По коридору я прошла до шкафа, стоявшего поперек, и если бы не черепашья скорость, то вряд ли заметила справа небольшую низкую дверь. Ручка поддалась легко, я почти вывалилась на улицу. В лицо пахнуло холодом. Белизна бесконечного пространства резанула по глазам. Еще долго стояла щурясь на свет. Пока ко мне не стал приближаться темный силуэт.
— Марго, разве можно так выскакивать, — проворчал Клесс, запихивая меня обратно в дом.
У него и голос есть. Вот повезло, так повезло.
— Идем к Эйлиз, — продолжил он подталкивать меня под спину.
Мы собрались в комнате.
— Ну с чего начать? — спросил Клесс.
— С начала, — мысленно рыкнула я.
— Хорошо, — вслух согласился он, но опомнился и оглянулся на меня. — Когда Эйлиз привела нас туда, инквизитор завершил обряд и забрал у тебя столько энергии, сколько в него и накопители вообще влезло. Адмирала я таким еще не видел. Видимо, полная боевая трансформация. В торжественном жертвоприношении инквизитора мне поучаствовать не дали. Поэтому взял на себя плетения. Но много там не понятного было, поэтому все, что я смог в такое короткое время — это лишь перенастроить оба плетения, чтобы энергия с накопителей поступила обратно к тебе. Процесс пошел, но через несколько секунд все, что возвращалось в тело, вытекало светом через раны. Тело в чистом виде ту энергию не могло принимать и началось отторжение. Появились повреждения. Когда я это заметил, то позвал Лаиентра.
Тут он немного виновато посмотрел сначала на Эйлиз, потом на меня.
— И?! — выжидательно потянула я, по-прежнему лишь в мыслях.
— Я бы в жизни не подумал, что тот прокопченный кусок мяса, что остался от этого инквизитора, еще что-то может. В общем, Лан подошел разбираться с плетениями. Выяснилось, что из тебя изъяли энергию, не преобразованную телом, но которая была ему необходима для жизни. Лечить тебя как обычного вампира тоже не получилось. Поэтому пришлось экстренно менять вас телами. Проводником выступал Доскол, поглотивший И-ис. Весь процесс прошел идеально. После мы успели немного подлечить тело Эйлиз и перенастроить отток энергии от накопителей к тебе. Но закончить помешал оживший инквизитор, который активировал какую-то дрянь. Все заволокло зеленым дымом, а когда он рассеялся, то вампир был будто плохо пережеванный, хотя и в сознании. Когда ты начала переливать через Доскол энергию, мы начертили пентаграмму перехода. Лаиентр переместился уже в бессознательном состоянии и его сразу оплел Доскол. Вас всех я растащил по кроватям.
— А что с выходом отсюда? — сипло, но уже вслух спросила я.
— Пока ничего. Я выходил, но каждый раз будто хожу по кругу. Здесь определенно кто-то бывает, потому что в столовой есть запасы сухарей и молока в камере с льдом. Оно не замерзло, но не испортилось.
— Не показатель — с таким же хриплым свистом присоединилась Эйлиз. — Мало ли какие тут временные аномалии.
— А что с Ланом? — спросила я.
— Я не знаю, Доскол тоже ничего толком сказать не может. У него еще проблемы с усвоением этого артефакта. Он сейчас не особо разговорчивый. Ясно одно, выпускать Лаиентра из этой паутины опасно, — пояснил Клесс.
— Не опасно, а убийственно, — поправила его Эйлиз. — Это практически как обезумевший от голода человек, только с силами бешенного зверя. Потребность тела в регенерации выше, чем любая разумная деятельность.
— Почему же тогда в лесу он никого не убил? — поинтересовалась я.
— Потому что мы провели обряд, отдали ему большую часть собственных резервов. Для заживления той раны собственных сил организма хватило, — ответила Эйлиз. — А тут нет ничего и никого кроме полудохлых нас.
— Так что пока предлагаю вам перекусить, — Клесс успел быстро сбегать за молоком и сухарями.
Я ушла к Лану. Сидела рядом долго. Доскол тоже молчал. Лаиентр по-прежнему не подавал никаких признаков жизни. Перед глазами проносилось совсем недавнее прошлое, с самого момента исчезновения из собственной ванной. Времени прошло немного, хотя со счета я сбилась. По ощущениям все сливалось почти в один бесконечный день. Событий хватило бы на целую жизнь. Возможно, она тут и закончится… Растворившись в собственных воспоминаниях, я не заметила как задремала. Во сне тоже были кусочки прошлого, только странно избирательно. Кажется, я проснулась и передо мной сидела на корточках женщина. Тут я обратила внимание, что ее тело просвечивает. Она наклонила голову на бок и заглянула мне в лицо, потом раздалось легкое шипение, словно кто-то настраивал радиоприемник. Мне показалось, что женщина что-то говорит. Я подалась вперед.
— … попали сюда? — послышалось мне.
— Неудачная телепортация, — ответила я без особой надежды быть услышанной.
Женщина кивнула и исчезла. В этот же момент я поняла, что глаза мои открыты и, кажется, я не спала.
— Доскол? — мысленно позвала я. — Ты это видел?
— Ага, будто пространство истончилось, — откликнулся он. — Я тебе покажу какими плетениями мы пользовались, когда попали сюда. Думаю, тебе нужно контрастно изобразить всю эту информацию, чтобы передать ее той стороне. Если конечно она захочет и сможет нам помочь.
— Хорошо, — отозвалась я. — Ты сам как?
— Даже не знаю. Странные ощущения. Как если бы человеку вырастить третью руку — вроде бы и ловчее должно быть, а непривычно и мешает.
— Сравнил, — усмехнулась я.
— С вампиром все без изменений, — опередил он мой вопрос. — Странно вообще, что он жив. Посмертное заклятье тогда сильно потрепало его. Биологически инквизитор на тот момент уже был мертв и представлял собой некую форму не мертвых. А что получилось передать Лаиентру часть энергии от тебя это вообще большое чудо. Трудно против воли накачать высшего вампира своей энергией. Скорее всего, такую возможность дало твое временное пребывание в теле Эйлиз.
— Понятно, — я вышла за Клессом.
Чуть позже мы набросали чертежи плетений на стене и приготовились объяснять все свои действия. После дружно сидели возле Лана с Досколом в ожидании чуда. Женщина появилась снова. Разглядела чертежи, перерисовала их в блокнот и исчезла.
Тут длился нескончаемый день и единственное, что спасало это наличие внутренних ставней. Мы с Клессом неоднократно обошли заснеженную бесконечность, но каждый раз, дойдя до невидимой границы, оказывались возле крыльца. Я быстро охладела к этому занятию в прямом и переносном смысле — навьюченное одеяло мало спасало от холода.
Прошла уйма времени, прежде чем женщина появилась вновь. На этот раз переговоры вел Клесс. Она согласилась помочь нам выбраться. Каттис схватывал налету. Довольно резво начертил контур перехода (как мне пояснил Доскол). Активировать его с этой стороны предстояло Эйлиз сразу после нашей спасительницы. Точкой перехода была комната, в которой лежал Лан. Сам чертеж располагался в коридоре и в комнате, пересекая несуществующий порог комнаты. Полупрозрачный силуэт кивнул и исчез.
