многом зависит также и от твоих усилий. Ты же понимаешь, что нужно будет расхаживаться, тренироваться…
— Я буду стараться, Лиз, обещаю! Только…
— Что только?
— А вдруг операция мне не поможет. Вдруг я не смогу больше ходить никогда? Что со мной тогда будет? Ты меня навсегда в клинике оставишь?
— Не говори глупости, — переворачиваю сестру на другой бок, ложусь рядом с ней на кровать поверх одеяла и прижимаюсь к её спине. — Всё у нас будет хорошо. И о таких вещах даже не смей думать, понятно?
— Понятно.
— Ну вот и всё. Тогда закрывай глаза и спи.
Ёрзаю, крепче прижимаясь к Машкиной худой спине. Даже не замечаю, как сама закрываю глаза.
Видимо стресс даёт о себе знать, но в какой-то момент меня как будто в чёрную дыру утягивает. Засыпаю так крепко, что даже снов не вижу. Разве что… в какой-то момент мне кажется, что я чувствую на себе руки Кирилла. Как будто он то ли гладит меня, то ли трогает. Не могу понять. Слишком тяжёлый сон давит бетонной плитой и все ощущения смазываются.
— Лиза, к тебе можно? — с трудом продираю глаза, когда слышу настойчивый стук и следующий за ним голос.
Поднимаюсь на локтях и расфокусированным взглядом шарю по комнате, пока не улавливаю, стоящую в дверном проёме Свету.
— Прости, что вошла без приглашения. Я стучала, но ты не открывала дверь. Меня Макс за тобой послал. Мы уже собираемся уезжать, так что…
Протерев глаза, обвожу взглядом комнату и только сейчас до меня доходит, что я не в Машкиной спальне, а в нашем с Кириллом номере. Ничего не понимаю… как я здесь оказалась? Вообще не помню, чтобы ночью я просыпалась и куда-то шла… Странно как-то…
— А где Кирилл? — прокашляв охрипший спросонья голос, смотрю на сконфуженную Свету, которая явно себя не в своей тареклке чувствует.
— А Кирилл Сергеевич он… уехал рано утром. Он попросил нас с Максом… ну в смысле с Максимом Егоровичем… в общем, чтобы мы вас с Машей отвезли в город. У нас как раз машину из ремонта вернули. Мы же сломались по дороге к Жемчужине. Макс её уже забрал, всё в порядке. Так что ты собирайся, Машу я уже разбудила и мы вещи все собрали…
— Подожди… — перебиваю её быструю спотыкающуюся речь.
Сажусь на кровати и тру пальцами виски, пытаясь вникнуть в суть всего услышанного.
— То есть как это Кирилл уехал? Куда?
Бред какой-то… И почему он мне ничего не сказал?
— Ну… им в пять утра позвонил прораб. Вроде какая-то аварии на стройке случилась, там где жилой комплекс в Кудрово. Я не поняла точно… всё суматошно было. В общем, Кирилл Сергеевич и Сергей Александрович оба срочно уехали решать вопрос. А Анна Михайловна поехала с Богданом Сергеевичем и его детьми.
— А почему Богдан не поехал вместе с отцом решать проблемы фирмы? Он же вроде как на президентское место метит.
Не знаю зачем я об этом спрашиваю. Бред какой-то. Мне вообще без разницы. Просто всё происходящее кажется каким-то… странным.
— Так не метит уже…
— В смысле? — подняв голову, непонимающе смотрю на Свету, которая тут же прикусывает губу. — Свет, если ты что-то знаешь, скажи мне, пожалуйста! Я тебя прошу!
— Ладно, — выдыхает, проходит в комнату и садится на кровать рядом со мной. — Дело в том, что Сергей Александрович оказывается вчера говорил с Богданом… Сергеевичем. Ещё до того как Кирилл его… ну в общем, ты поняла, — тут же краснеет и отводит взгляд. — В общем подробностей я, конечно не знаю, но он отказал Богдану в президентском кресле.
— Так значит во главе компании теперь Кирилл встанет?
— Эм… нет…
— В смысле нет? — нахмурившись смотрю на Свету. — Не поняла…
— Сергей Александрович сказал, что его здоровье пошло на поправку, он чувствует себя хорошо и передумал уходить с должности. Анна Михайловна, конечно, была очень недовольна. Ругалась… картами своими в него швырнула… Но переубедить мужа не смогла. Так что смена главы компании в ГорКонсалте отменяется.
Тяжело выдыхаю, пытаясь совладать с эмоциями. Кровь бешено пульсирует в голове, толкая бродящее по венам волнение.
Пытаюсь как-то скомпоновать всё услышанное в одну связную мысль, чтобы трезво оценить ситуацию, но мысли почему-то путаются.
Всё смешивается в кашу — вчерашняя драка Кирилла и с братом, то, как он вёл себя вчера со мной после всего что ему Богдан наговорил. Новость о том, что Горский не получил президентское кресло и наконец тот факт, что он уехал, ничего мне не сказав.
Не знаю, может я уже параною, но за рёбрами свербит от паршивого предчувствие. И почему-то первая мысль, которая мелькает — это то, что в фиктивной свадьбе теперь нет никакой необходимости… Она же ведь ради президентства затевалась…
А следующая мысль — вторая часть платежа за Машину операцию.
— Свет, а Кирилл Сергеевич… он мне ничего передать не просил? Может, на словах…
— Да вроде нет. Он вообще с Максимом разговаривал, поэтому я не знаю точно. Я слышала только то, что Горский попросил отвезти вас с Машей в город.
— Понятно… — проговариваю одними губами.
Растерянно шарю руками по простыни в поисках мобильного, который в итоге нахожу под своей подушкой. В голове параллельно мелькает мысль, что кровать застелена новым постельным бельём и, слава богу, Света не застала меня тут с заляпанной кровью простынёй…
Провожу пальцем по экрану смартфона, но новых сообщений на мой номер не поступало. Кирилл, ничего не писал.
— В общем, ты собирайся потихоньку, не буду тебе мешать, — Света встаёт с кровати и направляется к двери. — Мы тебя внизу ждём, если что.
* * *
— Конечная остановка. Поезд дальше не идёт. Просьба пассажиров освободить вагоны, — пыхтя выдавливает из себя Макс. На руках вытаскивает Машку из салона и усаживает в инвалидное кресло возле ворот клиники. — Лиз, тебя подождать? Можем тебя со Светкой до дома докинуть.
— Эм… нет, не стоит… Я потом на автобусе. Мне тут ещё нужно некоторые вопросы решить по поводу Машиной операции… — бормочу.
Подхватив ручки Машиной коляски, растерянно озираюсь по сторонам, как будто кого-то ожидаю здесь увидеть.
— Макс, а Кирилл тебе не звонил сегодня?
— Да нет… — задумчиво чешет затылок. — Да ты не переживай, Лизок. Милые браняться… как там дальше. Ну сама короче знаешь.
— А вы что поругались? — Маша задирает голову и удивлённо смотрит на меня своими огромными синими глазищами.
Понять бы ещё самой, поругались мы или нет…
Перевожу вопросительный взгляд на Макса, но тот моментально отводит глаза и поджимает губы.
— В
