отряд и направили на нас винтовки.
— Не стреляйте! — поднимая руки над головой, воскликнула Кайра. — Мы подданные Российской Империи!
* * *
— Удивительная история, — пробормотал полковник Листьев, суровый мужчина с густыми седыми бакенбардами и блестящей от лысины головой. — Значит, вы, господа, бежали из захваченного противником Кале, трое суток блуждали по лесам, пытаясь вырваться из окружения, после чего провели диверсионную операцию с уничтожением генератора «Грозового рубежа»?
— Всё верно, ваше высокоблагородие, — ответила Кайра с самой милой и безобидной улыбкой на лице.
Полковник сурово сдвинул брови и недоверчиво покачал головой, разглядывая разложенное на столе оружие, изъятое у нас при обыске: две винтовки «Мартини-Генри», шесть револьверов — четыре системы «Смит и Вессон» и пара британских «Веблей», тонкий изящный кинжал демоницы и один более грубой формы, добытый мною у вражеских солдат, а также мечи из чёрного титана агониста. И несколько подсумков с патронами.
— Вот так пассаж, — выдержав паузу, пробормотал он. — Я бы ни за что в это не поверил, но подпоручик Звягерев клянётся, будто видел, как вы спешно покидали укрытие противника сразу после того, как кабель питания был повреждён. При этом там остались тела не меньше двух десятков британских солдат и офицеров. Кто же вы такие, господа?
— Моё имя Суворова Мария Семёновна, — уверенным тоном
