в глаза.
– Совсем ни к чему?
– Совсем, – спокойно подтвердил он. – Ты же не моя шейра, чтобы я обещал, скажем, гонять тебя до седьмого пота. Или давать тебе очень особенные частные уроки. И ещё более экзотические домашние задания – вне Академии и в самой разной форме одежды.
В серых глазах сверкнула искра.
– Не так ли?
– Конечно, – прохладно подтвердила я. Ещё не хватало идти на поводу у его подколок! – Никаких частных уроков. А это дурацкое сияние совершенно ничего не значит. Мы просто соученики в Академии. Два студента и ничего больше.
– Ничего больше, – с совершенно серьёзным видом подтвердил Тайбери.
Файен, приостановившийся было неподалёку, выбрал этот момент, чтобы особенно громко фыркнуть.
– Кстати, Файен предлагал мне выйти за него замуж, когда я перестану быть твоей шейрой, – задумчиво протянула я. – Я это упоминала? Файен, твоё предложение ещё в силе? Мне ждать букета белых роз, приглашений на ночные свидания? Серенад под окнами, может быть?
…Жестоко, я знала. Но если его не остановить, он так и будет дразниться!
Глаза Тайбери сузились.
– Как интересно, – нейтрально произнёс он. – Файен, задержись, пожалуйста.
– Я, пожалуй, пойду, – неубедительно заторопился Файен. – Спешу, вот-вот разберут последних чужих шейр, некого будет брать в жёны…
Мы с Тайбери переглянулись и одновременно рассмеялись.
Что-то мелькнуло в глазах Тайбери, когда он посмотрел на меня на прощание. Что-то, очень похожее на прежнюю нежность.
Но он лишь кивнул мне и, крепко взяв Файена за плечо, повёл его прочь.
Глава 27
Спать я ложилась со странным чувством.
С одной стороны, всё было хорошо. Я разобралась с Тайбери на дуэли, отметила исход поединка вместе с остальными, получилось легко и весело. И общались с Тайбери мы теперь… нормально. Правда? Совершенно не напряжённо. А тот поцелуй под дождём был лишь знаком благодарности, это я теперь отлично понимаю.
Но…
…Тайбери предлагал мне пойти к нему домой. Всерьёз или нет?..
…Он говорил, что видит красоту моими глазами…
…И ещё он поцеловал меня по-настоящему. На короткий поцелуй в щёчку в знак благодарности это явно не походило.
А ещё это дурацкое сияние! Оно что, всю жизнь меня будет преследовать, назойливо лезть под руку и напоминать, что у меня есть истинная любовь?
А ещё… а ещё…
Я не знала, что я чувствую. Точнее, слишком хорошо знала!
Сердце стучало напряжённо и неровно, не давая мне заснуть. Тик… тик-тик… Я сердито ткнула подушку и перевернулась на другой бок. Да что ж такое-то!
И тут я услышала странный звук за окном. Словно кто-то, не утруждая себя соблюдением маскировки, самым наглым образом взбирался по стене.
Я села в постели. В следующий миг на подоконнике показалась рука. А ещё через секунду неведомый грабитель перекинул на подоконник ногу в чёрном сапоге боевого костюма.
В очень знакомом чёрном сапоге.
С изумлением я глядела, как Тайбери забирается на подоконник целиком и усаживается так непринуждённо, словно находится у себя дома.
– Ты как сюда вообще пробрался? – наконец обрела я дар речи.
Знакомая усмешка сверкнула на его лице.
– Не поверишь, но твой кристалл открывает мне сюда доступ. Кажется, особняк думает, что я – твоя шейра.
Я мысленно застонала. Я забыла закрыть доступ отдельно для Тайбери. Что ж, второй раз он сюда не залезет.
– Допустим, – устало сказала я. – И что ты здесь делаешь?
– Как, неужели ты забыла? – Тайбери картинно изогнул бровь. – Выполняю условия проигранного мной поединка, разумеется. Раз уж ты победила, следовательно, я – твой трофей на всю эту ночь.
– Так уже почти полночь! – возмущённо сообщила я. – Как-то ты не торопился!
– Боялся своей страшной участи, наверное, – небрежно предположил Тайбери, бесцеремонно оглядывая мою комнату. – Надо же, что я вижу!
Я обречённо вздохнула. Он всё-таки увидел мою коллекцию кактусов!
Маленькую! Скромную! Изящная песочная пирамида занимала лишь один угол, и кактусы там не толпились, а росли привольно и вольготно, лишь изредка настойчиво шелестя, если в их зоне видимости оказывалась тарелка с одиноким авокадо.
– Никакой связи с тобой здесь нет, – решительно сказала я. – Просто я люблю кактусы.
– Угу, – хмыкнул Тайбери. – Нужно было привезти портрет Виолетты тебе на новоселье. Им на закуску.
– Хорошо хоть, не твой портрет, – пробормотала я.
Тайбери окинул многозначительным взглядом мою ночную сорочку.
– Хочешь, чтобы я позировал для обнажённой натуры? – Он небрежно поднялся и потянулся. – Я-то думал, тебя вполне устраивает оригинал.
Оригинал, что греха таить, был хорош. И ноги, и узкие бёдра, и скулы, линии которых я помнила наизусть… и беспардонно длинные ресницы, обрамляющие такие знакомые серые глаза.
Но я не поддамся. И вообще не дамся.
– Знаешь что, – решительно сказала я, откидывая одеяло и поднимаясь, – уже поздно, а я хочу спать. Картошка почищена, в доме чисто, а разбивать огород я пока передумала. Так что можешь считать свой тягостный долг выполненным.
– Кто сказал, что он тягостный?
Тайбери наклонил голову, оглядывая меня и мою длинную, до пят, просторную и скромную сорочку очень… повелительским взглядом.
– Ты хочешь остаться? – неожиданно севшим голосом спросила я.
– Ну-у… – протянул Тайбери. – Не то чтобы очень, но если меня начать страстно уговаривать…
Я чуть не закашлялась от такой наглости.
– А пинком в окно?
– Это теперь у тебя такие повелительские замашки? – поднял бровь Тайбери. – А если отшлёпаю?
– А если я тебя… – я запнулась. «Запру в дядиной лаборатории на алтаре и надругаюсь»
