– Не бабки! – огрызнулся Васька. – Я хотел посмотреть, где папа Ерёма жил.
– Папа Ерёма жил в "Курятнике", – сухо напомнил Гелька.
– "Курятник" же разломали! А сперва он жил на свалке… пока с бабками не поругался. Они его теперь вспоминают и жалеют… А вы тоже на свалку ходили, я знаю!
Гелька и Янка быстро переглянулись.
– Мы – по делу, – сурово сказал Гелька. – А тебе туда соваться нечего. И нечего спорить, когда старшие говорят…
– Подумаешь! – роботёнок дерзко мотнул антенной.
– Ничего не "подумаешь", – поддержал Гельку Янка. – Ты, Васька, не вредничай, мы тебе всё равно что родственники. Мы из-за тебя пальцы кололи. У меня потом два дня болел, я играть не мог.
– Я тоже колол, – напомнил Алёшка Листик.
– И Листика слушайся, – дипломатично сказал Гелька. – А то у него будут неприятности в школе.
– Уже, – вздохнул Листик.
Васька засопел носом, сделанным из рожка от чайника, и сказал:
– Все на одного. Воспитатели…
Васька жил у Листика.
– Пошли, – сказал Листик. – Попрошу бабушку подогнать на тебя костюм.
Васька был маленький – Алёшке по плечо. Глядя им вслед, Янка усмехнулся:
– А мы правда как воспитатели.
Гелька кивнул:
– Ага… Пока Васьки не было, никогда не думал, что могу такие речи говорить. Про послушание… Как тётя Вика!
– А всё-таки он ничего роботёнок, – сказал Янка. – Хорошего парнишку мы склепали.
– "Мы", – засмеялся Гелька. – Если бы не твой дедушка…
– Ну, я и говорю, мы все: дедушка, ты, я, Листик…
– Я думал, твой дедушка только скрипичный мастер, а он на все руки…
– Да не так уж и трудно было. По готовым-то чертежам… И главное – все материалы на месте оказались!
– Вот это – самое большое чудо… – вздохнул Гелька.
– Что – чудо?
– Что вагон оказался на месте. Приходим, а он будто никуда не уезжал. Даже колёса к рельсам, как раньше, приржавелые…
Янка задумчиво сказал:
– Я бы, наверно, решил, что всё приснилось, если бы не вторая куртка. Одна на мне, а другая – в вагоне на гвоздике. Будто не снимали. Я даже испугался. Помнишь?
– Нет, я не помню, что ты испугался. У меня у самого тогда мозги набок… Но я обрадовался. Думаю: вот хорошо, что Ерёмины чертежи теперь в двух экземплярах.
Янка тихо улыбнулся:
– И дневник Глеба. Как будто нам подарок: и тебе, и мне – пожалуйста… Гелька, ты все листы прочитал?
– Конечно. Не один раз…
– Я тоже. А стихи даже наизусть помню… Гелька, а ты говорил, что он стихов не писал…
– Я же тогда не знал ещё… Да это и не его стихи, Янка. Он же просто вспоминает старую песню.
– Не вспоминает, а придумывает. Ты прочитай внимательно.
– Я внимательно…
– Ну, ещё раз. Давай я тебе покажу.
– У меня же его дневник не с собой…
– У меня с собой. Пожалуйста! – Янка вытащил из сумки пачку потрёпанных листов. – Давай сядем… – Он продрался сквозь дикий укроп к лавочке в кирпичной нише. Гелька за ним.
В укропе прятался похожий на колючие рыбьи плавники зуболист. Гелька чертыхнулся и вскинул ноги на скамью. Янка тоже. Теперь они сидели друг к другу лицом, прислоняясь лопатками к боковым стенкам ниши. Ниша была узкая, сидеть пришлось в такой тесноте, что Гелька увидел у своего носа Янкино коричневое колено с розовыми проплешинками на месте отвалившихся коросточек. На колено упал откуда-то красный жук-пожарник. На его спинке чернел узор, похожий на человечье лицо. Вернее, на маску. Гелька сердито сдул жука, он вспомнил неподвижную маску Клоуна.
"Геля Травушкин, подари искорку…"
Янка вдруг сказал с улыбкой:
– Мы тут похожи на двух заговорщиков…
– Ага… Или на узников, которых сейчас замуруют в стене, – хмуро сказал Гелька. Кирпичи были прохладные, и он передёрнул плечами.
Янка серьёзно возразил:
– Мы не дадимся.
– Янка… А если Клоун всё ещё охотится? Если отберёт у Васьки искорку?
– Как же отберёт? Он не может без согласия.
– Ну, выманит.
– У Васьки-то? Васька не дурак.
– Да, пожалуй, – согласился Гелька.
Васька в самом деле был не дурак. За две недели жизни он прочитал кучу книжек и все учебники для первого класса. Выучил английский язык и физику по программе радиотехникума. Недаром директорша Клара Егоровна разрешила ему ходить сразу во второй класс. Но по натуре он оказался не слишком воспитанным и к тому же чересчур самостоятельным для своего возраста. Было в нём что-то от папы Ерёмы в молодости.
"Но это и хорошо. Искорку он не отдаст", – подумал Гелька. И сказал Янке:
– Я вот что придумал: надо найти ту барабанную палочку, от которой развалился Гребец. Наверно, она там и лежит в кустах. Пускай Васька носит её с собой.
– Найдём, конечно, – согласился Янка. – Сейчас и сходим. Только сперва я тебе прочитаю Глеба… Вот слушай.
Глеб писал:
"…А больше всего я люблю вспоминать летний поход после четвёртого класса. Даже не сам поход, а привал на поляне в берёзовом лесу. Были уже сумерки, и стволы в них светились, как обмазанные фосфором.
Я помню круг брезентовых палаток, а в центре круга трескучий костёрчик. И песню, которая появилась неизвестно откуда. Хорошая такая, немного печальная песня. Мотив я хорошо запомнил, навсегда, а слова – еле-еле. Только несколько строчек. Но не хочется мне, чтобы песня исчезла из памяти, и вот я понемногу придумал свои слова…"
Янка прочитал это негромко и раздельно. Глянул из-за листа на Гельку. Гелька виновато сказал:
– Да… А я как-то не обратил внимания. Думал, просто песня… А правда, хорошая?
Янка кивнул. И зашевелил губами. Он читал еле слышно, для себя, но в Гельке слова песни всё равно отдавались со звоном. Он знал их наизусть:
Звёздной ночью осеннейУлечу из гнезда.На будёновке серой —Голубая звезда.Голубые петлицы —В них клинки скрещены.Рвется синяя птицаВ небо гневной войны.
Верный конь меня знает —Не уронит с седла.Жаль, что шашка стальнаяМне пока тяжела.Но нагану я верю —Не изменит в огне.…Барабан в револьвере.Барабан на коне…
Наши парни хохочут —Блеск по белым зубам:"Ты зачем приторочилУ седла барабан?Это дело пехоты —Топать с маршем везде.Нам совсем неохотаОставлять лошадей…"
Янка перестал двигать губами, и Гелька понял, что он думает о барабанщике Юрке. Гелька сказал:
– Сегодня полезем на крышу? Вдруг будет сигнал…
Янка облизнул губы и как-то жалобно шевельнул бровями. Промолчал.
– Янка…
– А? – будто очнулся он. – Полезем, конечно…
– Янка… А что такое будёновка?
– Шапка такая военная…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
