возможности.
— В ближайший свободный от игр день займемся тобой, — выдал он зловещее предсказание.
— Спасибо, тренер Ло, — поблагодарил я ни за что.
— Возвращаемся в номер, — велел он мне и пошел вперед. — Подпишем бумаги.
Автоматизация бюрократической фигни вокруг меня вызывает уважение — о том, что все в порядке, мне уже успели написать и бабушка, и юрист, которым тренер Ло «за кадром» пересылал бумаги о моем зачислении в Китайскую Ассоциацию большого тенниса.
Освежившись в душе, я переоделся в футболку и шорты и пришел в оккупированную тренером гостиную. Пиджак и брюки мужик успел заменить на спортивный костюм марки «Найк». Нет бы что-то патриотичное выбрать!
— Значит так, эти пятнадцать листов — твой договор с Китайской ассоциацией Большого тенниса. В числе прочего, ассоциация будет оплачивать тебе проживание, поездки, медицинское обслуживание, страховку, юридическую помощь…
— У нас… — попытался я влезть.
— Свой юрист, знаю — ему Ассоциация платить и будет, — отмахнулся тренер. — Так же ассоциация берет на себя часть расходов на твое образование и обеспечивает талонами на питание в университетских столовых.
— А стипендия? — спросил я.
— А стипендию в пять тысяч юаней тебе так и будет выплачивать государство. К ним добавляются две тысячи от университета — за то, что ты будешь защищать его честь на соревнованиях.
Как-то дешево свою «честь» Цинхуа оценивает. Перевернув пару страничек, тренер Ло продолжил:
— Теперь твои призовые. Ты будешь получать 40%. Из них десять идет мне, в качестве дополнительной мотивации.
На мою шею посадили паразита! Огромного, сжирающего 70% призовых! А 70 ли?
— Налоги — за мой счет?
— Конечно.
Совсем охренели!
— То есть когда я выиграю например десять миллионов, то шесть заберет ассоциация, четыреста тысяч — вы, а мне останутся три миллиона шестьсот тысяч, из которых я буду должен заплатить налоги?
— Мне нравится твое «когда», — хохотнул тренер.
Будем считать это ответом.
— Извините, в туалет очень надо, — поерзав, я свалил в ванную и написал юристу о том, какой нехороший контракт мне предлагают. Вдруг хитрый тренер Ло подсунул мне не тот шаблон, который показывал бабушке и юристу?
— «Это — лучшие из условий, которые только возможны, когда имеешь дело с Ассоциацией. Мы выбили тебе полные доходы с рекламы и соцсетей, обычно они просят процент и с них», — пришел мне неутешительный ответ.
Долбанный коммунизм! Вот тебе, мальчик, талоны на питание и общага, а ты нам 80% того, что заработал своим трудом! В целях конспирации спустив воду, я помыл руки и вернулся в гостиную:
— Извините.
— Ничего, — ответил тренер. — Нормальное пищеварение и регулярные дефекации — важнейшие вещи для спортсмена. На чем мы остановились?
— На налогах, — напомнил я.
— Значит мы закончили, — пожал он плечами. — Держи, прочитай сам и подпиши.
Тренер Ло ни на грамм не соврал — все так в контракте и было. Да и зачем ему врать? Десять процентов моих призовых — поначалу небольших, но все равно — и без всякой «мошны» станут приятной прибавкой к немалой зарплате. «Личная мотивация», блин. А о моей мотивации вы подумали⁈ Перемещения и проживание они оплатят, ага! Знаю я вас — путешествовать придется самыми дешевыми маршрутами (это когда вместо двухчасового полета летишь двадцать два и еще тридцать тусуешься в аэропорту в ожидании пересадки), а жить определят в какой-нибудь наполненный клопами и тараканами хостел, пока уважаемый человек тренер Ло Канг будет занимать положенные по рангу апартаменты.
Усилием воли сменив верещащую «Ограбили!!!» жабу, я подписал обе копии контракта. Вот так в рабство и попадают. Еще и мясо жрать нельзя.
— До сих пор не могу поверить, что ты ни разу не играл до первого своего турнира, — признался тренер, сфотографировав контракт, отправив его кому-то и убрав свою копию в кожаный портфель, с которым, помимо чемодана, к нам и заявился.
— Я и сам был очень удивлен тем, насколько неплохо у меня получилось, тренер Ло, — развел я руками.
— Говоришь, бил палкой по камням? — подозрительно прищурился он.
— Бил, — не стушевался я. — Спорт по моему мнению не до конца честный. Сколько не старайся, превзойти недостаток антропометрических данных не выйдет. Мне повезло.
— Как тренер, я не должен так говорить, но ты прав, — с ненатуральной улыбкой подмигнул мне Ло Канг.
Устанавливает доверительные отношения с подопечным.
— Старания — очень важны, и даже обладая совсем не подходящими природными данными, можно достичь многого. Но на вершине — совсем другие правила, — добавил он. — Тебе повезло, но тебе предстоит долгий путь. ITF, при всем уважении к твоим достижениям, это только первая ступень.
— Я понимаю и не собираюсь расслабляться, тренер Ло, — покивал я. — Могу я попросить вас сфотографироваться со мной для соцсетей?
— Конечно, — впервые за все время улыбнулся мне тренер.
Тщеславие не чуждо. Ничего плохого в этом я не вижу. Мы с Ло Кангом встали у окна с видом на Шанхайскую телебашню. Он сделал каменную, солидную рожу, я — улыбнулся. Чик.
— Отметить вас?
— Конечно.
Так, сначала зафрендить… Готово. Ох и прут «лайки» с комментариями! Поотвечать бы на то и это.
— Могу я заняться своими делами, тренер Ло?
— Помоги мне найти пульт от того монстра в гостиной, и можешь отдохнуть, — разрешил он.
Я проводил его в гостиную, вручил универсальный пункт от всей электроники, что есть в номере и пошел к себе, завалившись с телефоном на кровать. Что ж, «паразит» хотя бы не требует себя развлекать — уже хорошо.
Глава 17
Чжанцзяган — городок по китайским меркам небольшой. Стандартный промышленно-торговый миллионник, живет в основном за счет речного порта, через который проходит трафик зерна и масложировых предприятий. Еще здесь имеются автобусный, сталелитейный и шинный заводы. Словом — ничего примечательного в городе нет, поэтому на экскурсии можно не отвлекаться.
Вертолет высадил нас на крышу высотки, и до корта пришлось добираться на такси. Личжи с нами нет — остался заниматься своими шанхайскими делами и сворачивать кровь управляющему отелем. Лучше бы старший Хуэй поехал с нами, а в Шанхае остался уважаемый спортивный педагог Ло Канг, который уже успел меня задолбать. Напрямую просить его отвалить для меня вредно, поэтому я порчу ему нервы, притворяясь идиотом.
