— Идиот! — раздраженно припечатал Тошиминэ. — Хаски, объясни ему.
— Первое, — уныло произнес Хаски. Эти объяснения его успели достать не меньше, чем идиоты озаренные очередной гениальной, с их точки зрения, идеей по поиску запропастившегося Ленока. — Твоего командира, конечно же, несложно отыскать на какой-нибудь летней полянке среди порхающих бабочек. Но вокруг зима. А это его время. Ему сама природа помогает, так что следов мы не найдем, если он хотел их спрятать. А он хотел, иначе бессмысленно было уходить тайком в ночь. Второе. Нам не следует разделяться и бродить поодиночке. Если кто-то смог поймать и удержать командира Ленока, с нами он справится легко. Даже с Феринэ, скорее всего, справится. Просто потому, что о нас он знает больше, чем мы о нем. Третье. Ты всем надоел. Вообще, насколько я помню, ты числишься первым помощником. Поэтому обязан вселять надежду в своих подчиненных, нагружать их работой и выглядеть при этом очень убедительно. Вместо этого ты потеряно бродишь и не даешь себе труда подумать над сложившейся ситуацией.
Сой уставился на первого желтых так, словно у Хаски прямо здесь и сейчас выросла вторая голова и начала вещать на каком-то непереводимом языке.
— Может его стукнуть? — тоскливо спросил Хаски у Рыжей Сволочи. — Такой взгляд должен меня оскорбить. Вот чувствую, что должен. А значит, я в своем праве.
Тошиминэ многозначительно хмыкнул.
Феринэ хорошо. И ее подчиненным хорошо. Все они заняты. Пытаются отыскать Ленока, настроившись на его способности. Конечно тут не Долина, и предел вовсе не родной. Тут нет маяков, способных откликнуться при приближении искомого человека. Тут слишком большая территория и множество людей без дара, которые кажутся тенями, туманом, в котором можно спрятать что угодно. Но Феринэ подобные мелочи никогда не останавливали. Возможно, она так никого и не найдет, но она сделает все на что способна.
Хаски тоже хотелось что-то делать. А вместо этого он бродил следом за своим командиром. Слушал его размышления и время от времени соглашался с тем, что в библиотеке императора хранится никому не нужный хлам, а в архивах ничего найти невозможно. Что там пытался искать Тошиминэ, так и осталось загадкой. Возможно, он и сам не знает, просто тоже хотел что-то делать. Желательно полезное.
Кроме Хаски за следом за Тошиминэ ходили Лед, близнецы и Тиаш. Тэйтэ Феринэ привлекла к работе, так что блондинке было нескучно и без того.
Близнецы были задумчивы и подозрительно молчаливы. Хотя, возможно, они просто пытаются понять, что для них изменится с обретением родственников. Тиаш казалось вообще где-то не в этом мире. То ли опять пытается до своей стихии дотянуться, то ли думает о чем-то, то ли на ходу спит. Лед мрачен и решителен. Только вот неясно куда его решительность направить. Мальчишке нужны враги, срочно. А еще, как оказалось, ему нужен невольный родитель, что вообще странно.
Ленок ведь со своим неожиданно обретенным сыном почти не общался. Причем Тэйтэ была уверенна, что делает он это не из врожденной вредности и не из-за того, что Лед ему чем-то неприятен. Скорее командир фиолетовых пытается оградить парня от себя для того, чтобы он не набрался от него дурных привычек, не начал копировать жесты и мимику, не повторял любимые словечки и так далее. Ленок пытается окончательно отделить Льда от себя. Сделать его чем-то самостоятельным, похожим на него как сын, а не как перекрашенное в блондина зеркальное отражение. У них слишком много общих воспоминаний. И теперь Льду придется накопить своих, личных, в которых не будет места папаше.
Возможно, Ленок прав. Если конечно Тэйтэ на его счет не ошибается. А она мудрая женщина.
— Скучно, — сказал Хаски, заставив опять впавшего в задумчивость Соя вздрогнуть и непонимающе на него уставиться. — Я бы тоже предпочел бегать сейчас по лесу с воплями. Жаль, что оно настолько неумно, что даже я это понимаю.
Тошиминэ улыбнулся.
— Скучно, — согласился он, словно эхо. — Ленок даже пропасть толком не может.
— Ага.
— Эй, — голос Тиаша за спиной прозвучал растерянно.
— Он падает! — хором заорали близнецы.
Хаски крутанулся на каблуке и понял, что о скуке он заговорил заранее.
Тиаш как раз ловил схватившегося за голову и пытавшегося упасть носом в пол Льда. Близнецы застыли, изображая изумление. Какая-то дамочка на заднем плане смотрела с непередаваемым любопытством. Словно подсыпала Льду экспериментальной отравы и теперь наблюдала за тем, как пойдет процесс отравления и закончится ли он смертью подопытного.
— Ему больно, — простонал Лед, вцепившись в одежду Тиаша, и невидяще уставился куда-то сквозь Хаски.
Жуткий такой взгляд. От которого захотелось спрятаться.
То, что больно именно Леноку поняли все и практически сразу, хотя внятного ответа от Льда добивались долго. С направлением поиска папаши парень тоже быстро определился и сразу же начал туда рваться, практически не обращая внимания на то, что его просят подождать пока всех соберут, проинструктируют и подготовят, на сколько оно возможно в данной ситуации. В конце концов, Тиашу пришлось Льда держать, а Тэйтэ непрерывно уговаривать. Парню было больно, если Тошиминэ прав в своем высказывании, практически полностью состоявшем из ругани, то даже больнее, чем Леноку.
Тошиминэ вообще ругался, не переставая, на всех и все. А еще почему-то казался растерянным. По крайней мере, Хаски именно таким он и казался. Словно самоуверенный командир наконец-то не знал, что теперь делать. Или знал, но оно ему сильно не нравилось. А насколько Хаски успел изучить Рыжую Сволочь, собой он рискует безжалостно, легко и без каких-либо сомнений. Но вот когда дело касается кого-то другого…
Да, если подумать, иногда вообще складывается впечатление, что чья-то помощь Тошиминэ только мешает. Точнее, отвлекает, не дает делать то, что в любом другом случае он бы сделал не задумываясь. Сдерживает.
— Вероятно, от глупостей, — кивнул своим мыслям первый желтых. — Самодовольный придурок. Хорошо, что без Льда он Ленока не найдет. Иначе бы ушел без нас. А так… Надо же кому-то за этим несчастным мальчишкой присмотреть. А-яй. Придется проследить за собственным командиром. Не дать ему ввязаться в бой один на один. Сильного противника лучше давить командой. Пускай он силы распыляет, а не сосредотачивает. Помнится, кто-то из школьных учителей что-то такое даже говорил. С лучом солнца сравнивал.
— Разговариваешь с собой?
Хаски скептически посмотрел на выглядевшего морально избитым Соя и попытался ободряюще улыбнуться. Не жалко, а ему может чем-то и поможет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
