— Адольф, — улыбка Сарта дрогнула, — ты все же переметнулся на сторону предателя. Ты понимаешь, что если ты солжешь, то будешь казнен вместе с ним прямо в этом зале? — Фамильярное обращение незаметно перешло во вполне официальную фразу, которая знаменовала начало поединка.
— Да, мой господин. — Болотный тролль слегка поклонился, демонстрируя свое уважение к старшему по должности. — Я требую гарантии для свидетелей.
— Даю гарантию, — сморщился король и махнул рукой. — Их никто не тронет из находящихся в этом зале ни сейчас, ни после дачи показаний.
— Хорошо, мой господин. — Опять поклон. — Я требую дозволения на зелье правды.
По залу прошел шепот. Зелье было дорогим и использовалось редко, но здесь при обвинении самого короля траты были уместны.
— Дозволяю, если почтенный маг Тарман поделится своими запасами. — По лицу Сарта скользнула хитрая улыбочка. Формально он ничего не нарушил, но зелья маг не даст, а без него доказать что-либо невозможно.
— Зелья нет, — Тарман ответил слишком быстро и с торжеством посмотрел на Адольфа.
— Ничего. — Болотный тролль улыбнулся и снисходительно кивнул магу. — У меня есть свое. Я предусмотрителен, причем настолько, что зелье находится в запечатанном пузырьке с вензелями нескольких магов, подтверждающих его подлинность. Если королю угодно, я покажу пузырек при гарантии неприкосновенности для меня и зелья.
— Не нужно. — Сарт был зол, и это стало заметно всем без исключения в зале. (Губы короля побледнели — он боялся). — Мы верим тебе.
Свидетелей можно было и не слушать, и так ясно, что грехов за Сартом море, а в этом деле он просчитался. Все решил верно, силы расставил грамотно, но вот вознамерился убрать сразу двух сильных противников. А зря, нужно было уничтожать по очереди. Король не учел, что, если на Адольфа слишком надавить, он переметнется на сторону врага. Болотный тролль проделал колоссальную работу. Он вычислил именно тех, кто лично получал от Сарта приказы препятствовать выполнению задания. Он даже выловил наемного убийцу, который должен был сегодня пристрелить из арбалета выходящего ксари.
Дерри не слушал, он стоял в стороне и лениво обсуждал с Хайком последние новости. Страха не было, все самое неприятное позади, Сарт напуган, а значит, уже проиграл. Он не готов к бою, не предусмотрел такого стечения обстоятельств, а это ошибка. За последние годы он слишком расслабился и поверил в собственную неуязвимость. Забыл, что власть в синдикате — это прежде всего право сильнейшего. А сильнейшим Сарт не был по объективным причинам. Слишком много алкоголя и наркотиков, слишком мало тренировок. Когда-то он был умелым воином и, победив на поединке-вызове, занял свое место по праву, но это было давно. Он решил, что дальше умение драться не нужно, достаточно качественно плести вокруг себя кокон интриг. Сейчас это его и подвело.
Король преступного мира уверенно держал меч, быстро двигался, но разучился убивать своими руками, танец с мечом — это спорт, а поединок — убийство. Расправиться с Сартом не составило труда. Несколько красивых движений, чтобы не разочаровывать публику, обмен ударами и молниеносный выпад.
Дерри поднял глаза на толпу и демонстративно сорвал с поверженного противника обруч. Вырванная из мочки уха окровавленная серьга была зажата в руке. Ритуал соблюден до последних мелочей, вряд ли кто посмеет придраться. Все законно. Пришел более сильный.
— Король, — тихо пошептали в зале. — Король! — Гул голосов стал громче.
— Да здравствует новый король! — Крик Адольфа подхватила толпа. — Да здравствует новый король!
Мелькнувшие лезвия кинжалов не заметил и Дерри.
— Держись. — Голос Хайка вывел из оцепенения, но Лайтнинг все равно не успел бы среагировать.
Тролль отшвырнул ксари на пол, прикрывая своим телом. Дерри упал неудачно, ударившись лицом о каменный пол — это Хайк не рассчитал силу удара. Бок обожгла боль, похоже, наемник зря старался — нож все же угодил в Дерри. «Только бы не отравленный», — раздраженно подумал Лайтнинг, пытаясь выползти из-под невероятно тяжелого тела тролля.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Эй, Хайк, давай слезай! — толкнул ксари друга.
Тело Хайка послушно съехало в сторону, и Дерри уставился в остекленевшие глаза. Рядом в ту же секунду появились Адольф и Ранион.
— Каркалы! — воскликнул болотный тролль, поняв, что к чему. — Поймать его, поймать того, кто пытался убить короля! Быстро поймать.
— Хайк! — Дерри осторожно приподнялся и обнаружил, что у наемника в спине торчит еще один нож.
— Этот гад действовал наверняка, — зашипел Ранион. — Все рассчитал. Подозревал ведь, что от первого ножа ты, может, и успеешь увернуться, а вот второй тебя настигнет. Хайк хорошо сделал свою работу. Долг телохранителя выполнен.
Последняя фраза была официальной, и Дерри сморщился: неприятно осознавать, что кто-то отдал за тебя свою жизнь. Еще неприятнее потому, что это была работа. Долг, который был для тролля превыше всего.
— Найти предателя! — рыкнул Дерри, поднимаясь на ноги и зажимая на боку окровавленную рубашку. — И кто-нибудь принесите мне чистую одежду по размеру! Не ходить же мне в крови. Адольф, за мной! Эй, вы двое, отнесите тело Хайка в погребальный зал и готовьте церемонию прощания. Хоронить его будем через три дня со всеми почестями, которые положены герою.
Едва только за Адольфом закрылась дверь кабинета, ранее принадлежащего Сарту, Лайтнинг тут же устало опустился в кресло. Говорить не хотелось, слишком было тяжело. Поступок Хайка не давал покоя. С одной стороны, наемник спас ему жизнь, а с другой… Дерри не мог простить троллю то, что не будет возможности вернуть долг.
— Возьми, ты заслужил этот пост. — Дерри протянул болотному троллю обруч. Все как положено, Адольф выполнил свою часть сделки и теперь по праву станет новым королем.
— А серьгу? — ревниво поинтересовался бывший наставник, водружая один из символов власти себе на голову.
— Серьгу не дам, — уперся Лайтнинг, обшаривая кабинет Сарта в поисках иглы, которой можно проколоть ухо. — Она мне нравится, а если серьезно, это мой гарант безопасности. Я снимаю с себя все полномочия и готов объявить об этом прямо сейчас, но серьга будет напоминанием для всех вас, кто я на самом деле, чтобы ни ты, ни кто-либо другой об этом не забыли. Я не буду вмешиваться в дела синдиката, если хочешь, мы потом с тобой даже бумагу можем написать соответствующую, но серьга останется у меня.
— Гад ты однако, Дерри, — не смог сдержать усмешку Адольф и самолично достал иглу из неприметного ларца на полке. — Гад, и не можешь обойтись без подставы.
— Да, я такой, — довольно согласился ксари. Он знал: Адольф прекрасно понимает, что Дерри никогда не посягнет на синдикат. Графу Андеранскому это ни к чему.
Странно, казалось бы, прошло совсем немного времени с того момента, как Дерри ушел на встречу с Сартом, а уже вечереет. Никто не потрудился зажечь в коридорах дома светильники — так часто бывает сирланским вечером. Еще пять минут назад светило солнце, и вот вдруг совершенно неожиданно стемнело. Шторы на окнах раздвинуты, свежий ветерок проникает в распахнутые ставни и колышет тонкую ткань занавесок. Блеклое от слепящего солнца небо посерело с наступлением сумерек. Светло-розовый размытый солнечный диск замер у самого горизонта, словно закутанный в полупрозрачный шифон.
Почему-то очень пустынно в доме. Слуги словно попрятались по углам, впрочем, это и неудивительно, последнее время Адольф был не в лучшем расположении духа. А когда он в таком настроении, на глаза ему лучше не попадаться. Вот персонал и старается быть по возможности незаметным. Стикур вероятнее всего с Олей. Не в том он состоянии, чтобы разгуливать по коридорам дома. Слава богам, что остался жив. Лайтнинг надеялся, что герцог поправится, хотя речь шла не только о физическом здоровье. Дерри давно сам прошел через что-то похожее. Трудно бывает потом вернуться к нормальному существованию. Главное, чтобы друг не наделал глупостей, впрочем… рядом Оля, она не даст и поддержит. Дерри в похожей ситуации был один — это куда страшнее. Нерешительно замерев у двери в комнату Стика, парень задумался и двинулся дальше по коридору, герцога он еще успеет навестить потом. Когда закончит самое важное на сегодня дело. К тому же Ранион уже где-то здесь, он обещал заскочить к герцогу и сообщить последние новости. Так что друг, скорее всего, уже в курсе, что все хорошо закончилось. Ну или почти хорошо.
