Иосиф встал, вынул нож и полоснул по пальцу почти не глядя. На его лице в этот момент ясно читались ненависть и отвращение. Нет, он приносил эту жертву не ради Викториана (пусть даже не думает, что эта кровь пролита ради него!). Он приносил эту жертву, чтобы защитить ни в чём не повинных людей, которые про Орден до этого момента даже и не слышали никогда. Викториан открыл глаза и сел на своём ложе. Представитель Ордена преклонил перед ним колено. Викториан выпрямился в полный рост, словно и не замечая всех остальных. Он первым вышел на улицу. Да, этот мир намного, намного лучше того, который он только что покинул. Отдавшись внезапному порыву, Викториан издал боевой клич. Услышав этот голос, из хижин начали выходить остальные его последователи. Теперь, казалось им, уже нет необходимости удерживать островитян силой: они будут рады, что адепты Ордена покидают остров, и не станут мешать им. Что до мстительности, то эти люди выглядели на редкость миролюбиво. Недаром их покровительницей была юная девушка, дарующая жизнь. Увидев Викториана, сподвижники его упали на колени, приветствуя своего повелителя.
– Встаньте, друзья мои, – покровительственно произнёс Викториан. – Сейчас не время. Поспешим к нашим кораблям. Потом мы должны разобраться с пленниками. – Он величественным жестом махнул рукой. – Ведите их. Сегодня мы принесём богатую жертву.
Пленники не стали ждать, когда их силой вытащат из храма. Обменявшись взглядами, они вышли на улицу вслед за Викторианом, где их тут же подхватывали сильные, натренированные руки адептов.
Продвижение отряда сопровождалось торжествующими выкриками и грубым смехом. Пленники шли в центре. На руки Григория и его дочери надели железные браслеты. Немного позже, пытаясь освободиться и бежать с помощью магии, они поняли, что сделано это было неспроста. Остальным просто связали руки верёвками. На самом деле никто не боялся, что они сбегут. Адепты были уверены в себе. Верёвки на руках нужны были для того, чтобы поколебать боевой дух самих пленников. И кроме того, смотреть на связанных так забавно: движения их такие неловкие, плечи сутулятся, даже несмотря на то, что они стараются держать их прямо. Адепты иногда, шутки ради, подталкивали кого-нибудь из них. Время от времени пленники ловили полные вожделения взгляды, направленные на Всемилу, но ни сочувствия, ни уважения, ни жалости не заметили ни у кого. Рассчитывать на то, что кто-то из этих людей, поддавшись чувствам, вдруг решит им помочь, не приходилось. Похоже, каждому из них придётся пройти через то, через что в своё время прошла Маргарита. Интересно, если все они сумеют выжить после этого, кто из них станет главой Ордена? Или у Ордена вдруг появится правление, состоящее из нескольких человек? Григорий, невесело усмехнулся: ишь, куда его занесло! Выжить им не дадут ни в коем случае. И он сам и Всемила – маги, а Викториан не такой простак, чтобы сделать их своими конкурентами, да ещё собственноручно усилить их способности. Вот Иосифу или Петро может быть повезёт. Хотя… Григорий огляделся вокруг. Отряд состоял не только из мужчин, но и из женщин. И все они отличались печатью, оставленной на лицах убеждённостью в своём безусловном превосходстве. Каждый из них считал себя непревзойдённым бойцом и человеком, достойным гораздо большего, чем все остальные смертные. Пленники были для них ценной добычей, но лишь только потому, что принеся их в жертву, можно было ожидать от демонов большего, чем обычно. В чём-то они были правы. Викториан тщательно подбирал свою команду: в случае надобности они могли выдержать нешуточный бой. Григорий нахмурился. Если бы снять браслеты!
Тем временем отряд достиг берега. Начиная операцию, адепты знали, что гостей следовало ждать с воздуха. Если бы тогда гости увидели корабли у берегов острова Хоре, то могли и не приземлиться. Поэтому корабли ожидали в некотором отдалении, а адептам пришлось высадиться на берег в лодках. И вот теперь предстояло переправиться обратно на корабли. Чтобы перевести всех, надо было сделать несколько заходов. Викториан распорядился, чтобы пленники были отправлены со второй партией. Тогда и на кораблях, и на берегу, и по пути будет достаточно людей, чтобы охранять их. Сам он решил тоже отправится со второй партией, только в другой лодке.
Первые лодки отчалили. Те, кому предстояло ждать, постарались устроиться поудобней. Пленники молча сидели на песке. Что они могли сказать друг другу?
Иосиф, воспользовавшись передышкой, пытался связаться со своей женой. Она ответила сразу, но ответ её не утешал. Силена могла помочь им, но только после смерти и только частично, потому что тело, каким оно будет после жертвоприношения, никак не подойдёт для возвращения. Маргарита умеет исправлять повреждения, но удастся ли ей вовремя прибыть в нужное место?
Петро единственный из всех выглядел совершенно спокойным. Казалось, его совсем не беспокоит уготованная им участь. На самом деле внимание его не ослабевало ни на минуту, и он заметил то, чего не увидели даже Иосиф и Всемила, прожившие на острове достаточно долго. Кто-то следовал за отрядом, удачно сливаясь с окружающей местностью. Он почему-то сразу понял, что это друзья, но опасался обратить на них внимание остальных.
Всемила не могла бы точно сказать, испытывает она страх или нет. По рассказам матери она знала, что жертвоприношения в Ордене – вещь серьёзная. Настолько, что самоубийство, даже самое жестокое, куда лучше. И всё же она была слишком молода, чтобы надежда умерла в её сердце. Должно что-то произойти, что спасёт их всех. Не может не произойти. Зло не должно одерживать побед – это слишком несправедливо. Тем более что все, кто её окружают, наделены определёнными силами. Иосиф – искуснейший боец из всех, каких она видела. Силена, жена Иосифа – богиня. Отец – маг. Петро – просто ловкий и умный малый. И его-то уж точно удержать взаперти не удастся. Нет, не могут они погибнуть. А если не погибнут они, то и с ней, конечно, тоже ничего не случится.
Лодки вернулись. Пришла пора и им отправляться в море.
– У нас есть шанс, – прошептал Петро близко наклонившись к Григорию, но так, чтобы никто не заметил, что они о чём-то говорят. – Они будут стрелять, но если нырнуть достаточно глубоко…
Больше он ничего сказать не успел, но Григорий и так услышал всё, что нужно. Когда пришёл их черёд садиться в лодку, он постарался сесть как можно ближе к борту. По счастью, манёвр его не был разгадан. Никто ему не помешал. Он не знал ещё, сумеет ли помочь друзьям, оказавшись на свободе, однако, попытаться стоило.
Лодка отчалила. Дождавшись, чтобы
