Под руководством Якоба Фуггера (1459-1525) функционировала высокоэффективная разведывательная сеть, основой которой служили многочисленные представительства фирм в различных европейских странах. Распространялось даже специальное информационное письмо, содержащее всю последнюю информацию о политических и коммерческих делах.
Но банкирский дом Фуггеров — пример того, что большая и эффективная разведка не одно и то же. Испанские Габсбурги, которые были основными должниками Фуггеров, потерпели финансовое банкротство и потянули за собой в финансовую пропасть южногерманских банкиров.
Высокой эффективностью своей разведслужбы прославились Ротшильды. В конце XVIII века пять братьев основали банки в пяти европейских столицах (Лондоне, Париже, Вене, Франкфурте и Неаполе). Во время войны с Наполеоном они навербовали более 200 агентов и предоставили все свои разведданные, а также возможности и способности по межгосударственному переводу капиталов в распоряжение Англии. Все расходы они с лихвой покрыли с помощью ловкой биржевой аферы. Благодаря своим информаторам Натан Ротшильд первым узнал о поражении Наполеона. Он немедленно приступил к массовой продаже своих акций. Все остальные биржевики сразу же последовали его примеру, так как решили, что сражение проиграли англичане. Когда цены упали до предельно низкого уровня, Ротшильд все скупил!
Англичане первыми расширили деятельность своих секретных служб на область экономики. Главной ставкой в игре послужила текстильная промышленность. Благодаря техническому превосходству Великобритания обеспечивала себе в области текстиля практически монопольное положение. Однако в конце XVIII века представители южных штатов Америки не пожалели финансовых средств на организацию промышленного шпионажа на английских фабриках в Ланкашире, в результате чего им удалось получить чертежи прядильной машины. Это послужило отправной точкой для создания и развития хлопчатобумажной промышленности в Америке. Благодаря наличию дешевой, в большинстве своем рабской рабочей силы американская хлопчатобумажная промышленность представляла реальную угрозу для Англии. Поэтому последняя решила любой ценой защитить конкурентоспособность своей промышленности. Ей это удалось за счет максимальной эксплуатации пахотных земель и сельскохозяйственных угодий в своих колониальных владениях путем создания огромных хлопковых плантаций в Африке и Вест-Индии. Эту миссию успешно выполнил Генри Уикхем, который уже до этого великолепно себя зарекомендовал, когда нелегально вывез из Бразилии семена гевеи, разрушив тем самым монополию этой страны в области каучука.
Исподволь люди, интересующиеся делами сородичей, не могли не понять всю выгоду, связанную с наличием информации. Ведь информация и разведка сопутствуют друг другу и сегодня, как и тысячи лет назад.
Пойманных с поличным, а иногда и просто заподозренных шпионов никогда не щадили, и частенько кого-нибудь из них находили с перерезанным горлом, проломленным черепом или удавкой на шее. Во время войн их расстреливали без суда и следствия. Французская революция использовала гильотину, Крупп после «энергичного допроса» замуровывал в подвалах своей частной контрразведки, а американцы сажали на электрический стул… Однако желающих заняться шпионажем меньше от этого не становилось.
Но мне бы не хотелось, чтобы у вас сложилось однобокое представление о роли экономической разведки в развитии нашего общества. Жизнь диалектична сама по себе, и вопрос о запрещении использования разведывательных и контрразведывательных технологий в бизнесе и политике может поставить только очень недалекий человек.
2. Экономическая разводка и контрразведка в современном обществе
Термин экономический, промышленный, коммерческий, научно-технический шпионаж (разведка) означает активные действия, направленные на сбор, хищение, накопление и обработку ценной информации, закрытой для доступа посторонних лиц.
Для сбора разведданных используются самые различные методы. Многие из них не отличаются особой порядочностью, однако все они являются неизменно эффективными:
— закупка товаров конкурента;
— неизменное присутствие на ярмарках, выставках, конференциях и т.п., при этом собирается вся доступная или оставленная по недосмотру документация и информация, фотографируется все, что возможно;
— посещение предприятий;
— финансирование контрактов на выполнение научно-исследовательских работ за рубежом с целью проникновения в некоторые лаборатории;
— отправка на учебу за рубеж студентов и стажеров;
— бесконечные безрезультатные переговоры, в процессе которых постоянно запрашивается дополнительная информация;
— похищение чертежей и технической информации;
— шпионаж и простое воровство.
Повседневная жизнь значительно прозаичнее, чем лихо закрученный сюжет детективных романов. С окончанием холодной войны завершилась только политическая конфронтация двух систем. Экономические интересы каждой из сторон остались. А в мире бизнеса нет места жалости и слабости, конкуренция — это стремление уничтожить противника любой ценой, невзирая на средства. Это жестокая борьба, где вопрос ставится однозначно: или ты, или тебя пустят по миру. А поэтому разгораются новые, теперь уже торговые войны: нефтяные, стальные, автомобильные. Причем не только между трестами и корпорациями, но и между государствами, ревниво оберегающими национальную экономику.
В качестве подтверждения своих выводов сошлюсь на слова бывшего директора Главного управления внешней безопасности (DGSE) Франции Клода Сильберзана, который в своем интервью газете «Le Monde» открыто заявил, что «современный шпионаж является главным образом экономическим, научным, техническим и финансовым».
В этом плане весьма показателен крупный международный скандал, разгоревшийся в марте 1993 года. Поводом для него стал полученный посольством США в Париже пакет с секретными документами, в которых содержался стратегический план торговых войн начала 90-х годов. В этом плане четко определялись задачи французской разведки по получению конфиденциальной информации о деятельности американских фирм, банков и брокерских домов. В сферу интересов DGSE были включены маркетинговая стратегия, тактика заключения сделок, планы инвестиций и многое другое.
Комментируя эту скандальную информацию еще один бывший шеф французской разведки Пьер Марией заявил, что экономическая разведка является «нормальной деятельностью разведывательного агентства», когда противостояние государств переходит с военно-политического на экономико-технологический уровень.
Не отстают от своих «гражданских» коллег и военные. В последние годы руководство министерства обороны Франции активно ориентирует находящиеся в его ведении спецслужбы на добывание за рубежом экономической и научно-технической информации, которая способствовала бы укреплению позиций отечественного военно-промышленного комплекса (ВПК) на международной арене.
По большей части это вызвано недовольством «капитанов» ВПК степенью их осведомленности о конъюнктуре на мировых рынках вооружений. Так, во французской печати были опубликованы выдержки из доклада, подготовленного Центром научных исследований в области вооружений министерства обороны. Авторы доклада крайне негативно оценивают деятельность входящего в состав Минобороны Главного управления вооружений (DGA). В своем докладе они констатируют, что DGA, имеющее годовой бюджет свыше 85 млрд. франков, так и не сумело создать эффективную систему «стратегической экономической разведки», которая позволила бы французской военной промышленности потеснить иностранных конкурентов на мировых рынках вооружений.
По материалам доклада незамедлительно были предприняты серьезные меры по кардинальному улучшению работы соответствующих подразделений спецслужб. А министр внутренних дел и регионального развития Франции Жан-Пьер Шевенман даже разработал специальную программу «приобщения» провинциального частного бизнеса к использованию возможностей экономической и научно-технической разведки «во взаимных интересах».
Но и это не все. Для обработки и анализа разведданных, применительно к запросам работающих на экспорт предприятий оборонного комплекса в мае 1998 г. при министерстве обороны было создано Управление по наблюдению за исследованиями в области экономики (ОЕЕ). Новое ведомство возглавила профессор экономики Парижского университета Николь Шэ, имеющая ученую степень по математике. Мадам Шэ является автором ряда научных работ по вопросам повышения конкурентоспособности французской военной промышленности и располагает широкими связями как среди экспертов Научно-исследовательского института проблем национальной обороны, так среди сотрудников уже упоминавшегося Центра научных исследований в области вооружений.
