— Я? Летать? В мои-то годы? Побойся богов, мальчик! Придумываешь всякие глупости, — раздалось от двери. В проёме стояла Агата и в руках действительно держала новую, добротную метлу. — Это для девочек, у них сегодня практикум по ведовству.
— Они будут летать? — восхитился Веттели и тут же почувствовал укол зависти, в его собственные зрелые годы, пожалуй, уже неуместной. — Эх! А что же нас в Эрчестере этому не учили? Я тоже хочу! В смысле, хотел бы тогда.
Агата рассмеялась.
— Для этого, мой милый, тебе нужно было родиться девочкой. Мальчики на мётлах не летают. Это не в вашей природе.
«Интересно, приходилось ли Эмили в школьные годы летать на метле? Надо будет спросить», — подумал Веттели, и тут принялся буянить боггарт.
— Эй! — орал он и колотил кулачками по стеклу. — Эй, женщина! Выпусти меня немедленно! Хуже будет! Выпусти, или я за себя не ручаюсь! Всё царство разорю и пожгу! — надо же, царство какое-то придумал!
— Видишь, какой злой? Лучше любого вампира, — похвасталась ведьма, стараясь перекричать бушующего пленника. — Усмиряй!
— Как усмирять? Прямо в бутылке?
— Давай для начала в бутылке, будем считать это лабораторным опытом. А потом выпустим на волю и проведём полевые испытания. Да поторопись, мальчик, нам надо уложиться в один урок! — прокричала она прямо ему в ухо.
Если честно, Веттели не имел ни малейшего представления о том, как усмиряют боггартов, будь они в бутылках или «на воле». Поэтому он для начала постучал по стеклу, будто собрался кормить рыбок в аквариуме, и попросил вежливо, но настойчиво:
— Сэр, не могли бы вы прекратить орать хотя бы на три минуты? — за этот срок он рассчитывал выспросить у мисс Брэннстоун, что делать дальше.
Как ни странно, боггарт в самом деле умолк, только ещё сильнее набычился, принялся сопеть носом, раздувая ноздри, и ещё злее дымить.
— О! Молодец! — похвалила ведьма. — Справляешься.
— Да нет, это он сам замолчал, а я ничего не делал, просто попросил, — честно признался Веттели.
Агата рассмеялась в ответ.
— Ну, конечно! Так бы он тебя послушал, если бы ты ничего не делал! Это называется не «попросил», а «заговорил». Интуитивное вербально-силовое воздействие первого порядка. Ты ведь окончил Эрчестер? Верно говорят: образование — это то, что остается, когда забываешь все, чему учили в школе. Да, старина Мерлин не зря ест свой хлеб, навыки он вам привил. Чувствую его стиль, он всегда любил красиво сказанное слово… Давай, продолжай в том же духе, мальчик. Прикажи этой твари что-нибудь ещё.
— Сэр, — предпринял новую попытку Веттели, следуя армейской привычке не подвергать слова старших сомнению, а чётко исполнять приказы. — Мы были бы вам очень признательны, если бы вы не стали курить в помещении школы, здесь это не принято.
Боггарт сомнамбулически повиновался.
— Отлично, мальчик. А теперь готовься, я его выпускаю. Имей в виду: не удержишь — сразу улизнёт.
Если Агата и совершала какие-то магические манипуляции, Веттели не успел это заметить. Только что пленник сидел внутри бутыли и вдруг оказался на свободе. Затравленно огляделся, ещё не веря своей удаче, стал на четвереньки, готовясь к прыжку…
— Сэр, будьте так любезны, не лишайте нас вашего общества в течение двух ближайших часов! — выпалил Веттели поспешно.
Боггарт сел, где стоял.
— Ну? — прохныкал он жалобно. — Что вам ещё надо, мучители?
— Я хотел бы попросить вас, сэр, чтобы вы поприсутствовали на моём занятии по оборонной магии в качестве эксперта-испытателя.
— Хм! И что же я должен буду в этом качестве делать? — уже не сомнамбулически, а вполне вменяемо и даже заинтересовано осведомился боггарт, кажется, предложение ему польстило.
— Сначала вам нужно будет хорошенько напугать своим свирепым видом некоторое количество молодых людей, а когда они, спасаясь от вас, спрячутся внутри магических кругов, оценить степень надёжности их защиты. Надеюсь, моя просьба не покажется вам слишком затруднительной, сэр? — на всякий случай, Веттели прибавил изысканной вежливости, похоже, именно она оказывала на боггарта усмиряющее воздействие.
— Что?! — вскричал боггарт, явно не веря собственным мохнатым ушам. — Напугать некоторое количество молодых людей?! И ради этого меня ловили, заточали в сосуд, как какого-нибудь пошлого восточного джинна, держали там битый час без еды и питья, практиковали на мне ваши липкие человечьи чары?! Да нужно было просто меня позвать, и я с превеликим удовольствием перепугал бы вам хоть весь Гринторп и половину графства Эльчестер в придачу!
— В том-то и дело, любезный сэр, что пугать весь Гринторп нет никакой необходимости. Нужно ограничиться исключительно двумя десятками юношей, закрытых в подвальном помещении. При этом не следует слишком увлекаться ролью, чтобы избежать несчастных случаев. Буду вам очень признателен, сэр, если вы в точности исполните мои рекомендации.
— Ладно, — широко ухмыльнулся боггарт, обнажая жёлтые лошадиные зубы. — Исполню. Где там твой подвал? Веди!
— Но, сэр! Мне кажется, ваше появление произведёт куда более устрашающий эффект, если оно будет внезапным, по условному сигналу, чем если мы просто явимся на занятия рука об руку.
Боггарт взглянул уважительно.
— Верно! А ты не дурак в таких делах, парень! У тебя в родне, случаем, не было боггартов?
— Трудно сказать, сэр, — ответил Веттели. — Примесь старшей крови у меня точно есть, а какого именно народа — не знаю, — что-то подсказывало ему, что были это точно не боггарты, но упоминать об этом он счёл несвоевременным.
— В любом случае, ты не безнадёжен, — благосклонно кивнул собеседник. — Давай так. В нужный момент хлопни в ладоши, позови «Корса!»[111], и я тут же явлюсь во всём своём грозном великолепии… Да не сомневайся, не улизну, — похоже, свои опасения Веттели снова нечаянно облёк в форму безмолвной речи. — Ты меня так прочно опутал своими тягучими заклинаниями — никуда не денусь, пока не отпустишь.
— Не денется, — подтвердила Агата, уловив вопросительный взгляд.
— Но потом, когда я выполню уговор, ты ведь меня освободишь? — вдруг забеспокоился пленник.
— О да, сэр, разумеется! Как только урок будет окончен, я вас незамедлительно освобожу и постараюсь по мере возможности отблагодарить.
При этих словах ведьма нахмурилась, и Веттели вспомнил, почему. Очень опасно связывать себя словом с малым народцем, особенно давать абстрактные обещания, которые могут быть переиначены как угодно, во вред тому, кто их дал. К счастью, на это раз всё обошлось, существо оказалось непритязательным.
— Ловлю на слове! — расплылась в широченной улыбке его бурая физиономия. — С тебя бутылка виски, парень!
— Две! — щедро пообещал Веттели, и они ударили по рукам.
И всё оставшееся до начала второго урока время Веттели потратил на уговоры: смотритель Коулман никак не соглашался дать ему ключи от школьного подвала. Сладить с ним оказалось куда сложнее, чем с боггартом, потребовалось вмешательство самого Инджерсолла. Услышав о подвале, директор поначалу тоже насторожился, но как только уяснил, что мероприятие проводится с одобрения профессора Брэннстоун, совершенно успокоился, и Веттели получил желаемое, за три минуты до звонка.
…Боггарт не преувеличивал — он действительно был грозен и великолепен. Он возник из темноты, ростом под потолок, глаза светились белым, зубы сверкали жёлтым, мощные когти скребли пол, бурая шерсть вставала дыбом на горбатом загривке, из пасти капала дымящаяся слюна — было от чего ошалеть со страха! Если бы Веттели не сумел разглядеть через пелену наваждения, что на самом деле перед ним не огромный рыкающий зверь, а нелепое человекообразное существо росточком не более двух футов, он и сам бы, пожалуй, кинулся чертить защитный круг. Что же говорить о бедных школьниках, уверенных, что их собрались растерзать заживо? Любо-дорого было посмотреть, как шустро они взялись за работу. Тридцати секунд не прошло — защита была наведена. В норматив уложились все, кроме Ангуса Фаунтлери, тот просто плюхнулся на колени, уткнулся лбом в пол, закрыл голову руками и замер, приготовившись к неминуемой смерти.
