Главное разведывательное управление Генерального штаба Вооруженных Сил СССР также располагало управлением научно-технической разведки, в задачу которого входил сбор научной информации, находившей применение в военной сфере.
В советских посольствах функционировали две независимые резидентуры — КГБ и ГРУ, каждая из которых решала задачи своего собственного руководства. Оперативные сотрудники КГБ и ГРУ действовали как под дипломатическим и журналистским прикрытием, так и под «крышей» торговых представительств.
Помимо спецслужб, которые добывали информацию с помощью специальных методов и средств, гражданские учреждения также собирали и анализировали информацию, но уже используя свои легальные возможности:
— Государственный комитет по науке и технике (ГКНТ) поддерживал тесные связи с зарубежными странами как в рамках межправительственных программ сотрудничества, так и в программах, действовавших непосредственно между советскими и западными научно-исследовательскими институтами. Хотя, конечно, в ГКНТ хватало и действующих сотрудников КГБ и ГРУ (именно там, в управлении внешних сношений, трудился печально известный полковник ГРУ Пеньковский);
— Академия наук СССР тоже имела собственные каналы для сбора на Западе открытой информации в области математики, физики, биологии и т.д.;
— Министерство внешней торговли добывало современные технологии посредством заключения официальных торговых соглашений. В основном этим занимались два отдела:
а) экономические отношения с западными странами;
б) импорт оборудования из капиталистических стран.
МВТ по всему миру развернуло широкую сеть своих торговых представительств, акционерных обществ со смешанным капиталом и закупочных центров для приобретения западных технологий, необходимых для советской промышленности.
Если рассматривать процентное отношение собираемой информации, то в годовом отчете о выполнении разведывательного плана, подготовленном ВПК для Политбюро и Центрального Комитета партии в 1980 году, отмечалось, что КГБ выполнил 42 процента заявок, ГРУ — 30 (из них 45 процентов приходилось на чисто военные документацию и оборудование), Министерство внешней торговли — 5, ГКНТ и Академия наук — 3 процента.
Военно-промышленная комиссия брала на учет и классифицировала все западные предприятия, которые могли стать поставщиками документации и оборудования для советской промышленности. Основным критерием этой классификации был интерес, который могла представлять продукция той или иной компании для советской промышленности.
Так, например, в США основными объектами внимания советской разведки были: 1) «Дженерал электрик», 2) «Боинг», 3) «Локхид», 4) «Рокуэлл интернэшнл», 5) «Макдоннел Дуглас», б) «Вестингхаус электрик…» и т. д. до 32-й фирмы — «Пан-Америкэн».
Во Франции КГБ и ГРУ держали под присмотром следующие предприятия, работавшие на национальную оборону: «Аэроспасьяль», «Дассо», «Снекма», «Матра», «Томсон», «Панар» и др.
Еще около 15 процентов задач, фигурировавших в годовом разведплане ВПК, выполнялось за счет официальных торговых сделок, заключавшихся между государствами или советскими учреждениями и западными фирмами.
Так, например, за период до 1980 года Советский Союз закупил в Соединенных Штатах, Западной Германии и Японии сотни тонн силиконовой руды, необходимой для производства элементов для компьютеров третьего поколения. Запад ответил на это очередным эмбарго. Однако советская разведка продолжала доставлять этот стратегический минерал в СССР через сложнейшую сеть различных акционерных обществ.
Более трехсот предприятий в трех десятках стран участвовали в преодолении запретов на экспорт современных технологий. Некоторые из них были непосредственно организованы КГБ или ГРУ. Но большинство из них принадлежало западным дельцам, работавшим под контролем советской разведки.
С конца 70-х годов Советский Союз получил на Западе более 30 тысяч единиц усовершенствованного оборудования и около 400 тысяч документов. По западным оценкам, только два министерства — Министерство оборонной промышленности и Министерство авиапромышленности — благодаря полученной разведкой информации смогли сэкономить в период с 1976 по 1980 год 6,5 миллиарда франков, что эквивалентно годовой отдаче от работы 100 тысяч научных сотрудников.
Показателен пример, когда в результате проведенной ПГУ КГБ СССР оперативной комбинации в ходе обеспечения переговоров по подписанию генерального соглашения о научно-техническом сотрудничестве и строительстве «Волжского автозавода» с итальянцами было сэкономлено около 40 миллионов долларов США.
Вместе с тем можно привести массу примеров, когда, решая научно-технические и экономические проблемы, разведка в прямом смысле спасала жизни сотен и тысяч людей. Так, например, мало кому известно, что именно Управление «Т» ПГУ КГБ СССР обеспечивало информацией работы по ликвидации последствий аварии в Чернобыле. По своей инициативе ПГУ КГБ СССР уже 2 мая 1986 года направило своего представителя на место работы правительственной комиссии и поддерживало с ним прямую регулярную связь, получало вопросы научно-технического характера, относящиеся в основном к оценке происходящего в аварийном реакторе, прогнозам последствий, оперативно находило в своих информационных банках или за рубежом ответы на эти вопросы и сообщало их комиссии.
А в конце 80-х годов Управление «Т» передало научным организациям Украины, Белоруссии и в Брянскую область России большой объем информации преимущественно по медико-биологическим аспектам последствий аварии — в частности, таким, как радиоактивное заражение территории, облучение людей и домашних животных.
Именно разведка в начале 80-х годов обратила внимание руководства страны на развитие за рубежом СПИДа. К 1985 году КГБ передал ученым большое количество иностранных документов и биопрепаратов, использованных отечественными институтами при разработке диагностических наборов для определения вируса СПИДа в крови, а также для его профилактики.
В декабре 1987 года именно КГБ доложил правительству СССР, что за рубежом свернули производство кормового белка (БВК) из парафинов нефти, которое еще в 1975 году составляло 600 тыс. тонн в год. Открылось, что БВК вреден сельскохозяйственным животным, птице и в конечном счете людям. Кроме того, в районах производства БВК резко ухудшалась экологическая обстановка.
Эти примеры из прошлого показывают, что в СССР спецслужбы решали не только свои узкоспециализированные задачи, но подключались к особо значимым вопросам социального характера.
К сожалению, сегодня государственная экономическая и научно-техническая разведка, как и все наше государство, переживает не лучшие времена. На сегодняшний день у России нет даже государственной доктрины в области обеспечения собственной экономической безопасности.
Во всем остальном мире для защиты своих экономических интересов принято использовать все возможности государства. Если вернуться к уже упоминавшемуся американскому опыту, то еще в 1990 году президент США Дж.Буш в своем докладе «Стратегия США в области национальной безопасности» провозгласил экономическую разведку приоритетным направлением в деятельности американских спецслужб.
В конце 1993 года Б. Клинтон дал указание руководству разведывательного сообщества США об углублении исследований в области экономической разведки. Было выделено три приоритетных направления:
— макроэкономическая разведка — сбор стратегической информации о глобальных процессах в экономиках других государств;
— микроэкономическая разведка — сбор тактической и оперативной информации по той же проблематике;
— экономическая контрразведка — противодействие попыткам иностранных государственных спецслужб и коммерческих фирм добыть американские торгово-экономические и технологические секреты.
Усиление всего разведывательного сообщества, наращивание оперативных возможностей ЦРУ и активизация тайных операций осуществляется для обеспечения американских интересов за счет других стран, и прежде всего России. В документе о «перестройке» в ЦРУ говорится: «Ни одна общегосударственная программа США не должна будет оставаться без специалистов по тайным операциям и без учета возможностей разведки в реализации этой программы».
В США расходы на государственную экономическую разведку составляют почти 40% расходов всех спецслужб США. В апреле 1993 года представитель штаб-квартиры ЦРУ Л. Кристчен в интервью журналу «Форчун» заметил, что американская разведка переносит основной акцент своей деятельности из сферы военно-политической в сферу глобального бизнеса. При этом американским спецслужбам вменяется в обязанность не только проникновение в макроэкономические секреты (передовые технологии, состояние энергетических и сырьевых ресурсов иностранных государств), но и сбор сведений в интересах американских корпораций, которые обеспечивают им преимущества в борьбе с иностранными конкурентами. В связи с этим ей требуются новые сотрудники, обладающие опытом работы в мире бизнеса и финансов.
