Читаем без скачивания Утро богов - Герберт Уэллс

И надо же родиться Фаусту в это именно время! Он бесспорно талантлив. Рыцарь и мореплаватель Филипп фон Гуттен писал из далекой Венесуэлы домой своим близким:

«За три месяца погибли все флотилии, о которых я говорил, — и те, которые вышли из Севильи раньше нас, и те, которые следовали за нами. Приходится признать, что предсказания философа Фауста в основном сбылись, и немало натерпелись мы за это время!»

Доктор Фауст же терпел в то самое время смешки и притеснения. С него брали подписку в том, что он не будет вредить городу, когда покинет его. А между тем покидал многие города доктор не по своей воле. Его выставляли за ворота без особых церемоний, не забывая, впрочем, об упомянутой подписке. Странствуя так, он оставлял за собой толпы любопытных и зевак, разгневанных горожан и раздосадованных пророков, но слава его росла. Странствия приблизили его к разным слоям, сложилась легенда о Фаусте. Но эту легенду, свод былей и небылиц о бродячем философе, затмила книга Гёте; поэт и мыслитель поставил все на свои места: ни тени сомнений в связи с нечистой силой, которую представляет собственной персоной Мефистофель. Что касается успеха издания, то тут не о чем и говорить!

Фауст кончил университет, факультет богословия. А все кончившие университет имели право называться доктором. Родился же он в крестьянской семье. Случай незаурядный сам по себе.

Через сорок семь лет после его смерти некий Иоганн Шпис составил о нем книгу, предшественницу поэтического творения Гёте. Да, рассказывается в издании Шписа, доктор увлекся чернокнижием, чародейством, вызвал дьявола, заключил с ним договор. Как всегда в подобных случаях, дьявол получал душу человеческую. Но за это обязался служить Фаусту двадцать четыре года. Потом, кажется, еще не раз тема возвращалась на книжные страницы. «Доктор Фауст и его страшный договор с дьяволом», «Книга чародейства и искусства доктора Фауста», «Приключения чернокнижника Фауста» — вот некоторые из названий книг, которые я встречал в старых обзорах.

В издании Шписа говорится, что сохранилось письмо Фауста к физику, астроному и врачу Ионе Виктору из Лейпцига. Это письмо опубликовано Шписом.

«Чем выше я поднимался, тем темнее становилось вокруг. Мне казалось, что из яркого солнечного дня я погружаюсь в погреб».

В этих строчках письма Фауст сообщает о своем путешествии в космос. Ни более, ни менее. Небо становится темным по мере подъема над Землей. Кто бы об этом мог знать или догадаться в те давние времена? Ни аэропланов, ни воздушных шаров, ни даже парашютов еще не было и в помине.

С высоты 47 миль (около 80 километров) Фауст видит часть Европы. Мефистофель указывает ему на Венгрию, Сицилию, Пруссию, Данию, Италию, Германию, на другие страны и земли. Можно ли видеть все это с такой именно высоты? Да, можно. Три дня в сопровождении Мефистофеля доктор осматривает нашу планету сверху.

И вот полет к Солнцу. Семь дней летит Фауст, а на восьмой он чувствует себя плохо. Изменилась сила тяжести? Неизвестно. Тот, кто смог бы повторить этот полет в наши дни космической техники, подсказал бы, вероятно, в чем дело. Но человек пока не в состоянии сделать это. Судите сами. Фауст пишет своему доброму приятелю:

«И хотя мне казалось, что у нас Солнце размером едва ли с днище бочонка, на самом деле оно больше всей Земли, так как я не мог рассмотреть, где же оно кончается. И поэтому, конечно, ночью Луна получает свет от Солнца, которое уже зашло… и на небе становится светло».

Далее Фауст объясняет в этой же книге, что падающие звезды вовсе не звезды, а только «брызги», «капли, падающие со звезд». «То, что звезды будто бы падают, то это только людское воображение, и когда мы видим ночью падающий огненный дождь, то это не падающие звезды, как думают обычно».

Вспомним, что метеориты признаны учеными только в начале девятнадцатого века. До тех пор идея падающих с неба камней (в сущности, «брызг») подвергалась категорическому осмеянию. Книга же Шписа вышла за двести с лишним лет до признания метеоритов.

Нужно отдавать себе отчет и в том, что издатель тоже боялся осмеяния. Возможно, это заставило его вписать строки и целые страницы, соответствующие уровню науки того времени. Думаю, это испортило свидетельство доктора Фауста, необыкновенное по сути и довольно занимательное по форме.

Доктор-путешественник как будто бы передает своими словами рассказ Мефистофеля. Не все укладывается в голове выпускника университета, он упрощает, пытается на ходу понять и подыскать сравнения. И остается тем не менее вполне достаточно материала, чтобы сделать заключение: Фауст действительно был в космосе.

В этом нет ничего удивительного с точки зрения сегодняшнего дня, когда пресса печатает настоящие отчеты о путешествиях наших современников на серебристых сверкающих аппаратах вместе с пришельцами.

Вернемся теперь в кабинет доктора Фауста. Ради краткости будем говорить об оперном варианте, который многим хорошо известен. Он примерно соответствует событиям первой части одноименной трагедии Гёте. Как отмечает либретто, кабинет ученого загромождают фолианты и научные приборы вроде астролябии, географического и небесного глобусов, больших и маленьких реторт, над которыми внимательный взгляд различает две-три высушенных на солнце лягушки, крыло летучей мыши, стебли и корневища магических растений, горелки разных калибров. Кое-где осторожные пауки успели сплести паутину, повинуясь слепому инстинкту. Но инстинкт возник не на пустом месте, потому что рано или поздно философы отчаивались получить золото из ртути, отказывались от драматических попыток объяснить мир или хотя бы поведение людей и бросали эти занятия.

То же происходит с Фаустом.

«Никто не в силах открыть мне всей тайны загадочных миров!» — подытоживает наш герой и даже идет еще дальше, едва наступает утро: наполняет старинный кубок ядом с мрачной решимостью отчаявшегося отшельника. Песня за окном отвлекает его, но не надолго. Он проклинает землю и небо, взывая к злому духу, который и появляется. Происходит объяснение. Фаусту не нужно богатство, не нужна запоздалая слава. Нужна юность. Начать сначала, любить и быть любимым. Соглашение состоялось. Стоило Мефистофелю показать Фаусту призрак Маргариты, как все сомнения почтенного доктора преданы забвению. Как все теперь просто: он осушает кубок с зельем Мефистофеля и превращается в юношу.

Но и сама любовь приносит Фаусту разочарование. Маргарита страдает, страдает и Фауст, только в конце звучит тема любви, но поздно, поздно!..

«Мы всегда находим того, кто нам нужен!»

С точностью магнитозаписи звучит в голове этот рефрен. Сколько ему веков? Или, может быть, тысячелетий? Неведомо мне это. Ниже он будет повторен с комментарием.

Эра Водолея — утро богов. Это мой запоздалый ответ доктору Фаусту. Пусть он все же будет услышан.

Инокорабли

Не счесть диковин мира гуманоидов. Я слышал о зеленокожих существах ростом от 30 до 90 сантиметров, появляющихся в сумерки. Они активны и агрессивны. Простому человеку несдобровать при встрече, несмотря на все гуманные принципы и братство по разуму. Этот разумный вид изучал Мак Кемпбелл. А Джон Киль и его коллеги обнаружили женщин в чешуйчатом скафандре близ пресноводных водоемов Европы и Америки. Рост этих космических амазонок около метра, что намного меньше роста воинственных красавиц сарматок и других прекрасных дев Земли. Ничего не известно о характере инопланетянок в чешуйчатом облачении; когда я пытался восстановить их портрет по литературным источникам, а также получить представление о строении и пропорциях тела, меня поджидали неожиданности и препятствия. Я заполнил всего несколько страниц, но и эти записи исчезли год назад. Я не рискну взяться за эту тему.

Плодотворней общаться с богами. Да не осудит меня читатель-инопланетянин.

Я знаю о случае с Бэтти и Барни. В начале шестидесятых Бэтти и Барни Хилл попали на борт инокорабля, сопровождаемые пятью представителями высшего разума. Один из них подталкивал Бэтти, приговаривая: «Идите! Чем дольше будете упираться, тем дольше мы вас задержим!» Я воспроизвожу этот аргумент высшего разума как образец внеземной логики и одновременно высшей этики. Затем, как это часто бывает при встрече с галактическим разумом, женщину раздели догола и стали втыкать иголки, одна из них была очень большой. «Зачем это?» — воскликнула Бэтти. Последовал вполне логичный ответ: «Тест на беременность!» С Барни высший разум поступил аналогично, но тест на беременность был с внеземной предусмотрительностью заменен на другой. Профессор-инопланетянин осмотрел ротовую полость Барни, ухватился за нижнюю челюсть и вытащил ее. Это привело профессора в восторг. Он подскочил к Бэтти с тем же намерением. Она стала объяснять профессору разницу между вставной челюстью мужа и ее собственными зубами. Это было поразительным открытием для всех пяти представителей сверхразума и вызвало непередаваемое замешательство. Поэтому на случай контактов с галактическим разумом лучше заранее выучить ответы на все возможные вопросы: возраст, пол, на каком месяце беременности, сколько вставных челюстей — две или одна, группа крови, температура вашего тела. Этого для высших представителей разума вполне достаточно. Что касается представителей не самого высокого уровня, то желательно владеть приемами карате или сходными с ним. Предварительно убедиться — нет ли оружия? Если есть — стартуйте, как легкоатлет (бег, прыжки, лучше — фиберглассовый шест — и на крышу вагона проходящего поезда). Стартуйте, не мешкая!