— объявил Верещагин, держа руки за спиной. — Астафьев, ты первый!
Прозвенел гонг, и высокий худой парень бросился в атаку. Укрепление тела я пока что не мог держать во сне, однако во время бодрствования мне ничего не мешало. А потому его резкий скользящий удар, который невозможно было бы заметить в обычной ситуации, сейчас был для меня просто быстрым.
Уклонившись от атаки, я заблокировал второй кулак, несущийся мне в грудь. Хватит, один раз мне рёбра уже поломали! Рука Астафьева вспыхнула, и Воздушный кулак долбанул так сильно, что мои ноги, плотно стоящие на земле, проскользнули на добрый метр.
Верещагин хмыкнул достаточно громко, чтобы я его услышал.
— Ну что же, Воронов, так и будешь стоять? В обороне войну не выигрывают. Шевелись!
Следующий удар Астафьев нанёс ногой. И снова вокруг его конечности вспыхнула синяя дымка. Воздух застонал от этого рывка, а я не успевал отскочить. Пришлось брать стопу противника на жёсткий блок.
И меня едва не опрокинуло от столкновения. Аристократ на деле доказывал, что он уже умеет больше, чем могли научить меня. Это ведь тоже какое-то местное заклинание.
Впрочем, в эту игру можно играть вдвоём.
Следующий удар в корпус я отклонил, а сам, наложив на правую руку Воздушный кулак, выпустил магию. Но только в тот момент, когда моя кисть уже соприкоснулась с грудью аристократа.
Его техника укрепления выдержала. Я успел заметить ухмылку Астафьева, прежде чем он контратаковал.
Жёсткий удар я пропустил мимо, пригнувшись под руку. Перехватив конечность, подбросил её вверх, а сам ударил пяткой в колено противника. И вновь техника защитила хозяина, однако тому пришлось сделать несколько шагов, чтобы удержать равновесие.
И пока он выравнивался, я запустил два Воздушных кулака на той мощности, что снесла щиты на полигоне. Такого сдвоенного удара аристократ уже не выдержал. Дымку укрепления тела с него просто сдуло, а сам он покатился кубарем прочь.
— Этот готов, — объявил Верещагин. — Самойлов, твой выход!
Как для контраста, второй спарринг-партнёр оказался ростом поменьше первого, зато шире в плечах. И стоило ему войти в круг, как все его тело покрылось коркой льда. От Самойлова повалил пар — магический холод растекался вокруг, превращаясь в паровые облачка. Но это не мешало аристократу ориентироваться в пространстве.
Взмахнув рукой, он создал несколько сосулек, которые полетели в моём направлении. Не преодолев и метра, они развалились на части, превращаясь в десятки мелких осколков. И вот уже они ударили в меня.
Всё, что я успел сделать за это время — увидеть, что происходит. А вот осознавать пришлось, уже лёжа на земле. Там, где осколки магии Самойлова попали в меня, дымка укрепления тела просто отсутствовала. Зато форма промокла, и болели места удара.
Его магия пробила мою защиту и смогла добраться до моего тела. Дурной знак.
Поднявшись на ноги, я снова натянул на себя силу из источника, восстанавливая дымку укрепления тела. А Самойлов, дождавшийся, когда я закончу, тут же перешёл в ближний бой.
Его ледяная броня, источающая туман, вспыхнула голубым огнём, вдоль предплечий выросли острые льдины. И сталкиваться с ними мне очень не хотелось. Противник работал руками, явно намереваясь напластать меня на куски. Напирал, не давая мне передохнуть.
И это слушатель подготовительного курса! Кем же он станет после выпуска?
Очередной удар лезвием прошёл в опасной близости от моего лица, и я взбесился. Какого чёрта меня здесь пытаются убить?! Мы так не договаривались! Я сюда учиться приехал, а не бесславно погибнуть на тренировке.
Вложив в ногу как можно больше магии воздуха, я пробил аристократу стопой в солнечное сплетение. Ледяная броня рассыпалась, Самойлова согнуло пополам, он стал разевать рот, стараясь вдохнуть. А я добавил ещё раз, вкладывая в удар ещё магию.
Мой ботинок впечатался в лицо аристократа, разбрызгивая вокруг кровь и слюни. Самойлова подкинуло в воздух, и он рухнул на землю спиной. Верещагин тут же оказался рядом и, осмотрев поверженного мной противника, дал знак дежурному медику.
— Самойлов на сегодня кончился, — объявил капитан. — Громов, твой выход!
Самый здоровый из пятёрки аристократов спокойно кивнул, вставая напротив меня. Даже безо всякой магии завалить его врукопашную для меня было бы крайне сложно. А ведь я видел, что его укрепление тела по плотности уступает только моему. Свалить такой шкаф шансов у меня было немного.
Впрочем, я понимал, зачем Верещагин всё это устроил. Сергей Валерьянович хотел наглядно мне продемонстрировать, что меня ждёт в поединке с Лисицким. А потому не запрещал аристократам пользоваться заклинаниями. Он, наоборот, хотел показать, что шансов у меня нет.
Но я бы не был собой, если бы отступал всякий раз, когда начинались трудности.
— Бой!
Глава 11
Громов хлопнул в ладоши, раздвинул руки и, словно в подтверждение своей фамилии, продемонстрировал мне грохочущий раскатами разряд молнии. Чем шире аристократ разводил руки, тем больше ветвилось заклинание. Я видел белёсую дымку, что тянулась от самых локтей противника.
А в следующий миг Громов выставил одну руку вперёд, и в меня устремилась молния. Я рванул вбок, уходя от взбесившегося электричества, но снаряд, уже пролетев мимо, извернулся, меняя направление.
И вонзился мне в спину.
Укрепление тела слетело мгновенно, меня тряхнуло так, что лязгнули зубы, но я вовремя успел повторить технику. А Громов, уже успевший оказаться рядом, тянул ко мне открытую ладонь, на которой бесновалась новая молния.
Моё заклинание Воздушного кулака ударило мне под ноги, отбрасывая меня самого прочь. И вторые чары аристократа ударили в землю, потратившись впустую. При этом дымка, которую Громов держал на своём теле, ничуть не изменилась.
А я использовал заклинание, показанное мне Астафьевым. На этот раз я поступил с ним, как и с Воздушным кулаком — направив в противника. Однако Громов сложил пальцы каким-то слишком быстрым жестом, и тут же окутался вспыхнувшей золотом полусферой. Мои чары ударили в неё, мгновенно разрушив эту защиту, но при этом не причинив вреда поставившему её магу.
А как только сфера распалась, я сперва услышал новый треск электричества, и только потом уже увидел, как Громов швыряет в меня сразу оба разряда.
Я попытался сбить их Воздушными кулаками, но молнии просто обогнули место моего удара, затем сошлись вместе, сплетаясь в жгут тока толщиной в мою руку. Мне удалось на этот раз уклониться: ударив Воздушным кулаком себе под ноги, я лишился укрепления тела на ступнях, зато подлетел на добрых два метра и не иначе как чудом
