любовнице — собака то обученная: никого чужих на участок не пустит. Никто не знал, что я с поста на час убегал.
— Башку тебе надо отвернуть за такую работу! Не в свою смену гуляй!
— Что я виноват, что наши смены с ее мужем совпадают…
— Это, Николай, твое упущение, — Виктор в упор посмотрел на Николая, и тот, признавая свое упущение, потупился. — Хорошо я проверил, куда он по ночам шастает, а то после всего случившегося каждого подозревать начал.
— Все мы друг друга подозревали, — Бурмистров обвел всех собравшихся внимательным взглядом, — но предателей среди нас нет! Так?
Все дружно закивали головами.
Все кроме Киры!
Ну, разве можно промолчать и согласиться со всеми?!
— А как же крыса? — не удержалась она от мучившего ее вопроса. — Которая башли вертухаям заныкала?
— Кира?! Откуда такой жаргон? — хохотнул Бурмистров.
— Из зоны вестимо!
— Вы все шутите Кира Дмитриевна? — Лаврентий покачал головой, осуждая ее легкомысленное поведение в таком серьезном деле, как раскрытие преступления.
— Какие же тут могут быть шутки, Лаврентий Павлович, — Кира с благодарностью посмотрела на Виктора — не зря, значит, они рисковали и встречались с Крокодилом — глаза его смеялись, но лицо было непроницаемо серьезно. — В благодарность за нашу дачку в другие камеры из СИЗО маляву притаранили про крысу…
— Вот значит, как… — Бурмистров на секунду задумался, за несколько дней тюремного заключения он хорошо освоил местный жаргон. — Николай, съезди завтра в СИЗО, скупи все, что есть в ларьке и в виде гуманитарной помощи распредели по камерам — скажи, что от меня, в благодарность за маляву…
Николай кивнул, и все снова посмотрели на Киру.
— Есть среди нас крыса, Борис Яковлевич? — спросила она, вспоминая его расписку в сейфе: — Деньги в СИЗО я вам передавала — расписка ваша имеется. Вы их взяли. Почему охранники их не получили? Неужто вы их, господин адвокат, себе оставили?
— Это еще доказать надо! — вскинулся было Борис Яковлевич, но под взглядами устремленных на него глаз весь как-то обмяк, сжался в комочек.
В наступившей тишине голос хозяина дома прозвучал особенно грозно.
— И чего тебе, Борис, не хватало, что ты на такое отважился? Думал, долго не вернусь и ничего не узнаю о твоих проделках? Ан не вышло! Все тайное стало явным! Тебе повезло, что ты Киру не стал обвинять в присвоении этих денег! — черные глаза Бурмистрова метали молнии. — А то бы раздавил тебя, как клопа вонючего! Убирайся и чтоб больше я тебя на своем пути не встречал! Понял?
— Понял, — униженно прошептал адвокат и, поспешно поднявшись, заспешил к выходу, радуясь, что так легко отделался.
— Не может быть! — не поверил Лаврентий, соскакивая с кресла и пытаясь догнать «брата Бориску».
— Сядь, Лаврентий! — строго остановил его Вячеслав Львович, даже не взглянув на закрывающуюся за адвокатом дверь. — Забудь о нем. Борис давно крысятничал, но я все ждал, что одумается, придет и покается во всем. Выходит, зря ждал.
— Но как же? Мы столько лет вместе?
— Разве честность человека зависит от времени общения? Вот с Кирой и Виктором мы недавно знакомы, но я им верю. Теперь разберемся с вами — беременные дамы.
86
«Беременные дамы» разодетые весьма соблазнительно по поводу встречи хозяина дома сидели в гостиной и с ненавистью смотрели друг на друга.
— Кто начнет? — поинтересовался Федин, беря «допрос» в свои руки.
Женщины молчали, ни одна не желала признаваться первой.
— Хорошо, подождем пока у Светланы родится ребенок, — подмигнув Федину, вмешалась Кира в разговор, — и пока она не подаст иск в суд о признании отцовства Вячеслава Львовича Бурмистрова…
— У Светланы? Точно? — в один голос переспросили беременные женщины и, объединенные ненавистью к неожиданно появившейся новой сопернице, уже по-другому посмотрели друг на друга. — У нее тоже будет ребенок от Вячеслава Львовича?
— Ну, да. У Светланы от Вячеслава Львовича, — подтвердил Федин. — Правда, не совсем честным способом она завела этого ребенка, но она раскаялась, во всем призналась и теперь хочет получить достойное содержание.
— Достойное содержание это сколько? — черные глаза Розы загорелись алчностью.
— Сумму пока не обсуждали, — снова «подлила масла в огонь» Кира, — но уверяю, работать ей не придется. К тому же после смерти Вячеслава Львовича ее ребенок получит долю из всего имущества…
— А почему это ее ребенок получит, а мой нет? — Алла не смогла выдержать такой явной несправедливости. — У меня тоже ребенок от Вячеслава!
— Твой? — взвилась Роза. — Неизвестно от кого залетела, а туда же! Это мой ребенок по закону будет носить фамилию Бурмистров!
— Что! — лицо Аллы пошло красными пятнами.
Соперницы забыли, что беременны и, вскочив с кресел, заняли боевую позицию.
— Женщины! женщины! — пытался их урезонить Федин, вставая между ними и вытягивая руки в стороны, чтобы не допустить столкновения. — Значит, у вас у обеих родятся дети от Вячеслава Львовича?
— Уж никак не от садовника — любая экспертиза докажет это!
— А от кого же еще?!
Кира улыбалась — вот как ловко она вывела их на чистую воду!
— Светлана рассказала правду, назвала фамилии врачей, которые помогали ей с искусственном оплодотворением, после ДНК-теста она получит содержание. А ваши дети… Вот я возьму при разводе «оттяпаю» половину имущества Вячеслава и получат ваши детки (если подтвердит ДНК-тест) содержание много меньше, чем Светланин ребенок.
Беременные женщины во все глаза смотрели на жену Вячеслава Львовича и верили, что все именно так и будет — они видели перед собой не стройную русоволосую женщину с ласковой улыбкой и внимательными, искрящимися глазами, а огнедышащего Змея Горыныча, охраняющего несметным сокровища богатого банкира.
«— Эх, дамы, дамы — оказывается и вы тоже ничего не понимаете в настоящих женщинах! — про себя подумал Федин. — Если бы вы только знали, что на самом деле все не так, как кажется, то не поверили бы ни одному ее слову. Но, как она уверено и убедительно говорит! Даже я засомневался!»
— Значит так, дамы, — поспешил он внести свою лепту в разыгранный спектакль, — если вы не хотите остаться без содержания и, главное, быть обвиненными в пособничестве убийству девочки — дочери Вячеслава Львовича, то советую вам все честно рассказать. Кто начнет?
Соперницы посмотрели друг на друга и наперебой стали рассказывать
— Все началось полгода назад, когда к Вячеславу Львовичу приехала его бывшая жена просить деньги в долг, но он почему-то отказал.
— Отказал, потому что видел Лейлу со своим компаньоном. Это было, как раз при мне, — Алла села в кресло и закинула ногу на ногу — ноги были очень красивые, и все мужчины засмотрелись. —
