Звезда завершила свою жизнь взрывом, разбросав по всей галактике материю своего ядра – это была вспышка сверхновой. Потоки материи, богатые разнообразными тяжелыми металлами, пронеслись мимо более спокойной соседки и ее спутников, часть их удалось захватить планетам и пополнить тем самым элементный состав своей коры. Система обогатилась, нажившись на смерти соседа.
Первая планета также позаимствовала часть этого богатства, существенно увеличив свою массу, впрочем, как и другие. Но больше всего остатков вспышки сверхновой попало на орбиту вокруг звезды, образовав впоследствии планеты. Теперь у звезды было три маленьких спутника и четыре больших.
– Марс, Земля, Венера, – воскликнула Афра. – А первая планета, которую мы видели – это Нептун, наша планета!
Шен вновь не снизошел до ответа. Иво ощущал, каких усилий стоило Шену отыскивать, классифицировать и соединять нити макронных потоков, преобразуя все это в хронологически связанную и доходчивую историю Солнечной системы. Эта задача требовала всей мощи интеллекта Шена, вычислительного таланта на уровне его таланта в лингвистике. Шен обладал исключительными способностями и имел исключительные замыслы: Иво уже начал было забывать, каким невероятным интеллектом обладало его второе "я". Если мышь, рожденная под знаком Льва, все же оставалась мышью, то лев, даже если его запрягла мышь, оставался львом. Или, как в этом случае, Овном.
Прошло еще некоторое время, система постепенно накапливала материю. Прошел еще миллиард лет, и еще одна сверхновая вспыхнула неподалеку. Дождь ее останков проходил через систему, все планеты взяли свою дань, и, к тому же, был получен материал для создания еще двух планет и множества маленьких спутников.
– Меркурий и Вулкан? – спросила Афра. – Или это Плутон не на своем месте?
Теперь было пять внутренних планет, больше, чем требовалось.
Шен продолжал работать. Из дальнего космоса пришли астероиды. Многие проходили дальше, лишь слегка изменив маршрут в гравитационном поле Солнца. Один, однако, был захвачен, и лег на неустойчивую орбиту неподалеку от Юпитера.
– Шесть внутренних планет? – в тоне Афры слышалась уже ярость.
Но это оказалось не так. Юпитер грубо схватил вновь прибывшего своим полем и швырнул его в сторону Солнца, к орбите следующей внутренней планеты. Слишком близко, планеты стали сближаться.
Они разломились на куски еще до того, как соприкоснулись.
– Достигнут предел Роше, – прокомментировала Афра.
Один из осколков помчался к Сатурну, и уже почти стал спутником – но оказался слишком близко. Еще одна иллюстрация сферы Роше – луна рассыпалась на множество кусков, которые собрались в кольца Сатурна.
Но самый большой обломок полетел дальше. Он подошел к Нептуну, но разломился там надвое, образовав два гигантских осколка и множество мелких. Один осколок был отброшен еще дальше, но не покинул солнечную систему, а стал самой дальней планетой – Плутоном, другого же взял под свою опеку Нептун, и он стал его спутником – Тритоном.
Два других участника катастрофы свалились на внутренние орбиты, они были слишком велики, чтобы выйти из системы. Эти два тела образовали двойную систему – Земля и Луна.
Затем на экране появилась поверхность Земли в почти нормальном масштабе времени, семьдесят миллионов лет назад: необычные континенты, необычная жизнь как на суше, так и в океане. Но произошло неожиданное – Луна подошла слишком близко к Земле, сейчас она проносилась на расстоянии, равном одной десятой от того, на котором она находилась во времена человека. Это было отнюдь не романтическое сближение, а угроза еще одной демонстрации физического смысла формулы Роше. Приливы на Земле превратились в настоящее бедствие, зияющие трещины рассекли поверхность Луны. Горы воды прокатывались по континентам, сметая все на своем пути, не оставляя за собой ничего, кроме голой и ровной суши. Наземная жизнь стала невозможной, были смыты даже ископаемые останки, высокоразвитые морские животные тоже вскоре вымерли в этой буре приливов. Прогресс жизни на Земле был отброшен назад на миллионы лет – это был самый грандиозный катаклизм в истории планеты.
– А сейчас мы занимаемся любовью при свете Луны, – заметила Афра. – И в наших гороскопах она означает чувство.
Гарольд ничего не ответил.
Остатки этого столкновения планет за орбитой Марса ждала различная судьба – шесть из них по спиральной орбите упали на Солнце, не оставив следа, часть образовала вокруг Солнца что-то вроде пояса, позже он был назван человеком поясом астероидов, многие обломки стали маленькими лунами других планет.
Третья сверхновая, более далекая, выбросила в сторону Солнца облако пыли и газа – в системе появилось еще несколько крошечных спутников. Некоторые сгустки газа стали кометами, но в основном система уже устанавливалась, и важные изменения были уже позади. Таким образом, Солнце и его семейство планет были образованы из материи со всей галактики, часть тел системы была очень молода, часть гораздо старше, чем само Солнце. По мере отдаления Луны на Земле начала возрождаться жизнь, на поднявшуюся из воды сушу и на древние континенты выползли первые представители сухопутной флоры и фауны.
Но и это было еще не все – из центра звездного скопления галактики прибыл неизвестный объект. Это материальное тело двигалось очень медленно, будто его кинетическая энергия была растрачена при прохождении через другие системы. Оно обогнуло Солнце по дуге с чрезвычайно большим радиусом и, как бы нехотя, легло на орбиту на среднем расстоянии в семь миллионов миль от Солнца.
– А это еще что? – спросила Афра.
– Да эта штука раза в два больше Юпитера! – сказал Гротон. – Как же она может быть в системе, если мы ничего о ней не знаем?
Иво был почти уверен, что это шутка Шена.
Картинка остановилась: современная ситуация, плюс-минус миллион лет. Они просмотрели краткий курс по истории Солнечной системы.
– Замечательно, Иво! Если вы сделали это, то вам под силу все. Поздравляю!
Иво снял окуляры. Все улыбались ему, а Афра явно хотела что-то сказать.
– Это сделал не я.
– Как вы можете такое говорить! – возмутилась Беатрикс. – Мы же все видели, все было очень хорошо!
Афра и Гарольд посерьезнели.
– Шен? – сочувственно спросил Гарольд.
Иво кивнул:
– Он сказал, что у меня на это уйдет две недели, и это действительно так. И что у него на это уйдет час. Я дал ему попробовать.
– Но это же опасно? – спросила Афра.
– Да. Но мне удалось сохранить контроль.
Гарольд не был удовлетворен.
– Мои гороскопы говорят, что человек вроде Шена вряд ли станет предпринимать подобные усилия без личной выгоды. Чего же он хотел?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
