Васильку не составило особого труда понять, с кем уехала Рита. Рисунок на бензобаке мотоцикла — игральная карта с изображением джокера — яснее ясного указывал на того, кто похитил девушку. Нековбой тоже слышал разговоры о Юльке, этой вздорной новенькой, поэтому, сложив два и два, Василек и Сонечка, не медля ни секунды, побежали в отделение милиции, где работал брат Нековбоя, Влад. Но они не знали главного — куда повез Риту подручный Джокера. С этим им помог Влад, которому они взахлеб, перебивая друг друга, рассказали все, свидетелями чему они были. Едва он услышал слова Василька об аде, в который якобы повезли девушку, он тут же вызвал наряд милиции, объяснив между делом, что именно так городские банды называют самое мрачное место в городе. Сначала он не хотел брать с собой взволнованных брата и его девушку, говоря, что им там не место, но те заявили, что все равно поедут туда, либо с ним, либо за ним. Влад посмотрел в их яростно горящие глаза и согласился, но потребовал, чтобы в случае чего они оставались в машине и не лезли на рожон.
— Смотрите, они удирают! — воскликнул водитель.
Из-за деревьев, действительно, выехало несколько мотоциклов и понеслось по направлению к городу. Одна из патрульных машин развернулась и поехала за ними, вторая же, в которой сидели Василек, Сонечка и Влад, поехала дальше, отыскивая пропавшую девушку. Долго искать им не пришлось. Уже через минуту они выехали на поляну, с которой, по всей видимости, и улепетывали байкеры, услышавшие вой их сирены.
Нековбой первым выскочил из машины. Он не сразу понял, что за звук доносится до него от деревьев, а потом увидел все и замер. Там на коленях стоял Артур и выл по-звериному, прижимая к себе безжизненное тело Риты.
— Рита! — воскликнул Василек и побежал к ним. — Что с ней?
Король замолчал, поднял голову, и Нековбой вздрогнул, увидев его порезанное, залитое кровью лицо и полубезумные глаза.
— Они убили ее, — пробормотал Артур. — Они ее убили.
— Что?!
Вася схватил вялую руку девушки и нащупал пульс. Она была жива.
— Вызывай скорую, у нас тут раненые! — крикнул водителю Влад, который выскочил из машины почти что одновременно с братом.
Из машины выпорхнула Сонечка.
— Что здесь случилось? — ахнула она, увидев Артура и Риту.
— Они убили ее, — ответил ей парень.
Глаза красавицы округлились.
— Не слушай его, она жива, — успокоил ее Василек. Он потряс Короля за плечо и крикнул: — Эй, ты меня слышишь? Она жива! Ты же медик! Послушай ее сердце, пощупай пульс!
— Они ее убили, — продолжал бормотать Артур, не обращая на Нековбоя ни малейшего внимания.
Тот вздохнул.
— Как ты думаешь, что это с ним? — спросил он Сонечку. — Он что, умом тронулся?
— Не думаю, — ответила девушка, поводив рукой перед незряче уставившимися в одну точку глазами Короля. — Скорее всего, он просто в шоке. Это пройдет.
— В шоке? — недобро усмехнулся Василек. — Он просто в шоке? Сейчас я выведу его из этого шока!
Внезапно разъярившись, парень схватил Артура за грудки, поднял его и начал трясти.
— В шоке он! Слышишь, ты, шокированный! Это все из-за тебя! Это ты во всем виноват! Ты приносишь одни несчастья! С самого первого дня, с самого первого появления! Ты испортил ей жизнь! Почему не ты лежишь здесь, с ножом в брюхе?! Почему?!
Король беспомощно мотался в сильных руках Нековбоя, как тряпичная кукла, не пытаясь защищаться и не сводя застывшего взгляда с безжизненного лица Риты. Лишь спустя несколько мгновений багровая пелена, затуманившая голову Василька, рассеялась, и он услышал, как кричит Сонечка, вцепившись в его руки:
— Оставь его! Перестань! Он же ранен!
К ним уже бежал Влад, чтобы разнять их, но парень сам отпустил Артура и буркнул:
— Ладно, ладно. Я спокоен.
Король, лишившись опоры, упал на землю и упрямо пополз к Рите. Его рубашка на левом боку была насквозь пропитана кровью, но он, казалось, не замечал своей раны. "Шокотерапия", проведенная Васильком, имела, как минимум, один результат — больше Артур не произнес ни слова. Влад пытался его допросить, но так ничего от него и не добился.
Нековбой, немного выпустив пар, отошел от всех подальше и уселся возле машины, не в силах видеть свою подругу в таком состоянии. К его немалому удивлению, Сонечка, прежде не отходившая от него ни на шаг, осталась с Артуром и Ритой. Нахмурившись, Василек мрачно наблюдал за тем, как его девушка что-то тихо говорит Королю, утешающе поглаживая его по руке.
Наконец приехала скорая. При виде врачей взгляд Артура прояснился, и он, кажется, начал понемногу приходить в себя. Он отказался от первой помощи, настаивая на том, чтобы ее сначала оказали Рите и только ей. Он держался до последнего, оставаясь в сознании, до тех пор, пока машину скорой помощи, которая везла их в больницу, не тряхнуло особенно сильно на одном из поворотов. Только тогда Король, невольно издав короткий болезненный стон, отключился.
Фельдшерицы тут же уложили парня на носилки и начали обрабатывать его раны, к которым он прежде так и не позволил притронуться. Осторожно вытирая кровь с его изрезанного лица, одна из них сказала:
— Красивый мальчик. И как у кого-то поднялась рука на такую красоту? Изверги!
И тихо, словно про себя, добавила, отводя потемневшую от крови прядь волос с его лба:
— Он похож на окровавленного ангела…
— Смотри-ка, — поразилась другая, расстегнув рубашку Артура, чтобы обработать рану на боку. — Этот ангел не впервые свел знакомство с ножом, — сказала она, указывая на белые шрамы на его теле. — Бедовый паренек.
Король вздрогнул, и его бескровные губы прошептали:
— Рита…
— К девочке своей рвется, — заметила фельдшерица, занимающаяся его израненным лицом. — Остается надеяться, что она его любит не меньше и не бросит его из-за всего того, что случилось.
— Если выживет, — мрачно сказала вторая. — Честно говоря, я сомневаюсь, что она выкарабкается. Слишком серьезное ранение. Впрочем, кто знает…
* * *
С момента лесной трагедии прошло несколько дней. Рита до сих пор находилась в реанимации, она не приходила в сознание, и врачи оценивали ее состояние как стабильно тяжелое. Никаких ухудшений, но и лучше ей тоже не становилось. Она находилась между жизнью и смертью, и до сих пор никто не мог сказать с уверенностью, оправится девушка или нет.
За это время Артур стал совершенной тенью. Осунулся, побледнел, похудел. Как только он очнулся после операции и узнал, что Рита в коме, он совсем забыл про собственное здоровье. Потерянным ребенком парень бродил по больнице, не обращая внимания на требования врачей оставаться в постели. Он не ел, почти не пил, отказывался от обезболивающего и засыпал только тогда, когда практически валился с ног от усталости. И не обронил ни единого слова с тех пор, как его допросил следователь.
