Когда трасса скользкая, то тормозить надо умеючи. Самое разумное – периодически нажимать и отпускать педаль тормоза, потому что коэффициент торможения больше, если колеса время от времени проворачиваются. Особенно опасной дорога становится, когда начинается дождь: на асфальте образуется масляная пленка и машину при торможении несет, как на лыжах. Однако в трагедии с Быковым, на мой взгляд, «виноват» не только мокрый асфальт. Когда я подошел к «Волге» и посмотрел на ее резину, то увидел, что она такая же лысая, как сегодня моя голова. А ехал Леонид Быков не быстро, скорость не превышала 80 – 90 километров в час.
Свидетели автокатастрофы обижаются на тех, кто несколько лет назад поставил памятник Леониду Быкову – он установлен не там, где погиб знаменитый режиссер. На самом деле место происшествия находится примерно на 400 метров дальше.
– Когда Быков погиб, я думал, что сюда народу понаедет, вопросами замучат, – с горечью вспоминает Волынец. – Однако этого не произошло. Однажды я стоял на контрольном пункте и тормознул попутку, чтобы добраться до дома. За рулем сидел киноактер Николай Олялин, я его сразу узнал. Он ехал на дачу. По пути разговорились, я ему место смерти Быкова показал. Через несколько лет приезжали представители Киностудии им. Довженко. Я им также это место показывал. А потом лет на пятнадцать тишина установилась. Ковальчука и Красия тоже никто не спрашивал, где погиб Быков. Обидно, конечно, что так и будет теперь памятник стоять не на своем месте…»
Все вышесказанное хочется подытожить словами дочери Леонида Быкова Марьяны: «После гибели Леонида Быкова одна за другой посыпались статьи с версиями. Одни называли случившееся «инфарктом», другие – «самоубийством», третьи – и это окончательный вывод следствия – «грубой небрежностью неопытного водителя». Я не могу утверждать, что автокатастрофа была подстроена. Не буду спорить с официальными заключениями. У меня есть своя точка зрения…
Трассологическая и судмедэкспертиза показали, что инфаркта в момент аварии не было: сердце – единственный орган, оставшийся целым. Кроме того, человек с остановившимся сердцем не мог 22 метра давить на тормоза. Как не мог режиссер, начавший съемки нового фильма, заботливый и преданный отец и муж, гнать машину навстречу смерти. Но и под характеристику «неопытного водителя» Быков не подпадает. Он имел солидный водительский стаж и намотал не одну тысячу километров. Друзья – военные летчики, обучавшие его секретам вождения, говорили, что ездил он красиво и легко – так же, как играл в своих фильмах…
За четверть века история его гибели покрылась вязкой паутиной домыслов, сплетен и откровенного вранья. Искать истину – дело неблагодарное. Проще запустить очередную газетную утку. Например, о том, что человек, протаранивший быковскую «Волгу», умер после аварии на ЧАЭС, а перед смертью ходил на его могилу просить прощения. На самом же деле водитель злополучного грузовика жив, просто сменил прописку, пытаясь избавиться от клейма «убийцы»…»
В заключении автотехнической экспертизы есть фраза: «Располагая расстоянием 48 метров, водитель ГАЗ-53 Сергей Колесниченко не имел возможности путем экстренного торможения предотвратить это столкновение». А значит, у водителя грузовика не было шансов избежать столкновения. Но почему актер не ушел от смертельного тарана, хотя у него была такая возможность? Тормозной путь в 22 метра доказывает, что Леонид Быков не шел на столкновение сознательно, он боролся.
Судебный процесс длился два месяца, до 10 июня 1979 года. После аварии водителя грузовика сняли с машины и перевели в слесари. Все это время юноша жил в страхе, не сомневаясь, что суд вынесет ему высшую меру наказания. Когда все экспертизы доказали, что в случившемся виноват сам Быков, водителя грузовика освободили из-под ареста. Однако он так и не смог отделаться от чувства вины за смерть знаменитого актера.
– После того как расследование было закончено и дело закрыто, я вызвал этого парня в Киев, – вспоминает бывший следователь, ныне подполковник, адвокат, глава юридической фирмы Виктор Чевгуз. – Сообщил о прекращении уголовного дела. «Ты свободен, можешь ехать домой», – говорю ему и провожаю его в коридор. Через полчаса я вышел из кабинета, вижу, парень, свесив голову, сидит на скамейке вместе с женой. Между ними – туго набитый холщовый мешок. «Я ему сухарей насушила в тюрьму», – говорит супруга. «А разве вам муж ничего не рассказал?» – удивляюсь я. «Нет, – говорит, – как вышел, так сел и молчит». После этой трагедии молодой человек пытался покончить жизнь самоубийством. Жена собственноручно вытаскивала его из петли. Через семь лет его все-таки не стало. Говорят, он умер от лучевой болезни после чернобыльской аварии 1986 года. Перед смертью он обратился к жене: «Поезжай на могилу к Быкову и попроси у него прощения…»
Аварию, в которой погиб Леонид Федорович Быков, все, кто его любил, восприняли как личную трагедию. В народе говорят – «солдаты не умирают в постели». Леонид Федорович называл себя «солдатским актером», он и умер, как солдат, в бою…
Прощание
Он умер, потому что ему не дали снимать.
Алексей Смирнов
Похороны Леонида Федоровича Быкова состоялись в Киеве 13 апреля 1979 года, когда апрель буйствовал по-весеннему солнечно, а на деревьях распускалась первая листва.
На похороны пришло много людей. Сначала прощались с Леонидом Федоровичем в его квартире в доме номер восемь по улице Ованеса Туманяна, где с 1975 года жила семья Быковых, затем спустились во двор его шестнадцатиэтажки.
Выполняя последнюю волю Быкова, изложенную в завещании, траурная процессия шествовала в полной тишине, которая обрушилась на всех и давила своей неотвратимостью. Знал ли Быков, что в молчании еще труднее прощаться?
Киновед Татьяна Деревянко: «Было очень жарко, и мы долго ждали начала похорон. Впереди траурной процессии на Байковое кладбище ехал студийный грузовик, на котором был установлен портрет Быкова, размером 2X3 метра, нарисованный за одну ночь. За грузовиком ехал катафалк и множество машин. Грустная процессия медленно двигалась через центр города, и, видя портрет Быкова, люди тормозили наши машины, садились в них и ехали на кладбище».
Друзья Леонида Быкова в точности воплотили его последний режиссерский сценарий. На похоронах не было ни траурных маршей, ни торжественных речей, ни громоздких венков. В этот день на Байковом кладбище не звучало ни траурных выступлений, ни пышных фраз – все, как он хотел. Глотая слезы, «вторая поющая» в последний раз исполнила своему комэску его любимую «Смуглянку».
Николай Мащенко так вспоминал этот день: «Тысячи людей рыдали. Я не знал, как люди выдержали до конца. И как актеры, которые исполняли песню, допели ее до конца. А потом стояла великая гробовая тишина…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
