Дамблдор на это лишь покачал головой и разразился новой тирадой, что у каждого в прошлом бывают ошибки. Взять хотя бы опекуна Гарри. Но углубляться в эту тему директор не стал, еще раз поздравил с победой во втором испытании и разрешил идти к себе.
От этой встречи у Поттера осталось очень неприятное ощущение. Словно Альбус исподволь старался облить грязью Северуса или, по меньшей мере, подорвать доверие к нему. Странно, конечно. Особенно учитывая, что Гарри чуял настороженность Дамблдора к себе, а Снейпа знает слишком долго и достаточно близко, чтобы вскользь сказанная фраза могла зародить зерно сомнения. Нет, оно, конечно, зародилось и давно дало ростки, вот только в отношении самого директора.
Если так и дальше пойдет, то Гарри будет очень трудно сохранять невозмутимость и показную «недалекость» в разговоре с Дамблдором, а не пытаться защитить близкого человека.
После этого эпизода директор больше не проявлял к Поттеру лишнего внимания, хотя и наблюдал за ним. А еще за Гарри излишне пристально следил Грюм. Кажется, нельзя было пройтись по коридорам замка, чтобы не почувствовать его взгляд. Волк внутри парня уже раздражался, ему не терпелось осадить наглеца, но пока получалось сдерживаться.
К тому же, финальное испытание Турнира Трех волшебников неумолимо приближалось. На этот раз никаких подсказок, к чему готовиться, не было. Наоборот, все держалось в строгой тайне. Возможно, по той причине, что на сей раз организаторами выступали авроры.
Для целей турнира оградили внушительную территорию за квиддичным полем, над которой повесили купол непроницаемости, так что, подсмотреть не было никакой возможности. Да Гарри и не пытался. Особенно когда Северус предупредил его, что не стоит. Даже во время полнолуния они ходили в другую сторону.
Все свободное время Поттер занимался тем, что отрабатывал различные боевые заклинания и чары из программы старших курсов. К третьему испытанию его познания в этом нагнали и даже где-то опередили опыт старшекурсников.
Фенрира не покидали дурные предчувствия относительно турнира, поэтому он настоял, чтобы Гарри пока отложил прочие дела и занимался, фактически, только защитой от темных сил. Впрочем, парень не противился. Он привык доверять отцу во всем, и особенно в вопросах безопасности.
И вот настал финал турнира. Выяснилось, что организаторы каким-то особо сложным колдовством объединили отгороженную площадку и квиддичное поле, так что зрители утроились на уже привычных трибунах. Происходящее они могли наблюдать при помощи огромного хрустального шара в центре поля. Он, словно маггловская видеокамера, транслировал то, что происходило на огороженной территории.
Оказывается, авроры воздвигли магический лабиринт, в центре которого был спрятан хрустальный кубок победителя. Его-то и необходимо было достать. Вот только внутри поджидало множество различных магических тварей, ловушек, иллюзий и прочего. Если чемпион попадет в беду, то ему следует выпустить в воздух сноп алых искр.
Раздав последние напутствия, Дамблдор открыл входы в лабиринт. Свой для каждого участника. Гарри не стал мешкать и едва ли не первым оказался внутри. Тотчас звуки трибун словно отрезало. Остался только лабиринт. Его стены состояли из высоких кустов, местами сменяющихся дьявольскими силками. Достаточно легкого прикосновения к ним, как окажешься в колючем зеленом коконе.
Поттер двигался быстро, но каждый шаг был обдуман. Он выпустил на волю звериное чутье, и оно помогало гораздо лучше волшебной палочки, заранее предупреждая об опасности. Любой незнакомый запах или едва заметный звук — и парень тотчас оказывался во всеоружии. Да и благодаря Хагриду Гарри узнал достаточно о магических созданиях и их свойствах. К тому же, волк в лесу, пусть и таком импровизированном, никогда не заблудится. Изначально определив направление, в котором находился кубок, он его и придерживался.
Судя по предупреждению директора, лабиринт должен был еще как-то влиять на сознание, обнажая самые темные глубины души, но Гарри ничего такого не чувствовал. Возможно, причина была опять же в сущности оборотня. А вот Крам, видимо, попал под влияние лабиринта или собственных честолюбивых планов. Он напал на Поттера, обрушив целый град заклинаний (некоторые — довольно сомнительные). Но зверь оказался быстрее мага. Усилий стоило не позволить вырасти когтям и клыкам.
Уже прижав Виктора к земле и издав горловое рычание, Гарри вдруг опомнился и просто оглушил дурмстранговца заклятьем.
А вот Флер, наоборот, пришлось вызволять. Девушка попала в западню дьявольских силков, и Поттер нашел ее только по запаху. Почти в этот же момент из-за поворота выскочил Диггори и, оценив обстановку, тоже попытался помочь. Вот только его режущее проклятье оказалось бесполезным — силки немедленно отросли вновь. Тогда Гарри наложил на них и на де Лакур заклятье стазиса, а потом послал в воздух сигнал о помощи.
— Умно придумано! — похвалил Седрик. — Но я все равно буду первым!
С этими словами Диггори завернул в правый ход лабиринта, Поттер ринулся за ним, но не преследуя, а из-за того, что чувства подсказывали — кубок в том направлении. Почти сразу выяснилось, что они на финишной прямой. Впереди на небольшом постаменте мерцал приз турнира.
Седрик ускорился, но он недооценил скорость оборотня, так что, Гарри оказался у кубка на полминуты раньше, вот только стоило протянуть руку к призу, как звериное чутье возопило об опасности. Что-то здесь было не так! Вот только хаффлпаффовец ничего такого не ощутил и решил воспользоваться замешательством противника.
Его рука была в нескольких сантиметрах от кубка, и тут у Поттера просто сработал инстинкт — он отпихнул Диггори и первым ухватился за приз. Одновременно все существо Гарри дернуло куда-то вверх, и он запоздало подумал, что, видимо, из кубка сделали портключ.
Перемещение выкинуло парня на какое-то сомнительное кладбище. Поттер попытался немедленно вскочить и собраться, но чье-то заклинание оказалось быстрее — руки и ноги оплели наколдованные веревки.
— А вот и наш герой!
Голос казался смутно знакомым, запах тоже. Но пришлось извернуться под неудобным углом, чтобы увидеть лицо. Барти Крауч-младший. Вот только пах он, как… как…
— Так это ты выдавал себя за Грюма! — прохрипел Гарри.
— Какой догадливый мальчик! — губы мужчины скривились в полубезумной усмешке. — Но это тебе не поможет!
— Ты затеял все это, но зачем?
— О, сейчас узнаешь, — кажется, безумия еще прибавилось. Барти, как бы между прочим, поставил пленника в вертикальное положение, зажег костер и подвесил над ним котел с весьма сомнительным содержимым. — Во-первых, месть. Ты убил нашего лорда! А во-вторых, ты же его и вернешь!
