— Все ты прекрасно понимаешь, — буркнул Василек.
— Если ты хочешь этим сказать, что ты ревнуешь, то позволь напомнить тебе, что у тебя есть девушка.
— Я люблю тебя, — упрямо сказал он. — А Сонечка… это всего лишь Сонечка.
— Тогда почему ты с ней?
— Потому что ты не со мной.
Друзья вдруг услышали какой-то шорох и обернулись. У двери в палату стояла Сонечка и с болью и гневом смотрела на Нековбоя. Не сказав ни слова, она повернулась и ушла.
— Иди скорей, догони ее! — воскликнула Рита.
— Она вернется, — с уверенностью сказал парень. — Она всегда возвращается.
— Скажи мне, почему ты так груб с ней? Это так на тебя не похоже…
— Потому что если я буду вести себя по-другому, она, скорее всего, бросит меня, — не раздумывая, ответил Василек и осекся.
— Вот видишь! — торжествующе сказала девушка. — Ты все же дорожишь ею. А злишься ты вовсе не на Артура, ты злишься из-за того, что понимаешь, что Сонечка все больше и больше вторгается в твое сердце, и считаешь, что этого нельзя допустить, потому что ты якобы любишь меня. Но на самом деле ты даже если и любишь меня, то уже давно просто по привычке. А зло срываешь на Артуре, потому что больше не на ком.
— Долго придумывала? Большей чуши я в жизни не слышал.
— Ну, это дело твое. Решать тебе, но учти — если ты сейчас не пойдешь за ней, ты ее потеряешь. И не говори потом, что я тебя не предупреждала.
Напустив на себя безразличный вид, Рита с волнением наблюдала за лицом друга, на котором, как в открытой книге, читались раздиравшие его сомнения. Наконец, он вопросительно посмотрел на нее, и она с облегчением кивнула.
— Давай уже, иди, Ковбой. Догони ее.
— Ковбой?
— Конечно. Думаю, тебе давно уже пора поменять прозвище.
Парень улыбнулся.
— Похоже, ты знаешь меня даже лучше, чем я сам. Я пойду. Извини.
И он чуть ли не бегом вышел из палаты.
Еще через несколько дней Артур почти полностью оправился от тяжелой болезни. Ему даже разрешили ненадолго выходить из палаты, чем он и воспользовался, чтобы размяться и немного подумать о будущем, прежде чем навестить Риту. Обещания остаться он ей так и не дал и теперь обдумывал, когда ему лучше всего будет уехать отсюда. Парень не колебался в своем решении, будучи уверенным в том, что это для ее же блага. Ведь никто не может дать гарантии, что этого больше не повторится. "Похоже, что нож стал моей судьбой, — невесело усмехнулся он, вспомнив все свои шрамы. — И я вовсе не хочу, чтобы и Риту постигла та же участь".
Задумавшись, Артур не заметил Вику и Лилю, идущих по коридору — они пришли к Рите.
— Артур? — удивленно сказала Лиля. — Это правда ты?
— Привет, девчонки, — машинально ответил он. — Это я. Не ожидали меня здесь увидеть?
— Ожидать-то ожидали, — пробормотала Вика, глядя на него огромными глазами. — Но чтоб такого…
— Плохо выгляжу? — усмехнулся парень.
— Извини меня, конечно, за прямоту, но да. Краше в гроб кладут.
— Что, все так ужасно? — спросил Артур у Лили, забавляясь — ведь ему никогда прежде не говорили таких слов.
— Никогда бы не подумала, что скажу тебе такое, — покачала головой та. — Ты выглядишь просто кошмарно. Мы тебя сначала даже не узнали.
— Вы что, серьезно? — изменившимся голосом переспросил он.
Девчонки переглянулись, но все же ответили честно:
— Серьезнее не бывает.
Артур только сейчас заметил, что до появления подруг по коридору он прогуливался совершенно один, без вечно сопровождающих его девушек. Вспомнил он и то, что медсестра, ухаживающая за ним, давно уже смотрит на него безо всякого интереса. И парень неожиданно просиял, широко улыбнувшись ошарашенным девчонкам.
— Так это же здорово! — воскликнул он. — Это же просто замечательно!
"А как же Рита? — вдруг подумал он, и радость его несколько поутихла. — А если и она посчитает меня слишком некрасивым? Ведь она полюбила меня прежде всего за красоту…"
— Подождите здесь, — бросил он изумленным подругам и помчался к Рите.
Девушка удивленно подняла глаза на своего запыхавшегося возлюбленного.
— Артур, разве тебе можно бегать? — укоризненно сказала она. — У тебя же швы разойдутся.
— Рита, — возбужденно произнес он, не слыша ее слов. — Скажи мне — ты любишь меня?
— Всем сердцем. А что? Что случилось?
— Любишь даже такого?
— Какого "такого"?
— Разве ты не замечаешь, как я изменился?
— Замечаю. Ты побледнел и немного похудел. Но это все из-за болезни. Как только мы выпишемся, все пройдет.
— Я не об этом, — нетерпеливо сказал парень. — Посмотри же на меня!
Девушка послушно уставилась на прекрасное лицо Артура, с трудом сдерживаясь, чтобы не зажмуриться от слепящего сияния его неземной красоты.
— И что? — наконец, спросила она.
— Ты правда любишь меня? — с замиранием сердца задал ей вопрос Король.
— Правда, — ответила она. — Правда-правда. Честно-честно.
Радостно засмеявшись, Артур схватил ее в свои объятия и закружил.
— И я люблю тебя! — закричал он. — Очень люблю!
Сквозь приоткрытую дверь за ними наблюдали любопытные девчонки.
Влюбленным еще многое предстояло преодолеть на пути к полному счастью — примирить Артура с родителями Риты, которые теперь видели в нем своего врага, пережить судебное разбирательство по делу о нападении на них банды Джокера и возвращение в университет, где разочарованные фанатки плакали при виде своего изуродованного кумира. Но они все это пережили, потому что были вместе. Теперь ничто не могло их разлучить, потому что между ними не было больше преград. Они могли ходить, куда им вздумается и когда захочется, потому что теперь на Артура никто не обращал особого внимания, пялясь, разве что, на шрамы на его лице. Дарья, знаменитая своими теориями, выдвинула еще одну, согласно которой феромоны ее сына изменились из-за перенесенного сепсиса. Улыбнувшись, парень заявил, что не хочет ничего знать об этих самых феромонах, но если это и так, то очень жаль, что этого не произошло раньше. Он был рад, когда узнал, что в университете новыми Королем и Королевой были избраны Ковбой и Сонечка — самая идеальная пара вуза.
— Король умер, да здравствует Король, — сказал он, поздравляя своих "преемников".
Артур посмотрел на Риту, которая глядела на него теми же восторженными глазами, что и четыре года назад, и подумал: "Все-таки любовь — страшная сила! Намного сильнее, чем красота!" И это было главное.
ЭПИЛОГ
— Доктор Романов! — запыхавшись, крикнул с порога молодой стажер, появляясь в его кабинете. — Там… там ваша жена!
