закрыв глаза и собираясь с силами. — Нет сомнениям!
Копью осталось преодолеть с десяток сантиметров, и оно вонзится в меня, мою плоть обжигал ужасающий холод, но я совершенно спокойно призвал к стихии.
— Огонь! — и я вспыхнул так, словно был воплощением стихии, природным источником. Моя рука схватило копье, чье острие лишь оцарапало кожу.
Холод просуществовал лишь мгновение, а затем все вокруг вспыхнуло заревом, я горел, моя душа пылала, хоть я и был спокоен. Сира исказилась, словно я видел ее через кривое стекло, холод и жар, лед и пламя коснулись друг друга, а затем наступила тьма.
Открыв глаза, я увидел лежащую на льду Сиру в трех сотнях шагов от меня. Нас разделяла дымящаяся полынья, в которой кипела вода. Я что было сил на всех конечностях понесся к Сире, перепрыгивая полынью. Мы произвели взрыв, обломки копья валялись повсюду, я должен успеть, чтобы победить.
— Главное, чтобы осталась жива, — молил я в мыслях, но я сильно ошибся насчет Сиры. Когда я приблизился, она пропала с моих глаз и появилась уже надо мной.
— Тварь! — крик Сиры достиг меня, как и её пятка моего виска, одновременно.
Удар был силен, но она допустила ошибку, не знаю уж, осознано или нет. Она приблизилась ко мне. В моей голове лишь слегка пошла муть, а руки уже делали свое дело.
— Хватит, — прорычал я, заключив в объятие абсолютный холод, и начал греть себя, выдыхая пламя прямо на Сиру. — Или мы оба умрем.
Холод, что пытался вырваться из моих объятий, был ужасающим, но мне нужно было понять, хотя бы почувствовать. Мои руки начали леденеть, я чувствовал, как кожа покрывается ледяной коркой, надежно сковывая Сиру в моих объятиях, в то же время у моей груди было жарко, цепь на груди нагрелась до красна, а из моего рта шло пламя. Ну, давай же, Сира, я не верю что ты сможешь убить меня. Если ты, конечно, моя сира, та, которую я знал.
— Не хочу, — донеслось из моих объятий и холод начал понемногу уходить.
— И я не хочу. Ты звала меня, кроха, — тихо прошептал я, смотря, как кипит вода в полынье и подо мной. Не утонуть бы…
— Звала, но ты поздно, он нас не отпустит, — прошептала Сира. — Уходи, пока…
— Нет.
— Ух, — выдохнула устало Сира и обняла меня, дыхнув холодом в мою цепь.
Десятки тысяч людей с оружием молчаливо стояли на противоположном берегу. Часть людей опасливо смотрели из-за ворот, и не мудрено, несколько деревьев на берегу повалились наземь от взрыва, что мы образовали. Мое кимоно держалось лишь на поясе, верх полностью сгорел, а ноги почти по колено вмерзли в лед, а я, кажется, улыбался, чувствуя сердцебиение Сиры. Люди боялись ступить на лед, они ходили у берега и шептались между собой.
— Ры-ы-ык, — тихо, игриво и со смехом проговорила Сира.
— Да?
— Я тебя держу. Ты под собой весь лед проплавил, я думала утопить тебя, но… — умолкла на мгновение девушка. — Подмораживать лед под твоими ногами, чтобы ты не проплавил лед насквозь, мне уже надоело.
— Понял, — проговорил я и разжал объятия, от чего Сира упала на колени передо мной.
— Ух-х-х-х-х, — выдохнула многотысячная толпа на берегу, они подумали, что я отпустил труп.
— Сира, ты чего?
— Неси мою шубу, попробуем уйти, но все надо сделать в точности согласно преданиям, как забирают воительниц Кхарга, — проговорила девушка, склонив голову. — Твои Дарги не сожрут нас?
— Ты про волков? — усмехнулся я, вырывая изо льда озябшие ноги, и попросил стихию огня согреть меня. — Белая волчица меня погрызла слегка и выплюнула.
— Дарги дакорост дважды жрать не будут, хм, — пробурчала Сира. — Иди за шубой, мне уже холодно!
— Слушаюсь и подчиняюсь.
— Убью!
— У тебя уже был шанс.
Белая песцовая шуба валялась за огромной полыньей, от которой шел пар, и я перепрыгнул ее, не тратя время на то, чтобы обойти. Шуба была уже в моих руках, как позади меня зазвучал громкий голос Сиры.
— Я ухожу. Он мой. Я его, — прокричала Сира. — Он пришел за своим, я ухожу со своим.
Толпа молчала, тысячи воинов смотрели на меня и на озеро, а я чувствовал, как под толстым льдом проплывало что-то огромное, прямо подо мной. Метровой толщины лед трещал, но пока я обходил огромную полынью ничего не произошло. Но что-то огромное явно следило за мной, кажется, я даже видел, как в остывшей полынье мелькнул огромный глаз.
— Кидай на снег шубу, — прошептала Сира. — Дух озера сказал свое слово, он отпускает меня.
— Это ваш бог? — спросил я, смотря, как Сира ложится на шубу, протягивая ко мне руку.
— Цепь дай, с ножом, — прошептала Сира, смотря, как вдали слегка вздулся лед. — Это дух озера, не бог. В детстве я кормила его жертвами, которых заманивала на тонкий лед. Тащи меня с озера, пока дух не передумал!
Я перекинул цепь через плечо и потащил Сиру, свернутую в калач на белой шубе. Я нервничал, позади меня недовольно шумели тысячи людей, а подо льдом кто-то бесновался, очень огромный. И, по словам северной красавицы, этот дух озера не брезговал человечиной. Но все вопросы потом, сейчас я шел вперед, туда, где меня ждали волки, и уже понемногу замерзал, из-за чего пришлось постоянно призывать огонь, чтобы согреться. И вот лед под ногами закончился, а позади меня облегченно вздохнула Сира.
— Куда идем? — спросил я.
— На твой корабль, куда же еще.
— У меня нет корабля.
— Но как-то же ты тогда сюда добрался.
— Меня за парумгновений переместил наставник, на расстояние, для которого нужны месяцы пути на корабле.
— Он с тобой, этот наставник? — взволнованно проговорила Сира.
— Нет, я один, — тихо проговорил я. — Это был путь в один конец.
Позади меня послышались торопливые шаги, и женские руки обняли меня сзади. Я медленно повернулся, на меня смотрели блестящие глаза Сиры.
— Но почему ты медлил? — прошептала красавица.
— Твой брат доставил послание сегодня, больше времени у меня не было.
— Наклонись, — прошептала Сира, и я последовал ее воле. — Спасибо тебе, мой герой.
Сладкий поцелуй охватил всего меня, и я прикрыл глаза, как вдруг содрогнулась земля под ногами, а вдали послышались раскаты грома.
— Она Моя! — послышался громоподобный голос с вершины горы, и я увидел, как вниз с гор сорвалась огромная лавина, уничтожая все на своем пути. Лавина приобрела черты оскаленного в гневе лица человека и накрыла собой город вместе со всеми людьми. Мы с Сирой что есть сил побежали от лавины, но все было тщетно, от буйства стихии
