и Артура Мейса.
Джона поразило, как легко ему удалось получить ответ на этот вопрос. Внутри него бурлил котёл эмоций. Он хотел высказать всё, что думает о таких методах, о том, что никакие тайны не должны стоить жизни людей. Но прежде, чем эти мысли обрели словесную форму, Санчез предугадала ход разговора.
– Ты сейчас думаешь о том, с какими монстрами связался. Думаешь о том, что должен бежать от братства, как можно дальше. Что ж, именно поэтому такие разговоры мы пытаемся проводить в местах, где нет места для импульсивного бегства. Самолёт на высоте двадцати пяти тысяч футов – просто идеальное место для этого. А теперь серьёзно. Мы не монстры. Нам не доставляет удовольствия убийство людей, и теперь мы стараемся использовать это средство только в самых крайних случаях. Как видишь, даже твоего приятеля Клеменсо мы и пальцем не тронули, хотя он активно действует против нас, – Джон напрягся, ожидая дальнейших пояснений, но их не последовало. – Те времена прошли, мы стараемся прибегать к убийствам только тогда, когда не просто нет иного пути, когда любой иной путь повлечёт за собой большие жертвы.
– И всё равно, что это за тайна, ради которой убивают?
– Тайна, раскрытие которой приведёт к смерти мира таким, каким его знаешь ты. Её раскрытие изменит буквально всё, и ничто не останется прежним.
– Это только слова. Почему я должен этому верить?
– Не должен. Верить ты не должен. Ты же учёный, так и поступай соответственно. Собери факты, проанализируй их и тогда делай выводы.
– Пока что я вижу только факты того, что братство лжёт и убивает, прикрываясь своими целями.
– Знаешь, почему люди приходят в Чёрный отряд? Не потому что им нравится убивать или приносить боль. Таких вообще не берут в братство. Некоторые сразу хотят в него попасть, потому что наивно полагают, что отряд является основной силой в братстве. Таких принимают в отряд, но держат их на периферии. Иногда они осознают истинную суть Чёрного отряда, и тогда их ждёт повышение. Обычно в Чёрный отряд приходят из других цехов. Я раньше была учёным, преподавала гражданское право в университете. Мой муж же был торговцем. В торговцев всегда легко влюбляться. Он часто отправлялся на задания и каждый раз говорил, что оно будет последним. Он обещал осесть, перейти в жрецы и больше времени проводить со мной и детьми. Каждый раз я знала, что этого не будет. Я смирилась с этим и просто ждала его возвращения. Однажды он не вернулся.
Это было достаточно простое задание. На основе одной восточной секты начать создавать тренировочную практику. Грубо говоря, заложить основы для возможной новой йоги. Ничего особенного, никаких глубоких мыслей о превосходстве или этических догмах. Только физические упражнения, которые в будущем можно было развивать и популяризировать. Это должно было послужить и идейным, и материальным целям братства. Только всё пошло не так.
Членом той секты оказался один достаточно умный, честолюбивый и при этом безумный человек. Он решил воспользоваться создаваемыми практиками в собственных интересах и начать создавать собственный культ. Мой муж и работавший с ним брат из Чёрного отряда сообщали о том, что наш план находится в опасности. Им дали указание эвакуироваться, но они не успели. Безумец захватил их. Ему удалось перехватить часть переписки с братством, и он догадался о том, что за моим мужем стоит некая большая организация.
Когда братство направило отряд для их спасения, было уже слишком поздно. Моего мужа и его сопровождающего к тому времени запытали до смерти, но ни один из них так и не раскрыл ни крупицы информации о братстве. Самообъявленного мессию братство изолировало, и он до сих пор коротает время в психиатрической лечебнице. Культ зачах, не без участия братства. Я же решила, что в память о муже должна сделать всё, что в моих силах, чтобы избежать повторения этой истории. Я перешла в Чёрный отряд и теперь занимаюсь тем, что слежу за ходом операций братства, пытаясь предугадать возможные столкновения с похожими психами. Ну и проверяю на благонадёжность братьев, в чьей лояльности возникают сомнения.
Джон некоторое время переваривал услышанное.
– Мне искренне жаль Вашего мужа. И я понимаю, что его жертва должна означать масштаб охраняемой братством тайны, но это выглядит только как одна сторона медали. Я могу попытаться понять убийство, необходимое для спасение других жизней. Но ведь братство убивало и для того, чтобы создавать тайны. Как же быть с ними?
– Всё очень просто. Мы создаём тайны прежде всего не для того, чтобы повеселиться и посмеяться над доверчивыми глупцами. Вовсе не для того, чтобы заработать много денег или добиться власти. Наша первоочередная цель – защита нашей тайны. Если бы мы просто старались её прятать, то рано или поздно это стало бы заметно и нашлось бы множество людей, которые начали бы копать под нас. В такой ситуации мы могли бы оказаться загнанными в угол, и в конечном итоге у нас бы остался только один выход из этой ситуации – уничтожать каждого, кто заинтересуется нами. Чтобы его избежать, мы даём другие тайны, мы задаём другие загадки, которые люди могут решать. Мы разжигаем костры, чтобы наше пламя не было бы столь заметно и маняще. Да, ради того, чтобы создаваемые нами истории эффективно выполняли бы свою функцию, в эти костры приходится кидать не только дрова. Но, если мы не будет поддерживать достаточно непроницаемую завесу из созданных нами тайн, за ней разглядят то, что мы стараемся скрыть.
– И опять всё сводится к хранимой братством тайне. Как же я могу делать выбор, если я не знаю её?
– Поэтому нам и нужны не самые обычные люди. Делай вывод на основе имеющейся информации. Принимай решения, основываясь в том числе и на той крови, что мы проливаем, как своей, так и чужой.
– Мне кажется это невыполнимой задачей.
– Чтобы хоть сколько-то помочь тебе, мы и держим путь в Индию.
– Но там мне не раскроют самой тайны.
– Всякое может случиться, но, в худшем случае, тебе расскажут часть её истории.
– А что, если и это не убедит меня? Вас сменят другие братья из Чёрного отряда? Всё ради сохранения тайны?
– Не перегибай палку. Много кто после разговоров с гуру, отказывался от братства, и ты бы удивился, узнай, сколько среди них известных тебе имён. Многие из них, используя пусть и небольшой опыт обучения в братстве, стали известными людьми. Главное не переступать определённые границы и не нести угрозы целям братства. Даже когда
