Подводя итог внешнеполитическому положению, Сталин определил содержание внешней политики Советского Союза. Цитируется по стенограмме выступления:
«Наша внешняя политика ясна. Она есть политика сохранения мира и усиления торговых отношений со всеми странами. СССР не думает угрожать кому бы то ни было и – тем более – напасть на кого бы то ни было. Мы стоим за мир и отстаиваем дело мира. Но мы не боимся угроз и готовы ответить ударом на удар поджигателей войны. (Бурные аплодисменты). Кто хочет мира и добивается деловых связей с нами, тот всегда найдет у нас поддержку. А те, которые попытаются напасть на нашу страну, – получат сокрушительный отпор, чтобы впредь неповадно было им совать свое свиное рыло в наш советский огород. (Гром аплодисментов).
Такова наша внешняя политика. (Гром аплодисментов)»[442].
Хорошую речь сказал товарищ Сталин. Съезду она явно понравилась. Но у этой речи была своя оборотная сторона. В тот момент Советский Союз еще нуждался в иностранной технической помощи. Работа по ее привлечению шла полным ходом. На ее основе шло переоборудование, реконструкция и расширение построенных производств, освоение новых изделий и новой продукции. Советский Союз еще нуждался в импорте специального промышленного оборудования. Например, токарные станки с диаметром обработки до 500 миллиметров в 1934 году выпускались в Советском Союзе. А вот станки с диаметром обработки свыше 500 миллиметров приходилось ввозить. Их производство будет налажено только в 1937–1938 годах.
Кроме того, Советский Союз нуждался пока в мире и в прочных торговых отношениях ради укрепления престижа и положения в качестве ведущей индустриальной державы мира. В 1934 году как раз начался промышленный экспорт из Советского Союза. Вывозилось электрооборудование, электродвигатели, промышленное оборудование. Вывезли даже, несмотря на большие трудности с металлоизделиями внутри страны, 500 тысяч тонн проката.
Потом оборонная промышленность еще не была поставлена на широкую ногу. В этом пока делались только первые опыты. Велась усиленная работа над тем, чтобы во всех основных видах вооружения достичь мирового уровня или даже существенно его превзойти. Без этого нечего было и думать о начале какой бы то ни было войны. Поэтому в 1934 году Сталин говорил о мире и говорил о том, что соблюдение мира – это есть внешняя политика Советского Союза.
Дальше, перейдя к вопросу о внутреннем положении в Советском Союзе, Сталин стал рассматривать успехи в деле хозяйственного строительства. Но теперь он это делал не так, как на Пленуме ЦК в начале 1933 года. В этом отчетном докладе Сталин делал упор на политических итогах хозяйственного строительства:
«Это факт, что удельный вес социалистической системы хозяйства в области промышленности составляет в настоящее время 99 %, а в сельском хозяйстве, если иметь в виду посевные площади зерновых культур, – 84,5 %, тогда как на долю единоличного крестьянского хозяйства приходится всего 15,5 %.
Выходит, что капиталистическое хозяйство в СССР уже ликвидировано, а единолично-крестьянский сектор в деревне оттеснен на второстепенные позиции…
Мы можем теперь сказать, что первый, третий и четвертый[443] общественно-экономические уклады уже не существуют, второй[444] общественно-экономический уклад оттеснен на второстепенные позиции, а пятый общественно-экономический уклад – социалистический уклад является безраздельно господствующей и единственно командующей силой во всем народном хозяйстве. (Бурные, продолжительные аплодисменты)»[445].
В 1932-м и в 1933 году продукция частной промышленности занимала в объеме валовой продукции промышленности СССР всего 0,07 %, или выпускала продукции на сумму 26,9 млн. рублей в 1932 году и на сумму 29,3 млн. рублей в 1933 году. По существу, вся частная промышленность страны производила столько же, сколько производил один завод, причем не самый большой.
Социалистический, коллективный сектор, сектор крупных хозяйственных единиц был представлен крупной тяжелой промышленностью, совхозами и колхозами. В промышленности, в которой был самый быстрый рост, производство превысило уровень 1913 года на 291,9 %, то есть выросло в четыре раза, если учесть, что в начале 1920-х годов советская промышленность не дотягивала и до половины этого уровня производства. Рост промышленности такими темпами превратил Советский Союз в мощную и без всяких кавычек индустриальную державу. В 1932 году промышленность давала 70,7 % валовой продукции народного хозяйства на сумму 38,5 млрд. рублей. Из этой суммы 22 млрд. рублей, или 57 %, приходилось на долю тяжелой промышленности. В самой тяжелой промышленности 25 % валовой продукции давало машиностроение, то есть продукции на 4,4 млрд. рублей[446].
Успех был большим. Но о самом большом успехе первой пятилетки Сталин сказал так:
«Но из всех достижений промышленности, завоеванных ею за отчетный период, самым важным достижением нужно считать тот факт, что она сумела за это время воспитать и выковать тысячи новых людей и новых руководителей промышленности, целые слои новых инженеров и техников, сотни тысяч молодых квалифицированных рабочих, освоивших новую технику и двинувших вперед нашу социалистическую промышленность. Не может быть сомнения, что без этих людей промышленность не могла бы иметь тех успехов, которые имеет теперь и которыми она вправе гордиться»[447].
На XVII съезде Сталин подвел итог целой эпохе в истории партии большевиков. Этот съезд вошел в историю под названием «съезда победителей», потому что впервые со времени образования партии на этом съезде не было никаких споров, не было столкновений противоборствующих сторон, фракций и групп:
«Настоящий съезд проходит под флагом полной победы ленинизма, под флагом ликвидации остатков антиленинских группировок…
Если на XV съезде приходилось еще доказывать правильность линии партии и вести борьбу с известными антиленинскими группировками, а на XVI съезде – добивать последних приверженцев этих группировок, то на этом съезде и доказывать нечего, да и пожалуй, и бить некого. Все видят, что линия партии победила. (Гром аплодисментов)»[448].
Сталин не намерен останавливаться на этой достигнутой победе и ставит цели дальнейшей политической борьбы – ликвидацию пережитков капитализма в экономике и в сознании людей, поставленную в качестве основной политической цели второй пятилетки.
Глава одиннадцатая
Металл, металл и еще раз металл…
«Задачей плана производства и капитального строительства по черной металлургии является не только огромное увеличение мощностей, но и осуществление резкого качественного сдвига в структуре металлургической продукции, резкое увеличение производства качественных и высококачественных сталей и труб… Вторая коренная задача, товарищи, – это уголь».
Г.К. Орджоникидзе
«Металлургия – это отрасль более трудная, чем все остальные отрасли промышленности. Это факт. Этого оспаривать не нужно».
Г.К. Орджоникидзе
Новая промышленность вступила в строй. Кончился период героических строек и начался период методичного, упорного освоения нового производства. Страна прошла испытания трудностями, начиная на пустом месте, прошла испытания зимними стройками на сорокаградусном морозе, прошла испытания строительными и монтажными штурмами. Советские рабочие достойно выдержали эти испытания.
Но теперь начался совсем другой этап – освоения производства. Рабочим, вчерашним крестьянам и малоквалифицированным строителям теперь предстояло научиться работать на новейшем, высокопроизводительном оборудовании, научиться достигать на нем наивысшей производительности, научиться перекрывать проектную мощность станков и агрегатов.
Это было испытание посложнее и потяжелее, чем освоение методов строительства на морозе. Здесь штурмом ничего не возьмешь. Здесь нужна долгая, упорная, методичная осада узких мест в производстве. Нужен упорный и дотошный поиск причин неудач и срывов, настойчивая борьба с дефектами и браком в работе, с поломками и неисправностями оборудования. Если штурм стройки требовал нечеловеческой выносливости, то освоение нового оборудования, новых производств и отраслей промышленности требовали железного упорства и стремления во что бы то ни стало победить упрямый станок, не желающий работать как положено.
В строительстве было много провалов и неудач. Были жертвы. Но в освоении нового производства провалов, неудач и жертв было намного больше, чем в строительстве. Борьба за производительность и качество была упорней и ожесточенней, чем за темпы строительства. Первые три года второй пятилетки были истрачены на то, чтобы заставить работать новопостроенную промышленность как положено.
