[103] Данный момент для практики имеет особое значение. Эталонные образцы процессуальных документов – фактор рациональной организации труда правоприменителя, гарантия единства требований к их оформлению, предупреждения ошибок и самодеятельности (в худшем смысле этого слова). В связи с разработкой проектов процессуальных кодексов в 2000 году автором настоящей работы предлагалось снабдить ГПК образцами процессуальных актов, с включением их на правах приложения к кодексу. Такое разумное правило законодательной техники давно известно хотя бы по опыту ГПК Франции.
Появление «первой ласточки» – блока приложений к УПК дает надежду и на аналогичные дополнения ГПК, АПК и остального процессуального законодательства.
[104] Приводим нормы п. 2–3 ч. 3 ст. 49 УПК:
«3. Защитник участвует в уголовном деле:
…
) с момента возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица;
) с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, в случаях:
а) предусмотренных ст. 91 и 92 УПК;
б) применения к нему в соответствии со ст. 100 настоящего Кодекса меры пресечения в виде заключения под стражу».
Нетрудно заметить случаи, когда нет указания на участие в деле защитника для осуществления им профессиональной помощи и поддержки подозреваемого. Достаточно, чтобы дело было возбуждено без указания конкретного лица.
[105] Приведу пример из старой опубликованной практики. Т., бывший начальником станции К., в отношении которого Транспортной коллегией Верховного Суда Союза был вынесен обвинительный приговор, при рассмотрении дела возбудил ходатайство о вызове ряда свидетелей, которые бы дали ему характеристику и подтвердили, что он не совершал вменяемых ему в вину действий. «Суд отклонил ходатайство Т. на том основании, что обвинение, предъявленное Т‑му, подтверждено показаниями допрошенных свидетелей. Тем самым суд до окончания судебного следствия и до удаления в совещательную комнату предрешил вынесение обвинительного приговора Т‑му, хотя вопрос о виновности или невиновности подсудимого может быть решен судом только в совещательной комнате и выражен в форме приговора». – Публикация из подборки подраздела «Нарушение прав обвиняемых на защиту». Ей предпослан тезис: «Суд не может мотивировать отказ в ходатайстве подсудимого доказанностью предъявленного обвинения, так как такая мотивировка предрешает обвинительный приговор до удаления в совещательную комнату». (Наверное, было бы точнее это предложение закончить словами «предрешает ПРЕДСТОЯЩИЙ обвинительный приговор». А слова «до удаления в совещательную комнату» – исключить. Но по существу тезис абсолютно правильный и может оставаться ориентиром на будущее. См.: Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного Суда Союза ССР / Под ред. И. Т. Голякова. М., 1940. С. 29.)
[106] Для ГПК и АПК характерно также указание на совершение ряда судебных процедур «по ходатайству сторон или инициативе суда».
[107] Здесь имеется в виду общее правило, а не исключения – ст. 370 ГПК.
[108] Капитан судна, по прибытии в иностранный порт, не ориентируясь в существующих там должностях и полномочиях морской администрации, напишет заявление о морском протесте и вместо адреса в таком случае может указать: «Тому, кому следует». Но это всего лишь предварительная бумага, необходимая во избежание потери жестко ограниченного срока, существующего практически повсюду.
[109] «Самое устойчивое, – писал В. В. Розанов, – это ложь… А утвердить ложь ничего не стоит. Да нечего и утверждать: стоит столбом и никуда не валится». Розанов В. В. Собр. соч. М.: Республика, 1997. С. 527.
[110] Хрестоматийный пример из зарубежной практики, поучительный безотносительно к географической карте. Судом отклонена кассационная жалоба в то время, как соответствующей структурой еще не было разрешено ходатайство кассатора о предоставлении юридической помощи.
Патолого‑анатомическая лаборатория заявителя была закрыта по приказу суда. Подана жалоба по правовым основаниям (мотивам судебного приказа). Кассационный суд отклонил жалобу, а служба по юридической помощи отклонила ходатайство кассатора на том основании, что жалоба стала беспредметной, бесполезной.
Выводы из данной судебной истории:
. Факт нерассмотрения ходатайства компетентной структурой о предоставлении адвоката Кассатору, заявителю соответствующего ходатайства, обязывает вторую инстанцию воздержаться от рассмотрения и неблагоприятного для него разрешения кассационной жалобы.
. Должен быть с помощью несложной процессуальной нормы гарантирован запрет рассмотрения жалобы, опережающего разрешение ходатайства по вопросу юридической помощи субъекту обжалования. В подобной ситуации было бы допустимо рассмотрение жалобы только при условии ее удовлетворения.
[111] Здесь предлагается текст ст. 40 ФЗ «О несостоятельности» потому, что лучше один раз прочитать такую статью, чем сто раз твердить о процессуальных строгостях формы обращений в суд и приложений к ним.
«Статья 40. Документы, прилагаемые к заявлению кредитора
. Кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие:
– обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам;
– доказательства оснований возникновения задолженности (счета‑фактуры, товарно‑транспортные накладные и иные документы);
– иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора.
. К заявлению кредитора, подписанному представителем конкурсного кредитора, прилагается также доверенность, подтверждающая полномочия подписавшего указанное заявление лица на подачу такого заявления.
. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику, а также доказательства направления (предъявления к исполнению) исполнительного документа в службу судебных приставов и его копии должнику».
Как видно из данной статьи, процессуальная форма не самоцель, а средство точно и надежно передать смысл, содержательную полноту, концентрированность подачи необходимого и достаточного материала, в том числе назначение доказательств, конкретность и определенность документальных доказательств. И что не менее интересно для понимания связи нового судебного процесса с предыдущими, взаимосвязанными с ним, – это указания в завершающей части ст. 40 Закона о необходимости приложения соответствующих судебных решений.
[112] В арбитражном процессе прокурор тоже относится к субъектам апелляционного обжалования. Формы представления прокурора в апелляционную инстанцию АПК не предусматривает.
[113] Разграничение и конкретизация понятий «вновь открывшиеся обстоятельства» и «новые обстоятельства» дается в ч. 2–5 ст. 413 УПК РФ и является тем более важным для процессуалиста, что отсутствует в других процессуальных кодексах. Правда, по сути некоторые «новые обстоятельства», в понимании уголовно‑процессуального закона, учтены и АПК, в пунктах 6, 7 ст. 311, где ими дополнен реестр оснований по вновь открывшимся обстоятельствам. Также принят дополнительно и п. 5 к ст. 392 ГПК – ФЗ от 4 декабря 2007 г. относительно признания Конституционным Судом РФ не соответствующим Конституции РФ закона, примененного в конкретном деле, в связи с принятием решения, по которому заявитель обращался в Конституционный Суд РФ.
Все вышеперечисленные обращения в суд являются обращениями строгой процессуальной формы. В ряде случаев строгость проявляется преимущественно относительно основания и сути правового требования к суду.
[114] Заявление ходатайства об изменении порядка или условий совершения судебной процедуры, установленных императивными нормами Федерального закона, является юридически ошибочным.
[115] АПК РФ как предыдущий (1995 г.), и так и действующий (2002 г.) не допускают одновременного изменения предмета и основания иска. Соответствующее разъяснение Пленума ВАС – постановление № 13 от 31 октября 1996 г. «О применении АПК РФ при рассмотрении дел в суде первой инстанции», п. 3, – сохраняет свое действие и теперь. Вместе с тем, надо сказать, что формулировка ч. 1 ст. 49 действующего АПК относительно права истца «изменить основание или предмет иска» само по себе не является достаточным для однозначного вывода о недопустимости изменения обоих элементов иска. В частности, возникает вопрос, допустимо ли изменение одного элемента в данном судебном заседании и второго – в следующем, например, после возобновления ранее приостановленного производства? Почему бы и нет, когда другая сторона выразила положительное отношение к такому повороту или, как минимум, заявила, что ее отношение – индифферентное.
