сам император, но я отказал. Для меня они не инструмент. Не для того я их спасал и воспитывал, чтобы они стали убийцами…
— Я могу попробовать, но ничего не обещаю, — тихо прошептал я. — И не потому, что ты меня шантажируешь!
— Какой шантаж! Да за кого ты меня принимаешь⁈ — зло воскликнул наставник и вскочил с камня, а затем улыбнулся. — Да, шантаж, а ты как думал? Я всегда получаю то, что хочу. Ну что, идет? Попытаешься?
— Да, — ответил я.
— Ну а теперь скрепим этот договор кровью, — усмехнулся наставник, протянув руку к моему ножу за поясом.
Конец главы.
Глава 23
Часть первая
В темной пещере гипнотизирующе шелестел голос наставника, читающего заклятия управления на сложном, совершенно незнакомом мне языке. И вот стены пещеры начали дышать, наполняясь энергией, свет сперва тускло, а затем все ярче и ярче начал исходить из высеченных, словно иголкой в камне, символов, которыми была испещрена вся пещера на километры площади. Пространство на тысячи шагов начало сиять, изгоняя тьму. Я прикрыл глаза, так как начал уже слепнуть от яркого света. Конечно, я пытался запомнить символы, которые увидел, и осталось их расшифровать, но что-то подсказывало, что у меня нет и единого шанса. То, что казалось трещиной в камне пещеры, внезапно становилось сияющим символом. На стенах пещеры были видны и точки с тире и даже то, что называют микросхемами, но все это было сделано из простого камня, которым мостят улицы.
Очень хотелось скопировать эти технологии, но тут была проблема, в этих схемах я ничего не понимал даже с разблокированной памятью. А тень со мной точно делиться не будет, а ведь так хочется иметь карманный… ну ладно, просто свой телепорт.
Но я всё же смог понять, что происходит, огромное количество энергии собралось в зале, а Тень принял управление всем этим на себя, хотя, возможно, и в этом я заблуждаюсь.
— Ты готов? — донесся до меня голос наставника.
— Да, — ответил я с закрытыми глазами, и почувствовал, как мой разум покидает эти места.
Кому-то приятней шелковая простыня и теплота одеяла, я же сейчас наслаждался холодом, что окутал мое тело, а мозг слегка покалывало от насыщенного кислородом воздуха, который я вдохнул. Разум постепенно приходил в себя, тело же словно остановилось в момент переноса, не билось сердце, и кровь замерла на мгновение. Единая система всего организма просыпалась, в шоке от того, что его, оказывается, можно вот так просто взять и остановить, ведь жизнь в теле останавливается лишь со смертью, и то не так мгновенно, а постепенно отключаясь, по очереди. Мгновенной смерти не бывает.
— Я перенесся, — пронеслась первая мысль, и я с опаской приоткрыл глаза. Холод напирал на меня, пытаясь пронзить кожу, и потому я воскликнул в своем разуме, призывая урчащую, сбрасывающую сонливость стихию. — Огонь!
Царство снега и холода простиралось всюду, куда бы я ни кинул взгляд. От меня валил пар, все же перенестись в одном лишь кимоно в царство снегов было плохой идеей, но я точно помню, как Тень сказал, что здесь сейчас лето. Но у меня была и иная проблема, я не мог дышать, мои легкие сковало.
— Гра-а-а-а-а-а! — я взорвал воздух криком, выдыхая, а затем с болью, судорожно вдыхая и чувствуя, как в моей груди пылает огонь. Облачко пара из легких окутало меня, а вдали послышался волчий вой.
Огромная заснеженная гора передо мной и еле видимый черный столб дыма сбоку, в предгорье, в мгновение стали моим ориентиром, и я сделал первый шаг вперед. Волчий же вой становился все ближе.
— Надо спешить, — тихо пробормотал я, видя, как с неба начали падать хлопья белого снега. Вдали уже на меня шла белая мгла, и в ней я видел очертание огромного волка, чей вой разрывал тишину.
Я сорвался с места с немыслимой для человека скоростью. Мне нужно было пройти предгорья по колено, а то и по пояс в снегу под взглядом огромных хищников, чей вой возвещал о начале охоты. Они собирались в стаю, чтобы взять добычу, которая будет им не по зубам.
— Вперед! — сжал я зубы и понесся вперед, а вокруг меня уже разразилась метель и плясали серые тени, кружащиеся в смертельном танце. Я несся вперед словно безумный, практически ничего не видя перед собой из-за снегопада, а серые не отставали и не выдыхались, глубокий снег им не помеха.
Волки не создания башни, они опаснее, тем более такие огромные. Волки всю жизнь убивают, они рождены убивать и зачастую убивают добычу, что сильнее и опаснее них самих, и потому-то им нужна стая. Стая, которая действует словно единый организм, и сейчас метель им помогала, я же не чувствовал их, поскольку они шли по снегу, не касаясь земли. А вода меня никогда не любила, она моя противоположность, и сейчас, находясь в снегу, я чувствовал, как начинаю слабеть, особенно когда снег таял на теле и мое кимоно намокало. Холод также не любил мою стихию огня, он был ему врагом, и это ослабляло меня, сегодня подобный холод я испытывал впервые.
Несясь в сердце метели, вздымая снег выше себя словно поезд, от которого шли облака пара, я снес несколько стоящих на моем пути деревьев. И вот мелькнула серая тень передо мной, перед самым моим носом, заставив меня остановиться лишь на миг.
Я почувствовал жаркое дыхание слева.
Я обернулся и ударил туда, где мгновение назад была пустота, но сейчас на меня неслась оскаленная волчья пасть. Кулак полетел в голову волка размером с лошадь, и через мгновение откинутая моим ударом туша издала визг, а меня сзади начали сбивать с ног.
Переворот, несколько ударов не глядя, и вот я уже обхватил шерстяную шею и кувыркаюсь в снегу. Удары моих кулаков оглушили зверя, но этого недостаточно, и вот я отпрыгнул от хищника и вытащил ножи. Волк был не один, нет времени рвать пасть зверю, если промедлю, разорвут здесь только меня.
— Я готов убивать, — пронеслась мысль в голове, и я решительно посмотрел на своего противника.
Огромный волк, чья морда была на уровне моей головы, смотрел на меня ледяными глазами и облизывал свою окровавленную пасть, все же слегка он меня задел. Волки не рычат, не лают, они убивают беззвучно.
— Из леса выйдут не все, — выдохнул я пар и встал в боевую стойку, выставив ножи перед собой.
А вокруг меня, скрываемая метелью, собиралась вся стая. Серый волк будто усмехнулся мне
