Постепенно холодок слабел, пока не размылся вовсе, хотя колдун явно не покидал мастерскую. Значит, если перестает думать о том, как прибить или извести меня, то я тоже не чувствую с его стороны этого ледяного прикосновения. Прекогния срабатывает только в отношении тех, кто замыслил недоброе?
Во дворе народу что-то прибавилось, слуги носятся в ускоренном темпе, будто пожар или явился Мамай. В основном местные слуги и обслуга королевской свиты, но пару раз видел вельмож короля, что вышли подышать свежим воздухом, полным ароматов свежего сена, конских каштанов, горелого железа и сыромятных кож.
Медленно поворачиваясь, я оглядывал всех, прощупывая, как лучом прожектора. Был бы я потщеславнее, ощутил бы приступ разочарования: никто мною не интересуется, ни радости, ни злости, у всех озабоченные лица, один раз только ощутил холодок, но как ни крутился, так и не уловил, откуда повеяло, тем более что неприятное ощущение вскоре исчезло. Даже вельможи настолько заняты собой и своим соперничеством перед лицом прекраснейшей леди Бабетты, что я для них вроде столба для коновязи, никаких чувств.
Ладно, сказал я себе наставительно, это же хорошо. Шпиён должен быть незрим. Вот хожу здесь, а меня никто не замечает. Можно даже попробовать вывернуть кому-нибудь карманы…
Один из вельмож заметил устремленный на него взгляд, двумя пальцами слегка приподнял шляпу.
— Приветствую, сэр Ричард! Погулять вышли?
Из далекого холла, над которым двумя этажами выше король со свитой, слышны голоса, уже без песен, даже смех вялый, но я все равно вжимался в стену и старательно всматривался, вслушивался и даже внюхивался в расширяющийся впереди проход.
Местонахождение колдуна пока не обнаружил, как и он меня, к счастью, но сейчас, когда все чувства на пределе, рассмотрел наконец, идиот, что в свите короля не один колдун с помощником окутаны этим недобрым темным ореолом. Правда, им всем далеко до колдуна, однако, похоже, король для христианского мира если не окончательно потерян, то я не знаю, что его может повернуть на путь исправления.
Еще через четверть часа уловил приближение некой грозной силы, по туннелю словно пахнуло зимой. Я поспешно отступил в нишу, напряг запаховое зрение, голова закружилась, ощутил приступ дурноты, но увидел в размытом странном мире грузного человека в епископской рясе и с посохом в руке.
Он прошел через холл и пропал за углом, я поспешно двинулся следом, то и дело прибегая к мимикрии, затаивался, отпускал колдуна за углы и повороты, все равно вижу в запахах достаточно отчетливо. Колдун шел напрямик к южной башне, однако не стал подниматься наверх, где мог бы получить отчет от Вегеция о моем визите, толкнул дверь в подвал, исчез.
Я застыл, там же Жофр… Неужели он прибил алхимика, завладел его добром и устроил здесь свое проклятое логово?
Выждав пару минут, я на цыпочках пробежал вдоль стены, приотворил, сволочная дверь громко скрипнула, в ноздри шибануло едким запахом, такой же точно я почуял у Вегеция. Обмануться невозможно, нюх у меня сейчас как у суперсобаки.
В просторном подвале дымно и жарко, в камине полыхает жаркий огонь, на широкой пластине тигля шипят и плавятся металлы. Затаившись у двери, я видел, как в самой глубине поспешно вскочил Жофр, изогнулся в почтительном поклоне. Колдун небрежно отмахнулся, рухнул в кресло. Жофр подбежал, поклонился снова.
— Все работает, — сказал он с восторгом, — как вы и сказали!.. Это невероятно!..
— Я дам тебе впятеро больше, — пообещал колдун, — когда избавимся от этого ублюдка. Ты и Вегеций станете хозяевами этого замка. Настоящими хозяевами, это я вам обещаю. А сейчас иди, иначе погибнешь…
Жофр поклонился в третий раз, поспешно отступил и скрылся за дверью в соседней комнатке. Колдун быстро взмахнул рукой в сторону грубого стола, на середине вспыхнул зеленый трепещущий огонь. Я прижался к стене, став незримым, колдун сейчас слишком занят, вскинул руки и произнес длинное заклинание. В темноте прямо из каменного пола начало подниматься нечто прозрачное, светящееся. Сперва мне показалось, что это гигантская человеческая фигура, только в таком же светящемся балахоне, однако там все колыхалось, как в тающей на солнце медузе, передвигалось, фигура наконец присела к полу, превращаясь в призрачную галапагосскую черепаху.
Идиот, подумал я в бессильной злости. С бабами комплиментами тешился, пикировался, круть свою показывал, а колдун в конце концов решил прибегнуть к прямым силовым акциям.
— Заклинаю именем Великого Ацелоя!.. — проговорил он властно. — Подчинись и выполни мой приказ!
От призрачной фигуры донесся едва слышный шепот, так заговорил бы южный ветер, сдвигающий песчаные барханы, если бы вдруг обрел голос:
— Ты не волен мне приказывать…
— Я тебя вызвал!
— Но… я… не подчиняюсь…
Колдун сорвал с груди талисман и вскинул над головой.
— Смотри! Этим я повелеваю!
Светящаяся фигура придвинулась к нему ближе.
— Нет… этим ты можешь только вызвать…
Колдун отступил, но светящийся зверь приближался, колдун отступил еще, наконец спина уперлась в стену. Он ухватился обеими руками за талисман.
— Смотри! Я могу разломить этот талисман. Я больше не смогу тебя вызывать, но и ты навсегда останешься в этом холодном мире. Навсегда!.. Навеки.
Призрачная фигура остановилась, шелестящий голос, в котором я отчетливо различил ненависть, прошелестел:
— Но… только одно… Что ты хочешь?
Колдун дрожал, я слышал, как стучат зубы, наконец выдавил:
— Совсем пустяк… Здесь, в этом замке, отыщи некоего Ричарда… это рыцарь, он выше всех ростом… он здесь гость… еще он — незаконнорожденный сын здешнего герцога… найди его и убей…
Я поспешно отступил, выскользнул за дверь, пока колдун ко мне спиной, пробежал на цыпочках через двор. Небо высокое и очень звездное, луна высунула самый краешек из-за зловеще-черной стены и почти сразу же начала задвигаться за темный силуэт башни. Чувства сразу восприняли все в запахах, тепловом зрении, даже слуховые волны начали формироваться в какие-то причудливые образы, что значит — взвинчен до свинячьего визга.
Прямо посреди двора из каменных плит выдвинулось светящееся, словно купол некрупной медузы. Я отступил к воротам конюшни, приоткрыл створки, мой Зайчик из дальнего стойла насторожил уши. Я улыбнулся ему дрожащими губами, похлопал по боку трясущейся рукой, ноги уже стали ватными.
Посреди широкого прохода между стойлами начал вырастать элементаль. Я в одно движение сорвал молот и метнул. Взвихрился воздух, молот пролетел сквозь элементаля, как сквозь дым, развернулся в дюйме от закрытых ворот и на обратном пути еще раз пролетел насквозь. Я успел поймать за рукоять и повесил на пояс, тут же выхватил меч, заставил себя шагнуть навстречу медленно приближающейся фигуре.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
