ворот стояли Ларс и Кэрол, готовые проводить его вперед.
Они шли к новой вселенной. К потерянной детской мечте. К новой жизни. К скорбям и радостям. Туда, где ждала свобода и цель.
Навстречу солнцу…
Генри Асколд
Молния сверкнула прямо между Генри и великанами. Запахло гарью. Земля под ногами разверзлась и образовала черный кратер. Один из гигантов в ужасе отполз назад, другой со страхом вперился в звериный облик командующего.
– Хозяин! – вырвалось у него. И оба титана мгновенно опустились на колени перед Генри.
«Я? Хозяин? – недоумевал лорд. – Только что вы пытались меня прикончить? Неужели эта молния образумила вас?»
– Встаньте.
Они повиновались. Их рост был в четыре раза больше, но они слушались его, как собаки. Генри испугался не меньше. «Что произошло?» – воскликнул он про себя. Ему хотелось задрожать от страха, но новое тело прогоняло это желание прочь. Какая-то звериная сила вселяла в него хладнокровие.
И вот он шагнул в долину, а великаны покорно открыли ему дорогу…
Внезапно командующий понял, что обоняние не нужно ему. Словно бы открылся третий глаз или возникло дополнительное чувство. Он всё видел, но не с помощью носа и зрения, а как будто издалека, откуда-то с неба; чужими глазами, сквозь туманный дым и облачное сияние. Природа передавала ему красочные картинки сама, выполняя роль послушного слуги. Генри ощутил, что молния позволила ему прозреть…
Прямо за каменной аркой расстилалась огромная низина, окруженная горами и скалами. Посреди пейзажа ютилось озеро, а по бокам теплились костры, у которых сидели огромные люди.
«Мифические существа, прислуживающие магам молний», – вспомнил Генри.
Он шел между ними, а гиганты недоверчиво косились на его мечевидные ноги. Кто-то открыто поклонялся командующему, а кто-то с презрительной усмешкой отворачивался в сторону.
На огне жарились кровожадные монстры с расплющенными головами и оторванными конечностями. Какая-то великаниха потрошила монкора прямо возле воды, сдирая с него чешую, чтобы приготовить пахучее мясо.
Генри будто попал в общество древних людей. Ему открылась непомерная сила и бодрость этих голых дикарей. Они не носили повязок. Почти не говорили. И только волосы кое-как облагораживали их непристойный вид.
Но было и ещё нечто, отчего Генри насторожился. Сияние. Огонь в их кострах горел по-разному. Будто бы пламя источало разную энергетику, несвойственную своей стихии. Командующий увидел тускло-рыжий цвет, причем без примеси желтого и красного. Точно лиса вскинула свой хвост, чтобы покрасоваться.
После этого Генри разглядел в отдалении следующий цвет: синий. Совершенно холодное, голубое пламя. Теперь уже это не казалось странным. Здесь была своя закономерность. И присмотревшись повнимательнее, он заметил, что для поддержания тепла не кладут дрова. Под огнем ничего нет. Только одиночный символ, выписанный на земле чьей-то умелой рукой. Пламя над символом полыхало без конца, вздрагивая бледно-васильковым светом.
«Всё же эти существа на порядок превосходят людей. Громадные, опасные, способные на колдовство».
Под колоссальными переплетами гор разрослись значительные каменные выступы, напоминающие человеческие пальцы. И под каждым вглубь уходила пещера, словно приглашая войти.
А у входов – «Вот диво!» – символы, написанные языком рун.
После этого Генри увидел желтый и, наконец, зеленый костер. А позади них другие руны на камнях и уступах.
Картина долины продолжала меняться. И чем дальше вниз, тем выше были великаны. Будто отработанная иерархия роста главенствовала над их природой. И в какой-то момент детишки обогнали в размерах охранников, которых Генри повстречал на входе.
Еда и костры, меняя цвет, увеличивались на глазах. И с каждым новым шагом добыча становилась больше, а гиганты превращались в титанов, грозящихся догнать высоту стен Остании.
Ему было страшно смотреть на эти изменениями. «Можно ли договориться с ними? Они могут прихлопнуть меня, как муху. А я намереваюсь их возглавить? Неужели сила магов молний настолько велика, что даже такие могучие создания склоняют перед ними головы?»
Он мерил землю вслед за проводниками, и чем дальше шел, тем больше понимал, что вокруг крупных углублений гор селятся только великаны с одинаковым цветом костров и сходными руническими символами.
Чем дальше в низину – тем крупнее гиганты и их еда… Те, кого он видел у ворот, по сравнению с новыми были просто карликами.
Громадные, как башни замков, здесь сидели ходячие бедствия. И еда у них была соответствующая. Носорогослон висел на обструганном, как копье, дубе. Громолев, приготовленный с веткой яблочного дерева, лежал на железной решетке точно деликатес.
Великаны не отличались цивилизацией. Их дома располагались в пещерах, где не надо строить и укреплять. Они использовали примитивные орудия, вроде дубинок и простых котелков. Но в них оставалось нечто загадочное. Связь с миром волшебства. «Им известны тайны, которых не достиг человек».
«Фенрир сказал, что магия не действует на них. Но откуда тогда взялась молния? Почему в тот момент, когда я почувствовал опасность, с ясного неба прилетела электрическая вспышка?»
Гиганты смотрели на лорда, как на незваную еду, маленькую и своевольную. Он не был похож на них. И не был человеком. Глаза его не горели красным, как у мага, и всё же, когда великаны-стражники объявляли его «хозяином», остальные принимали их слова на веру и пропускали Генри, изредка говоря «Гамум…».
Как когда-то в молодости Генри поражался новым открытиям. В прошлом, стоило подступить к человеку ближе, и сразу видишь морщины, седину, родинки и бородавки, совсем незаметные издалека. Но в случае с великанами расстояние не требовалось. Вся отвратительная сторона человеческой кожи и болячек росла на них, словно увеличенная стеклом зараза. Они являли собой картины того, как нельзя ухаживать за собой.
И всё же было в них что-то прекрасное. Забытое этой самой цивилизацией. Этими аристократами в крахмальных белых воротниках и чистых платьях. У великанов было равенство. Они жили по-простому, но с душой. Генри видел их жилища, изрисованные внутри мелом. Видел здоровых гигантов, что управляются с нехитрой удочкой, сильно напоминающей дерево с куском рыболовной сети. И восхитился тому, как их голые детишки покорно ждут своей очереди, чтобы отведать мясной ужин.
Не было слов речи, только отрывистые звуки эмоций. Так, например мать давала подзатыльник дитю и издавала грозное: «РРЕ!».
А тот отвечал: «НО!».
И вот уже рука отца награждала его отмашистой затрещиной.
Генри проходил всё глубже и видел, что гиганты растут точно на дрожжах. Чем ближе к низине, тем опаснее и страшнее. «Зачем же Фенриру понадобилось их убивать? Что сделали ему эти существа?»
Он замечал их сходство с людьми и припоминал ненависть демона. «Он хочет умертвить их… Но за что? Они так просты и невинны.
