— Но он мог проснуться… Сегодня дым сильнее был, я точно видел!
— Вы как хотите, а я продолжаю жрать — и никакое бедствие не заставит меня прерваться.
— База надежная, и даже если это вулкан, ей ничего…
В этот момент пронзительный и оглушительно громкий сигнал тревоги ворвался в столовую из-под потолка, где висели динамики. Люди вздрогнули от неожиданности, заозирались, стали переглядываться с соседями по столам. Тот колонист, который предположил, что во всем виноват вулкан, бросился к окну, следом за ним побежали другие. И еще до того как усиленный громкой связью голос объявил: «Тревога! Извержение вулкана! Срочная эвакуация!» — со стороны окна раздался возглас:
— Вот это картина! Вы только посмотрите!..
А посмотреть действительно было на что: черно-серые клубы дыма гигантскими грибами вырастали над жерлом вулкана, ослепительно-алая лава, толчками выплескиваясь из кратера, текла вниз, постройки и ограда базы дрожали, словно в эпилептическом припадке, и на все вокруг оседали килограммы сажи. Мир из красно-малинового мгновенно сделался розовато-серым, грязным. Такую картину рисовал для колонистов вулкан, «бездействующий уже долгое время», — только сейчас он, похоже, намеревался сравнять базу с землей, и человеческие жизни были для него не более ценны, чем мертвые камни и песок планеты, которые он яростно заливал своей кипящей лавой.
Космонавты быстро, но организованно потянулись к выходу — все уже привыкли к чрезвычайным ситуациям на этой непредсказуемой планете и научились вести себя спокойно в форс-мажорных обстоятельствах.
— Ну и условия здесь! — говорили они на ходу. — Просто дьявольские! Надо было все-таки начинать со второй планеты.
— И барахтались бы там сейчас в снегу!
— А по мне, так не стоило вообще лететь в эту систему! Сколько времени потратили, и все ради того, чтобы понять, — обе планеты для заселения непригодны, — последняя фраза принадлежала Михаилу, и обращался он к Арнольду.
Тот в ответ лишь пожал плечами.
Когда затряслись стены с потолком и вздыбился пол, Арнольд находился уже у самого выхода. Удивляясь собственному хладнокровию, он пропустил вперед толстяка-вулканолога, расталкивавшего остальных исследователей и, видимо, полагавшего, что ему одному надо как можно быстрее покинуть здание. Однако каким бы спокойным ни выглядел Арнольд, полностью справиться с чувством опасности ему не удалось: разгоряченная кровь пульсировала во всем теле, а странная смесь радости и страха гнала его по коридорам базы и дальше — на улицу, по бетонной дорожке к дверям готовящейся взлететь спасательной шлюпки. Сколько раз ему уже приходилось рисковать жизнью! Хотя стоило признать, что еще никогда он не был так близок к гибели. Арнольд понял это только сейчас, когда смотрел на закрывающуюся дверь люка и постепенно уменьшающийся ландшафт за бортом.
Шлюпка взлетала.
Внизу оставалась база, на возведение которой были потрачены немалые средства и которая в этот миг разваливалась на части от идущих из-под земли ударов. Севший в шлюпку последним Эжен, не говоря ни слова, наблюдал в окно за тем, как обрушивается здание. На его постройку ушли самые прочные материалы, но даже они не смогли сдержать натиск столь разрушительного землетрясения. Некоторые сектора базы уже сложились, словно части игрушечного домика под лапой огромного чудовища.
Арнольд смотрел на происходящее с чувством не осознаваемого до конца ужаса, а мысли в его голове сменяли одна другую: «Хорошо, что я успел выбраться… Но не остался ли там кто-нибудь еще?.. После землетрясения наверняка организуют спасательную экспедицию… И все-таки мне повезло — второй раз за сегодняшний день… Я успел выбраться!.. Но не ждет ли такая же судьба вторую базу?.. Она, правда, дальше от вулкана, и все же… Кто знает, какой фокус и где выкинет планета в следующий раз…» — Арнольд не заметил, как стал рассуждать вслух, и понял это, только когда Эжен ответил ему:
— Да уж, непростое местечко мы выбрали для освоения…
Арнольд смотрел в окно, на яркие краски, спрятавшиеся за темно-пепельной занавесью, на красную реку, текущую среди розовых скал, на беснующийся вулкан на горизонте…
— А ведь красиво!.. — вырвалось у него.
Эжен ничего не ответил — как и его сосед, он рассматривал представшую их взорам величественную и страшную картину. На секунду Арнольду показалось, что толчки немного стихли и вулкан уже не брызжет лавой, как безумный старик — слюной. Но, быть может, он принимал желаемое за действительное? Или стихия в самом деле подуспокоилась?
— И не говори, красота… — вдруг саркастически отозвался Эжен. — Эта красота нас чуть не угробила, чтоб ей пусто было! Миллионы, выделенные на строительство, коту под хвост! И неизвестно, сколько наших ранено или погибло! Проклятущий космический шарик! — начальник экспедиции плохо умел ругаться, но, когда делал это, придумывал очень интересные и даже странные метафоры, в которые вкладывал все кипевшие внутри него эмоции. Произносил он эти фразы с особым чувством, как титулованный театральный актер.
Вулкан исторг из себя новую порцию лавы, которая окружила остатки разрушенной базы со всех сторон. Новый подземный толчок, гораздо сильнее предыдущих, обрушил последнюю из стоявших стен.
Арнольд отвернулся от окна и пустым взором уставился на свои ботинки. Природа продолжала бесноваться, а маленькая шлюпка летела прочь от эпицентра бедствий, туда, где людям не будут угрожать ни извержения, ни землетрясения. Возможно…
Вторую базу построили позже, чем первую. Ее конструкция была более надежной, рядом с ней не располагались вулканы — ни потухшие, ни активные, — а главное, в ней имелись так называемые «места для гостей». На тот случай, если базе придется разместить в себе больше людей, чем планировалось, были построены дополнительные жилые сектора, и, как выяснилось теперь, это оказалось очень хорошей идеей.
В одном из таких секторов и расположился Арнольд. После приземления шлюпки он почти ничем не занимался, до позднего вечера, когда уже пора было ложиться спать. Естественно, за такой короткий промежуток времени начальство не успело распределить задания между прибывшими с базы № 1 — это отложили на утро.
Кошмары, которых стоило ожидать после всего пережитого, Арнольду не снились, зато вместо них он всю ночь перебирал во сне вещи, оставленные на покинутой базе. И тот факт, что вещи эти уже не вернуть, очень его печалил. Проснулся Арнольд в странном расположении духа — то ли давали о себе знать отголоски испытанных волнений, то ли он банально не выспался, хотя и чувствовал себя вполне бодрым.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
