молнией ударю!
Выши-Бун взглянул на тех огров, что все еще ползали по земле, медленно отходя от моей ульты.
Огр думал. Мыслительный процесс шел медленно, но верно. Решение все-таки было принято.
— Идите! Вас не тронут! — проревел он, отходя в сторону. — Мы не мешать! Слово Выши-Буна!
— Во как! — вырвалось у меня. Слово-то какое.
Я повернулся и махнул рукой, мол, можно идти.
— Договорился! — хмыкнул Керн! — Молодец!
— Соображает Серега! — похвалил Лектор.
Ви-Агра довольно щелкнула клыками.
Все наше орко-кентяврячье войско, с примесью гоблинов, быстро прошествовало мимо расступившихся огров. Те недовольно скалились, рычали, но, ни один не полез выяснять отношения.
— Хорошая работа! — пискнул Трах-Бабах, глядя на меня с уважением. — А что там про женщину?
Пауза. Сам же и расхохотался. Кентавры заулыбались.
Дал зеленому по лысине, чтобы не выделывался. Мелкий, а все туда же.
Ущелье прошли за пять часов. Все это время нас сопровождала парочка огров и стал мелких гарпий. Из луков попасть по ним было сложно — птицы быстро охренели и принялись досаждать нам — то срали сверху, то противно верещали. Особо наглые нападали на замыкающих, царапая когтями.
Проблему решили раз и навсегда. Попросили Май-о-Неза зашвырнуть повыше в воздух нашего главного подрывника Бензобаха. Гарпии решили, что это типа жертва и с радостью бросились на цель всей стаей.
— Ага, щас! — выдавив безумную улыбку пробормотал Николай, после чего взял да и подорвал себя. Бабахнуло знатно, со сплэш-дэмэйджем, ага. Эффект был весьма заметным — во все стороны полетели дымящие куры-гриль. Естественно, что сам Бензобах в процессе детонации не пострадал.
— О как! Система ПВО в действии, — пояснил Керн. — Назовем ее «ЕЖ-1».
— Почему именно так? — удивился Лектор.
Керн отвечать не стал — реакция остальных понравилась. Май-о-Нез, едва не раздавив Трах-Бабахв, бросился ловить Бензобаха. Поймал. Все радостно загалдели — система «ЕЖ» им понравилась.
Больше по воздуху нас никто не преследовал — более восьмидесяти процентов гарпий перестали представлять из себя опасность.
— До нашей долины осталось совсем немного! — радостно произнес Рун-Малааг. — Пара часов пути.
— Верно, — пробурчал Тун. — Надеюсь, мы сможем убедить оставшихся покинуть лагерь.
Уже на выходе из ущелья, раздался горн — он принадлежал ограм.
— Что это значит, Май-о-Нез?
Здоровяк нахмурился.
— Воины Выши-Буна биться с врагом. Такой зов говорит, когда ограм нужна помощь.
Мы с шаманом переглянулись.
— Нэгры идут за нами? — хмыкнул Керн. — Я думал, мы всех перебили, нет? Или кто-то еще за нами увязался?
— Это неважно! — ответил я. — Через толпу таких костоломов пробиться с боем непросто. Даже если это по наши души, нэгры поймут, что связались не с теми. Их же больше тридцати…
— Ускоримся. На всякий случай, — заметил шаман, зачем глядя в небо.
— Барриса, может оставить здесь наблюдателя? — поинтересовался Яну-Бас. — Если что, догонят!
— Согласен!
Мы оставили троих волчьих всадников, оставив их в засаде, а сами продолжили пути.
Вскоре нам попался первый орочий аванпост — на нем трое молодых орков, которых еще рано было брать на полноценную битву. Покойный вождь Боевого Молота Ду-Хаст специально оставил здесь около полусотни таких бойцов, чтобы те охраняли лагерь. Нас встретили с радостью и крайне удивились, что обратно вернулось так мало народу, да еще и в сопровождении кентавров, гоблинов и даже одного огра. Пока не стали раскрывать всего произошедшего и потребовали срочно сопроводить нас в лагерь и собрать орду на всеобщее совещание.
Едва мы вступили в долину, как я сразу же почувствовал сильный запах дерьма. И химии.
Шаман, уловив флюиды, тоже пришел в ярость. Он носился по лагерю, ругал орчих стариков и детей… Те рычали, ругались и тыкали пальцами в сторону его пещеры. Тун-Бахар оглянулся, принюхался и понял — дерьмом несло именно из его пещеры предков. Сверху, из искусственно созданной щели в скале, поднимался зеленоватый дымок.
— Какого демона, кого вы туда запустили? Что произошло, пока меня не было? Это священное место, все Великие шаманы орды жили там, пещера веками содержалась в чистоте. А теперь? Объясните же, наконец, внятно! Ну?
— Явился странный демон. Очень плохой демон, — попытался объяснить один из стариков, усиленно жестикулируя. — Мы его убили, а он опять собрался. Мы снова его убили, а он повторно восстал! Собрался из земли и…
— Собрался? Из чего? Говна? — Тун-Бахар был вне себя от нахлынувшей ярости. — Воняет именно говном! Ну?
— Все так! — хором ответили молодые орчихи. — И теперь этот демон сидит в пещере и никого туда не пускает!
— Демон, значит? — хмыкнул шаман, поднимая боевой посох. — Хорошо, ждите здесь! Пойду и выясню, что там за демон такой облюбовал мою пещеру. И почему он, о духи, так жутко воняет⁈
— Я с тобой, — заявил я голосом, не терпящим возражений. — На всякий случай!
Седой орк окинул меня удивленным взглядом, коротко кивнул и решительно двинулся к своему жилищу, откуда реально несло дерьмом, какой-то едкой химией и еще чем-то странным…
Глава 34
Старые знакомые превращаются во врагов
— Эй! А ну вылезай, отродье! — яростно заревел Тун-Бахар, без всяких опасений подобравшись ко входу в свое жилище. — Я, Великий Шаман орды, Тун-Бахар Яростный, приказываю предстать передо мной! Сейчас же!
— Угу! Да ты дпиломат! Так ты точно своего добьешься! — хмыкнул я, наблюдая за седым орком. Тот едва сдерживался от слепого гнева. Кажется, самовольно занять жилище главного шамана орды в его отсутствие — это полный нонсенс.
Тун обернулся, хмуро на меня посмотрел, нервно дернул плечом.
— Что ты предлагаешь? — бросил он через плечо, махнув посохом.
— Действовать хитростью, — уверенно произнес я, а сам усомнился, мол, где мы и где хитрость?
Пещера шамана была перекрыта заслоном из прочных дубовых досок, внутри которого виднелась такая же прочная дверь. Все это было завешано костями и черепами животных, какими-то шкурами. Определенно, кто-то из орды следил за жилищем, поэтому внешне все было в порядке. Кроме неестественно сильной вони. Здесь дерьмом воняло куда хуже — даже не верилось, что такой естественный запах может быть настолько сильным и заполнять собой все вокруг.
— Эй, в конуре! — заревел я, подняв над головой топор. — Вылезай, покажи личико, Гюльчатай!
— Это еще
