33
Келли замерла с компьютером в руках. Логан был смертельно бледным, однако его лихорадило, глаза горели. Она попробовала успокоить себя тем, что он в сознании. Все последние двадцать четыре часа она то молилась, то плакала, потому что не знала, как помочь ему.
Снова и снова перед ее мысленным взором вставала одна и та же картина: Логан, бросающийся между Рафи и пулей.
Откуда в нем такая самоотверженность? Вряд ли он получил хоть каплю любви и заботы, когда был маленьким, когда больше всего нуждался в любви. Тысячи трогательных воспоминаний о собственном детстве, как в калейдоскопе, замелькали в ее мозгу, оборванные, изменчивые, но все – полные ощущения любви и безопасности.
– Ты в порядке?
Глупый вопрос. Его глаза явно не сфокусированы, уголки рта опущены. Чуть-чуть. Другой бы и не заметил.
Логан попытался приподнять голову, но не смог.
– Келли, в точности выполняй мои указания. Это очень важно.
Под его руководством она связалась с командным центром «Кобры».
– Хищник сейчас дома, – тихо пробормотал Логан. – Центр свяжется с ним, но надо получить разрешение. Придвинешь компьютер и прижмешь мой палец к квадратику на экране. Помнишь, как я это делал?
– Да. – Теперь уже только редкие отдельные капли, убаюкивая, падали на тент. – Дождь прекратился.
Логан повернул голову, прислушался и нахмурился. Келли чуть не бросилась к нему, чтобы обнять, прижать к себе.
На экране появились слова: «Степень допуска».
– Логан, что мне делать?
– Напечатай «Код 7» и жди. Потом они потребуют отпечаток пальца.
На экране появился квадратик. Келли взяла Логана за руку – какая она горячая и влажная! – и прижала к экрану его указательный палец. Через несколько секунд появилось слово: «Ждите».
Логан закрыл глаза.
– Хищнику потребуется пара минут, чтобы добраться до своего компьютера.
Келли выключила фонарь, остался только свет крохотного экрана. Рафи, маленькая копия Дэниела, спал, доверчиво устроившись на здоровой руке Логана…
Келли смотрела на них, и ее сердце наполнялось радостью и печалью. Как бы она хотела, чтобы Рафи был ее собственным сыном, а его отцом – Логан, не Дэниел. Чушь! Они в беде, а она отвлекается на идиотские мысли.
На экране замелькали слова:
«Девять Жизней, у тебя проблема? Хищник».
– Логан, он ответил и хочет знать, в чем дело.
– Притворись, что ты – это я. Напиши, что люди Мигеля Оринды обнаружили нас в Венесуэле…
– Почему? Это сделали не они, а Стэнфилды.
– Если Хищник узнает, что проблема личная, он не пришлет за нами вертолет.
– Понятно.
Келли внимательно выслушала Логана и отпечатала послание. Закончив, она оглянулась. Глаза Логана были крепко закрыты, губы закушены. Он явно пытался превозмочь боль.
– Ты чувствуешь личинки?
– Немного. Как будто меня щекочут.
На экране появился ответ.
– Хищник говорит, что должен уточнить прогноз погоды и узнать, сможет ли отряд Агентства по борьбе с наркотиками, базирующийся в Порте-Краво, прислать за нами вертолет.
Логан кивнул, но не открыл глаз.
– Молись, чтобы к рассвету прояснилось.
– Почему к рассвету?
– Дождь прекратился. Теперь полиция вызовет на подмогу армейский отряд. Как только рассветет, они найдут эту тропу.
Келли не успела ответить. На маленьком экране возникло сообщение:
«Эвакуация в 0400 „Серебряной пулей“ из Норте-Краво. Максимальный вес 250 фунтов. Хищник».
– 0400 – это четыре часа утра.
Келли почувствовала облегчение и необыкновенную слабость, которую старалась не замечать последние сутки. Скоро все они будут в безопасности. И вдруг до нее дошло замечание о максимальном весе. Двести пятьдесят фунтов. Сто тринадцать килограммов. Вертолет не сможет взять всех троих.
– Так ты не летишь с нами? Ты это знал?
– Я делаю то, что обещал. Вы с Рафи будете в безопасности.
Келли закрыла компьютер, пытаясь совладать с разрастающейся паникой. Без посторонней помощи Логан не сможет выбраться из джунглей. Если бы не Рафи, она рискнула бы и осталась с ним… но она не может отправить одного мальчика.
– Должен быть какой-то способ выбраться для всех троих.
– Единственный: прорубиться к Арауке и оседлать бревна, которые браконьеры сплавляют по реке. Опасное плавание. Если крокодилам не удастся полакомиться нами, то пираньи своего не упустят. Ты хочешь подвергнуть опасности Рафи?
Безжизненный голос Логана так напугал ее, что она включила фонарь. Она должна была видеть его лицо, она не могла продолжать этот разговор в темноте.
– Конечно, я не хочу рисковать жизнью Рафи, но я не хочу оставлять тебя одного. Ты ранен. Ты даже не можешь сидеть. За тобой охотятся. Ты… – у нее не хватило сил закончить свою мысль.
– Может, я и не умру. Если у кого-то из нас есть шанс выбраться отсюда пешком, то только у меня.
– Фактор Хааса в действии. Ты любишь рисковать…
– Ну, конечно. Я очень хочу ползти через джунгли полумертвым.
– Я думаю, где-то в твоем сознании засело воспоминание о том, что случилось в день твоего исчезновения. Ты был очень мал, но ты знал, что один из близнецов столкнул тебя со скалы, пытался убить тебя. Память о том падении, об ожидании в темноте, ощущение беспомощности оставили неизгладимое впечатление. Опасность стала возбуждать тебя, ты не можешь жить без риска…
Логан криво улыбнулся.
– Опасность – мой лучший друг.
– О, Логан, не говори так!
Но она сердцем почувствовала, что он не шутит. Она сама хотела быть его лучшим другом. Даже больше, она хотела отдать ему всю свою любовь.
Келли задохнулась от этой мысли. У нее остались воспоминания о своей жизни с Дэниелем, но они не шли ни в какое сравнение с чувствами, что она испытывала к Логану. Он возбуждал в ней страсть, какую никогда не удавалось разжечь Дэниелу.
Любовь не умирает вместе с неожиданной смертью любимого, просто постепенно ускользает. Дэниел всегда будет в ее сердце, однако теперь Келли точно знала, что только Логана она будет любить всю жизнь.
– Может, когда-то меня влекла опасность. – Логан попытался пожать плечами, поморщился. – Не сейчас. Просто эта поляна слишком мала для большого вертолета. В «Серебряной пуле», кроме пилота, всегда летит стрелок. Я слишком тяжел.
