— Что такое, Эриадор? — озабоченно спрашивает он. — Вам не нравится ваша охрана?
И лицо такое серьезное-серьезное! Прямо само беспокойство. А внутри ржет.
— Не нравится, — категорично мотаю головой я. — Они едят кошек, кусаются и вообще не люди!
От двери приходит эмо-волна с трудом сдерживаемого гнева.
Ничего, перетопчутся!
— Ну что же вы так, Эриадор, — говорит ректор, откидываясь на спинку кресла и разводя по столу руки. — В империи живут многие расы. Мирно живут. И такая открытая нетерпимость! Не ожидал от вас, не ожидал. Это даже… неприлично, так говорить!
В голосе сокрушенно качающего головой Мотэдиуса слышалось истинное осуждение.
— Я им не доверяю, — громко говорю я, проигнорировав попытку надавить на мое чувство вины.
— Совершенно зря, — отвечает Мотэдиус. — Когда вы познакомитесь с этими прекрасными воинами поближе, думаю, что вы измените свое мнение.
Ректор явно работает на публику. На варг.
— Я уже назнакомился, — говорю я, — хватит! Император им тоже не доверяет!
Стрелка эмо-фона от двери переползла из сектора «гнев» в сектор «ненависть».
— Наш Верховный совет доверяет, — нахмурился Мотэдиус. — Свидетельство тому — подписанные бумаги, которые перед вами на столе. И император доверяет, ибо до сих пор особые пятерки служат ему верой и правдой…
«Мало ли дураков в совете… да и вообще на свете?» — подумал я про себя, но вслух произнес другое.
— А как же быть с академией? И с одной известной книгой, которую все читали? Неужели император принял ошибочное решение?
— К сожалению, дворцовые интриги никто не отменял… — Ректор глубоко вздохнул. — Но думаю, что все в ближайшее время может измениться. Его величество весьма разочарован последними событиями, в котором орден показал себя не с самой лучшей стороны…
Торжество от двери.
М-да? Что, книжка действовать перестала? Быстро. Недолго музыка играла… Ладно, посмотрим…
— Поэтому, Эриадор, вы можете совершенно спокойно отправляться в путь с такой надежной охраной. У меня нет никаких сомнений в том, что вернетесь вы целым и невредимым…
— А если я откажусь по причине личной неприязни? — быстро спросил я, не давая ректору закончить его длинную мысль.
— Ну… тогда… Тогда экспедиция будет отменена, а вы освобождены от занимаемой должности.
— Неужели так все критично? Неужели во всей империи не найдется какой-нибудь… другой охраны? Тем более что на вид это не охрана, а какие-то малолетние девчонки!
Кристаллизованная ненависть от двери.
— Обращу ваше внимание на тот факт, что решение в данном вопросе принимаете не вы, Эриадор. Решение принято советом. Все бумаги подписаны, деньги выделены, охрана назначена. Еще раз вам повторю: ничего сложного и опасного в экспедиции не предвидится. Если в Этории считают, что такой охраны достаточно, значит, так оно и есть. Вы можете либо согласиться, либо отказаться… с соответствующими последствиями.
— А что, мое мнение никак не учитывается? Я же глава экспедиции!
— Для которого она первая. Поэтому нет ничего удивительного в том, что часть забот по ее подготовке приняли на себя более опытные и знающие ваши коллеги. Совершенно не вижу причин вашему упрямству, Эриадор! Варги всегда охраняли магов. И продолжают этим заниматься. Так или иначе, вам придется сталкиваться с ними всю вашу жизнь.
— А мои мозги? — поинтересовался я.
— А что с ними? Ваши мозги останутся при вас. Охране даны совершенно четкие инструкции, поэтому опасаться вам нечего.
— Мне кто-то обещал секретное заклинание…
— Оно применимо только к тем, кто владеет магией.
— Вот как?
— К сожалению, да. Ну так что вы решили, господин Аальст?
Я вновь повернулся к двери и встретился с взглядами, которые не обещали мне ничего хорошего. Хотя лица были бесстрастные. Хорошие такие лица. Симпатичные. Молодые…
Я в задумчивости посмотрел на стройные фигуры, застывшие у порога. Заметил, как у них у всех уверенно лежат правые ладони на рукоятях мечей, на стройные ноги в высоких черных сапогах…
Курощение и дураковаляние… Это может оказаться весьма забавным, тем более что выбора у меня практически нет. Либо послать всех и гордо покинуть архив, либо расплатиться с Мотэдиусом за Эриэллу. Если честно, он имеет право на «встречный ход». Что ж, ладно, потерплю уж как-нибудь их присутствие… Тем более что там вроде портал нерабочий имеется… Буду считать это платой за свое вероятное освобождение. К тому же они еще молодые. Озабоченность у варг, помнится, начинается в более старшем возрасте. Вполне вероятно, что это действительно достаточно безопасно… Никто на меня кидаться не будет. Если только госпожа старший лейтенант…
Я еще раз оценивающе окинул взглядом лейтенантшу и повернулся к Мотэдиусу.
— Хорошо, господин ректор, — сказал я, — я снимаю свои возражения. Я еду.
Две варгуши.
— Я думала, он будет старше… — задумчиво произнесла Анжелина.
— Ты об Аальсте, что ли? — спросила Кира, с которой она за последнее время сдружилась как-то больше других.
— Угу, — кивнула Анжелина.
— Почему? Потому, что он архивариус?
— Да. Я почему-то представляла его стариком. Седым и с бородой.
— Если честно, то я тоже ожидала увидеть кого-то постарше…
— А он ничего так… Симпатичный. Только слишком высокомерный.
— Высокомерный? Да он просто наглая скотина! Такую еще поискать нужно!
— Согласна. Как мы с ним три месяца проживем? Мне его уже сейчас убить хочется!
— Ничего… не боись! Обломаем! Будет тапочки в зубах носить…
— Ты думаешь?
— Чего тут думать! Варги мы или нет? Сама увидишь!
— А чьи тапочки?
— Кто обломает, того и тапочки!
Кира улыбнулась во всю ширь.
— А как же приказ?
— А мы не будем нарушать. Мы потихонечку…
— Как это?
— Увидишь. Это нужно показывать.
— А если нас потом накажут?
— Ой, ну не будь такой трусихой! Когда еще подвернется такой случай — человеку голову задурить? Я так люблю это делать! — Кира хищно улыбнулась, полностью обнажив свои небольшие клыки.
— А что, разве ты уже это делала? — удивилась Анжелина.
— Да сотню раз! —
