«Я знал, что она не должна была лежать там. Её боль до сих пор клокочет во мне. Я бы принял всю её боль, если бы это было возможно».
Посмотрев на своего друга, Тео воспроизвел его слова в своей памяти. Драко принял всю эту боль сполна, чтобы эта девушка осталась невредима.
Чтобы Гермиона могла жить.
Когда Гермиона прижалась к щеке Драко, Тео вмиг дёрнулся к шкафу и начал судорожно раскидывать вещи, вытряхивая содержимое чемодана Драко. Рубашки бесформенными комками валялись на полу, и он запинался о них, быстро перемещаясь по комнате.
— Где бы он мог спрятать что-то действительно ценное? — спросил Тео, открывая очередной ящик комода. — Как думаешь Гермиона?
— Думаю, он всегда хранил бы это при себе.
— Близко к истине, ведь от тебя он не отлучается ни на шаг.
Повисла тишина, которая оказалась изводящей, и Гермиона, смахнув дорожку скатившейся слезы, принялась ощупывать его одежду, карманы мантии и брюк. Всё найденное она скидывала на покрывало рядом с его ступнями.
По итогу их обследования удалось найти совсем немного: аграф в виде уробороса, платок ослепительной белизны с инициалами Д.М., часы, которые пришлось снять с его запястья, так как они были уже полурасстёгнуты, волшебная палочка, несколько золотых галлеонов, и пузырек с обезболивающим, заполненный наполовину.
— Не густо, — протянул Тео и почесал висок. — Теперь бы понять, что из этого может содержать в себе портключ. Ведь всё к чему он прикасается — не подходит.
— Но то, что спрятано внутри такого предмета — может.
— Даже в состоянии стресса ты способна здраво мыслить, — Тео перевел взгляд на собранные вещи Малфоя.
— Это часы, — произнесли они одновременно и кинулись торопливо вскрывать корпус.
Несколько заклинаний позволили им разобрать часы, распределив все механизмы на поверхности покрывала.
— Тут их десятки, — простонал Тео и потер заспанное лицо.
— Надо проверить каждый на наличие сторонней магии.
— У нас нет времени.
— У нас оно есть. Его приступ отступил, значит, у нас ещё есть полдня, не меньше.
— Или полчаса, или полминуты, — запричитал Тео. — Одному Мерлину известно сколько ему осталось.
— Просто проверяй, Тео, — почти приказала Гермиона и Тео подчинился её указаниям. Гермиона не умела пользоваться окклюменцией, но то, как ей удавалось собирать волю в кулак и действовать вместо того, чтобы разрыдаться и отчаяться, приводило Тео в восторг.
Драко слабо кашлянул сквозь сон, в который погрузился. Зелье сна без сновидений ненадолго должно было утихомирить его болезненное состояние.
— Вот он, — громким шёпотом воскликнул Тео и указал на одну из шестерёнок среди десятков других.
— Отлично.
Гермиона поддела портключ платком Драко и положила на его грудь. Прошептав заклинание, снимающее антиаппарационные чары, которое услышала от Макгонагалл, она вернулась взглядом к Драко.
— Пора, — сказала она шёпотом и взяла руку Драко, занеся пальцы над металлическим предметом. — Ты переместишься с нами.
Гермиона обернулась на Тео и тот вздрогнул, взглянув на портключ.
Нотт сглотнул и молча приблизился к ним, присаживаясь на колени перед постелью, на которой лежал его друг, выглядевший бледным и безжизненным.
Он хотел было отказаться, но даже если бы Грейнджер насильно за шиворот подтолкнула его, Тео определённо знал, почему должен переместиться в Мэнор вместе с ними.
========== Глава 36. Доверие ==========
Комментарий к Глава 36. Доверие
Трек к главе: Yakamoto Kotzuga - Feel You
Перемещение с портключом по силе было не таким скручивающим, как при простой аппарации с помощью палочки.
Втроем они свалились на пол одной из комнат поместья, в котором Гермиона была лишь однажды, да и то не при самых лучших обстоятельствах.
Тео сам отлевитировал Драко на кровать с приоткрытым балдахином. В это же время дверь в комнату распахнулась, и первым, кого в полумраке смогла разглядеть Гермиона, был Люциус.
Бледный, со впалыми щеками и острым носом, он вошел в комнату торопливыми шагами и остановился у постели. Его длинные волосы спутались ото сна, мантия, наспех накинутая поверх шелковой пижамы, висела на нем несуразно и выглядела помятой, как и сам ее обладатель.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что с моим сыном? — громко произнес он и, не обращая внимания на суету Тео, подошел к Драко, дотрагиваясь до его лба.
Он бросил испепеляющий взгляд на Гермиону и тут же перекинул его на Тео, который невольно сглотнул. Люциус Малфой, хоть и снял с себя образ Пожирателя смерти, не перестал выглядеть столь же хладнокровно и устрашающе.
— Кто это сделал с ним? — прорычал он сквозь зубы и с каменным выражением лица застыл перед своим сыном. — Это ты, Грейнджер? — Люциус сделал шаг в сторону девушки и сверкнул злым взглядом. — Я знал, что тебе нельзя доверять. Нарцисса защищала тебя и Драко, думая, что ты смогла вселить в его сердце истинную любовь, — продолжал извергать он эти слова, не обращая внимания на свой грозный вид. — И я поверил!
— Это я во всем виноват, мистер Люциус, — вступился за нее Тео. Мужчина развернулся и схватил юношу за грудки, приподнимая над полом. Его эмоции плескались в сощуренных блеклых глазах, а возрастные морщины рассекали высокий лоб.
— Ты, — выплюнул он, — отпрыск Нотта, который дружит с Драко?
— Всё, верно, мистер Малфой.
— Что ты наделал с моим сыном?
Тео дернулся в его руках и бросил слабый взгляд на Гермиону. Спасения искать было не у кого и он выложил всё как на духу.
— Драко попросил меня никому не говорить об этом.
— И ты, смел скрывать его недуг от нас?
— Тео? — теперь и Гермиона смотрела на него в замешательстве.
— Я во всем виноват, — простонал Тео и отвернул лицо, скованное раскаянием. — Только я. Будь я умнее, этого бы не случилось.
— Ноттовский выродок еще бессовестнее, чем я предполагал! — крикнул Люциус, но замер, когда в дверном проеме показалась его супруга.
Нарцисса заметила лежащего на постели Драко, кинулась к нему и зарыдала на его груди.
— Люциус, вызови целителя, немедленно! — проговорила она сквозь слезы, что катились по ее бледным щекам.
На мгновение она отдалилась от груди Драко и взглянула на Гермиону рядом с собой. Ее влажные глаза скользнули по лицу девушки, но она так ничего и не вымолвила, вновь заключив сына в объятия, на которые он не отвечал, до сих пор пребывая во сне без сновидений.
Люциус оттолкнул от себя дрожащего Тео, который умирал со страха от одного только грозного вида отца Драко. Таким разгневанным он его никогда не видел.
В холле послышался треск аппарации и в дверь торопливо шагнул маленький сгорбившийся домовик.
— Даго, — прервала Нарцисса его едва ли сорвавшийся писк приветствия, — принеси запасы лечебных зелий из кладовой и всё необходимое за уходом для Драко.
— Слушаюсь вас, Госпожа. Даго мигом.
После этой фразы домовик с висячими ушами испарился со щелчком пальцев. Гермиона сдвинулась на постели и не смела больше тревожить Нарциссу, которая была так проникнута болью своего сына. Люциус встал рядом с ней, готовый в любую минуту извергнуть проклятие на любого, кто хоть еще раз коснется его сына.
— Тео, пойдем.
Парень кивнул ей и последовал за Гермионой в темный коридор ночного поместья.
Как только дверь за ними закрылась, Гермиона прижала его к стене острием своей палочки.
— Какого черта, Тео? — выпалила она яростным шепотом. — Ты скрывал от меня мучения Драко? Знал, что он был болен и не говорил, а еще позволил ему попасть на матч?
— Я пытался, но Драко… — замялся Тео и зажмурился, виновато опустив голову. — Драко попросил меня поклясться, Гермиона. Мерлин видел как я не хотел… — его шепот был таким обреченным и слабым, что Гермиона отступила на шаг, перестав вжимать в него свою палочку.
— Как он мог, — теперь настал черед Гермионы принять на себя лавину правды. Всего того, что она увидела на озере, сидя возле него. Безобразная метка Пожирателя вжилась в ее сознание, и развидеть это было невозможно. — Почему он не сказал мне, почему? — крупные слезы покатились по ее лицу и она, сползая по стене, осела на пол рядом с ногами Тео.
