Внутри располагался временный лагерь. И двадцать пять человек военных, включая вдов, радостно поприветствовали нас. Все они были вооружены до зубов. Винтовки, взрывчатка, дымовые шашки. Эти люди отличались от тех, кто шел с Итаном. Даже наши неподготовленные к подчинению диверсанту, солдаты, вели себя куда тише. Восточные повстанцы возбуждены жаждой мести.
Они говорили громко, грозились и смеялись. А еще были приветливы к нам. Одна из женщин принесла большой пирог, чтобы накормить людей Архитектора. Кусок дали и мне, но пища сейчас не легла в горло. Я тут же удалилась в туалет и оставила там свой завтрак. Отвратительное чувство изжоги выжигало изнутри. Чтобы не показаться на глаза Адаму в таком виде, я подошла к раковине, набрала побольше холодной воды и оплеснула себе лицо, затем еще пару раз, а после напилась этой воды. Вышла свежая и натянутой улыбкой. Мой высокий командующий, конечно, уже дежурил у двери.
— Эмбер, ты в порядке?
— Малышу не понравился пирог, — отмахнулась я, — Побуду на улице, чтобы избежать запахов. Они скоро закончат?
— Уже, — Адам покосился в сторону открытой двери прямо впереди в тупике узкого коридора с синими стенами, — Я, ты и двое сопровождающих с Итаном поедут к мосту. Остальные будут добираться окольными путями.
— Ммм, — пробубнила я, уставившись в пол и почувствовала на своих плечах руки супруга.
— Больше остановок не будет. Ты уверена, что готова?
— Готова, — соврала я, а по телу побежали мурашки. Блондин почувствовал мою дрожь и привлек к себе. Его приятный запах, тепло и сильные руки побуждали к желанию быть маленькой и беззащитной. Но отрезвляющий голос Итана все испортил.
— Эй, Ромео и Джульетта? Выходим!
Адам вывел, мня на улицу и я приятно удивилась, увидев среди сопровождающих Миту. Девушка закинула на плечо увесистое длинноствольное оружие и подмигнула в ответ. Рядом с военной стоял ближайший к Итану человек. Я часто видела его рядом, но не знала имени. Он как тень, особо ничего не говорил. И, конечно, сам Итан. Возбужденный и слегка дерганный.
— Это тебе, — Архитектор протянул черный рюкзак. Точь-в-точь как тот, в котором я утеряла блок, — Внутри все необходимое. Застегни все ремни. В случае непредвиденной ситуации, если попадешь в засаду — бросай в воду или пропасть. Уничтожь.
— Знаю, — я взяла в руки увесистую сумку, — Буду действовать по регламенту.
— Как откроешь мост, уходи назад.
— Да, знаю.
Он прищурился и хотел дотронуться до моего лица рукой, но я машинально отпрянула назад, что только насмешило Итана. Он убрал ладонь, при этом оставаясь достаточно близко.
— И никакой импровизации Эмбер. Выключишь систему охлаждения, откроешь мост и вернешь мне блок. Это все. Если же попробуешь пойти против меня, не оставишь другого варианта, кроме как убить и тебя и твоего мужа.
— Архитектор, не дави. — Хрипло и твердо обратился Адам, притормаживая лидера повстанцев. Я закрыла глаза, а затем вновь посмотрела на своего наставника из прошлого.
— Я все знаю. Выполню задачи и вернусь. А ты обеспечишь нам алиби и свободное будущее.
— Именно так, — протянул Итан, — Именно так.
Послышался шум мотора вдалеке. К нам вышел военный, тот самый, со шрамами. Он сложил руки на груди и глубоко вздохнул, наслаждаясь утренним воздухом.
— Мирное утро, — прокомментировал Итан. Военный иронично ухмыльнулся.
— Штиль всегда предшествует буре.
Адам был рядом со мной. Он вглядывался в сторону города и первым заметил столб пыли, оставляемый небольшим легковым авто. Это была не военная машина, а скорее перевозка для обычных работяг. Оттого и пылила.
Кузов открытый, передняя кабина вмешала не больше двоих. Когда транспортное средство достигло точки сбора, вдруг стало непривычно шумно. Все от музыки, игравшей за стеклом. А когда молодой водитель открыл окно, стало и вовсе не слышно собственного голоса. Похоже это часть плана.
Военный выдал нам всем накидки серого цвета. Я вспомнила эту форму. В такой моя мама собирала пшеницу. Значит мы будет играть роль тружеников, а под массивной тканью прекрасно прячется оружие.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Здоровяк из команды Итана забрался первым, он подал две руки, затащив одновременно и меня и Миту. Адам запрыгнул сам, а Итан занял почетное место спереди. Не хотела бы я оказаться там. Музыка ужасно раздражала.
Как только щеколду крохотного кузова закрыли, машина резко тронулась и меня ждало тошнотворное приключение на ближайший час. Из-за того, что у повозки маленькие колеса, нас трясло как камни в брошенной наземь банке. Желудок сводило, но Адам всеми силами прижимал меня к себе, минимизируя сотрясение.
Пейзажи менялись. Я не видела путь к западным границам, когда направлялась туда впервые. Оказывается, в Андарионе были большие производства. Длинные крытые фермы, небольшие ткацкие фабрики и строительные формирования. Все это располагалось между гарнизоном и стеной. Но для масштабов города, при условии уничтожения Пустоши, эти производства ничтожно малы. Адам сказал, что там трудятся так называемые «Низшие Воробьи». Еще один класс, стоящий между Воробьями и жителями Пустоши. Очередная попытка Андариона заставить провинившихся работать всю жизнь со статусом «правонарушителя».
Стало светло. Здесь экраны работали. Забыла, как прекрасен облик купола и его «юбки». Солнце выглядело реальным, как и прекрасное голубое небо, по которому лениво ползли тучи. Эффект трехмерности создавался путем дополнительной передачи изображения. А воздух и ароматы производились мощными системами вентиляции и почти бесшумными. После вечной ночи это место казалось раем. Я не переставая смотрела по сторонам, ровно как и остальные. Даже в глазах Адама читалась ностальгическая тоска.
— Смотрите! Это что там? — Мита поднялась, держась за два выступа на капоте, предназначенных для перевозки грузов.
— Стена, — ответил Адам, — Она врастает в купол города, изолируя его от внешнего воздействия.
— Никогда вживую не видела! Выглядит как огромная гора. Торчит прямо из земли.
— А перед ней ров, — улыбнулась я, наблюдая восторг Миты, — И стеклянный мост.
— Слышала. Но он же метафорически стеклянный?
— Если бы! Это прочное стекло проводит излучение, увеличивая его троекратно. Поэтому без чипа любой незваный гость истечет кровью.
Мита обернулась, задумчиво нахмурила брови и спустилась обратно в кузов.
— А ты уверена, что у тебя есть чип? Парни говорили, ты точно из местных.
— Ты забыла, что я была в Андарионе. И попала туда не магическим образом.
— Точно, сестра Мира.
— Она самая.
Военная расстроилась. Может считала, что мост — это очередная байка? Смотря в ее зеленые глаза, я вспоминала свои чувства, когда оставила Адама в Сильве перед атакой. Беспомощность. Ты знаешь, что дорогой тебе человек там, но сделать ничего не можешь.
А вот и мост. Он показался только под определенным углом. Прозрачный и сверкающий бликами, издалека он больше напоминал продолговатое озеро. Но подбираясь ближе, видишь пропасть и военную технику на противоположной стороне. Не менее четырех машин, включая военных. Входы и выходы тщательно охранялись.
Мы остановились за одним из брошенных строений высотой в один этаж. За ним особо не спрячешься, но для крохотной машины достаточно. Музыка заглохла, молодой фермер, он же водитель, покинул кабину.
— Приехали. Дальше нельзя. Мы тут сворачиваем на поля с покосами.
— Отлично, — хлопнул дверью Итан, — Трогай, чтобы отвести подозрения. А мы будем готовиться к мосту. Скоро начнется перезагрузка системы и военные должны отойти в безопасный блок.
— Почему они не поставят камеры? — Мита присела на корточки и аккуратно рассматривала мост из-за стены.
— Из-за активного магнитного и ультразвукового поля на момент перезагрузки. Все замки стен закрываются, проходит перекодировка, а камеры и системы сканирования выключены, — довольно смаковал Итан, надевая маску, — Поэтому Андарион и расплодил своих чертовых волков, чтобы они рвали глотки любому, кто ступит за стену.
