Но как историк культуры я знал о существовании так называемого «наивного» искусства. Оказалось, то, что я мог делать в изобразительном искусстве с детских лет, – имеет в истории искусства своё название. Ну, коли так, – флаг мне в руки.
За три года (с 2009 по 2012 г.) я написал около 400 натюрмортов, пейзажей, фантастических композиций, сценографических проектов, фигурных построений, витражей и картин маслом на стекле, пластике и т. д. И не могу сказать, что «закрыл тему».
Как и в истории живописи, я остаюсь самоучкой, каждый день открывающим для себя (дай Бог, и для других) этот прекрасный и чарующий многоцветный мир.
Мне идёт уже восьмой десяток, но, думаю, я ещё не всё сказал.
И ещё не всё понял: и в искусстве, и в себе самом.
Двигателем любого прогресса, в том числе и в искусстве, является женщина. Понимаю, суждение спорное, и всё же…
Три года назад (летом 2009 г.) искусствовед, преподаватель курса «История мировой художественной культуры» Лариса Малинина обратилась ко мне с неожиданной просьбой: сделать витражи рядом с дачным домиком – в патио. Увидела мои пастельные наброски, сделанные для детей и по их сюжетам («Жирафы», «Львы», «Цирк», «Карельская деревня» и др.), и предложила. Мои опыты в живописи мало отличались от рисунков детей, мы понимали друг друга, и нам было весело. В то же время в моих рисунках была строже композиция, присутствовал, что ни говори, 70-летний опыт, была не просто радость, получаемая от жизни на даче, но и попытка понять и объяснить эту радость…
Поскольку заказчик была моей женой, то и место работы оказалось рядом с домом.
Алгоритм всей композиции был задан старыми рамами от теплицы. «Заказчица» смонтировала эти рамы в определённую композицию-инсталляцию. Оставалось написать «картинки» на уже вставленных в рамы стёклах.
Без страха и стеснения взялся я за этот летний проект. Писал тут же в патио, на «свежем воздухе». Обычные масляные краски, подаренные много лет назад приятелем художником, обычные отмытые от грязи стёкла, обычные кисти.
И не совсем обычные сюжеты, – натюрморты рядом с деревенскими пейзажами, яркие попугаи, бабочки, «марины» с романтическими фрегатами и т. д.
За лето я написал более 120 «картинок» на стекле (а когда стёкла закончились, – на кусках обычного пластика).
Лето кончилось, а сюжеты продолжали переполнять голову. Переехав с дачи в Москву, продолжил начатые серии натюрмортов и пейзажей… За зиму 2009–2010 гг. их набралось около сотни.
Постепенно втянулся в этот увлекательный процесс.
И случилась удивительная для меня вещь: хобби, фактически – «художественная самодеятельность», увлечение профессионального историка и писателя, стало приобретать контуры профессии.
Удивились и заинтересовались тем, что я делал, профессионалы: академик живописи Ю. А. Походаев, член-кор. академии художеств В. И. Галатенко, профессор Художественного института (Академии) им. В. И.Сурикова С. А. Сиренко и др. Заслуженный художник РФ, руководитель пресс-клуба при Центральном доме работников искусств писатель Валерий Поволяев предложил устроить в ЦДРИ мою персональную выставку. Как ни странно (обычная реакция на «наивное искусство»: «и я так могу»…), «Книга отзывов» не принесла ни одного отрицательного, тем более – раздражённо-критического отклика. (Подборку откликов на экспозицию мы помещаем в приложение к этому эссе).
Проявил интерес, признав «своим, достаточно престижный в мире музейщиков и галерейщиков «Музей наивного искусства» в Москве.
Директор Центрального дома учёных РАН профессор B.C. Шкаровский (в связи моим творческим юбилеем), предложил провести выставку в ЦДУ в 2013 г. В этом же году (кстати, 100 лет со дня рождения моей мамы) мои работы приглашены для участия в Международном биеннале наивного искусства в Москве.
Занятие не только историей искусства, но и непосредственно самой живописью, принесло и неожиданные результаты.
Поначалу занятие живописью просто доставляло удовольствие. Доброжелательный интерес к моим работам проявляли родные и друзья. А потом – после выставок – и совсем незнакомые, посторонние люди.
Оказалось, что «гадкий утёнок» из 40-50-х гг. прошлого века, имевший твёрдую тройку по рисованию, своими «танцующими» бутылками, стаканами, вазами с цветами, в том числе цветами, не существующими в природе, со своими городскими и деревенскими пейзажами, на которых были изображены дома, которые в реальной жизни не устояли бы на земле и минуты, дома, в которых жить невозможно, но которые нельзя забыть, расставшись с ними, вспоминая построенные кварталы зданий, или отдельные деревянные замки в лесу, вот, оказалось, что этот «неумеха» знает про жизнь что-то такое, что приближает к постижению её смысла…
На своих выставках, дома, – показывая гостям новые работы, я всегда наблюдаю за тем, как меняются лица людей, рассматривающих мои картины, ни разу не видел выражения раздражения, неприязни, отторжения. Бывало равнодушие, но достаточно благожелательное (тут ничего не поделаешь: ни одна картина не может в равной степени нравиться всем). Встречал явное расположение, интерес, любопытство, удивление, ироничную, а порой уже и – самоироничную улыбку…
Обычно картину (или картины), написанную с утра, оставляю сохнуть либо в мастерской, либо дома, и пока они сохнут, подолгу рассматриваю их, отмечая, что неплохо бы и переписать, подправить, что просто запомнить, чтобы исправить на следующий день.
И давно заметил: в каждую картину «вкладываешься», отдаёшь ей энергию: «выдыхаешься» от работы к вечеру. Но стоит посидеть перед картиной час-другой, и растраченная энергия возвращается к тебе.
Провёл серию «блиц-интервью» с друзьями, которым дарил свои картины. Все признались: кроме эстетического удовлетворения от созерцания понравившихся им картин, все они испытывали и энергетическое удовлетворение. После ночи, проведённой в комнате с подаренными картинами, к утру испытывали лёгкость, прилив сил, бодрое настроение, невольно ловили у себя на губах улыбку.
Расширил своё «доморощенное» исследование: подарил несколько картин врачам 31 и 82 горбольниц, трёх поликлиник, в которых консультируюсь со специалистами. Профессиональные медики подтвердили: есть эффект.
Накопились любопытные наблюдения над тем, как занятие живописью помогает если и не излечению, то облегчению течения ряда болезней, таких, как Болезнь Паркинсона, Болезнь Альцгеймера, рассеянный склероз.
Созерцание же картин, выполненных в манере «наивного искусства», подпитывает энергетику организма, особенно у детей и стариков, позволяет диабетикам снизит дозу инсулина, снять стойкие головные боли при мигренях и «женских недомоганиях» в «критические дни». После ночи, проведённой рядом с такими картинами, значительно легче начинают рабочий день пациенты, страдающие остеохондрозом, остеопорозом, артритами и артрозами…
Достаточно полчаса посидеть рядом с картиной, выполненной в манере «наивного искусства» и, пусть чуть-чуть, но улучшается зрение, быстрее проходят такие болезни, как обострение хронического ринита, конъюнктивита, отита, ОРВИ, – эффект, сродни тому, который оказывает «люстра Чижевского».
Наблюдался ещё один неожиданный эффект.
В последнее время у меня, как и у каждого уважающего себя старого профессора (не важно, что профессора истории, а не живописи) появились юные ученицы – Светочка и Лилечка. Девочки совершенно прелестные, и внешне, и по тем неожиданным находкам, которые присущи их живописным композициям. Светочка Баранова даже успела поучаствовать в моей персональной выставке в ЦДРИ в 2011 г.
Так вот, после первых же мастер-классов у меня в мастерской (они называются «В гостях у дедушки») их палитры стали значительно светлее, по признанию родителей и настоящих бабушек и дедушек, характеры у девочек (достаточно своенравных ранее) стали мягче, дети стали жизнерадостнее и толерантнее…
И сейчас, когда я пишу эти строки, последние по времени исполнения картинки моих юных учениц предо мной. Мы работали одновременно у меня в мастерской. Получились три светлые, весёлые, жизнерадостные картинки. А ведь стоял ноябрь. Грязь и слякоть. Пасмурно. А на душе у нас светло.
25.11.2012 г.
Искусство и здоровье
Всем, кто давно следит за творчеством Георгия Ефимовича Миронова, хорошо известны его литературные труды от захватывающих детективных романов до глубоких исследовательских работ на темы истории и культуры.
Интересны и другие грани таланта нашего автора: Георгий Ефимович не только поэт и писатель, но и художник. Его творчество самобытно, выразительно и поражает глубокой философией. Никто не остаётся равнодушным, видя его картины.
Давно известно влияние изобразительного искусства на эмоциональное состояние человека, его настроение и психику в целом. Одна картина способна воодушевить и поднять настроение. Другая же – вызвать грусть, печаль и даже депрессию.
