class="p1">- Отчего же, - усмехнулся Кингсфорд, однако в голосе его веселья было мало, - пойдём только через смежников.
- Это каких?
- Не тех, о которых ты подумал, - покачал головой шеф. – Придётся обращаться к детективам «Интерконтиненталя». Их подключили к расследованию, и они обязаны делиться с нами полученной информацией, правда, делать это не спешат. Так что вот и повод встретиться с их шефом и переговорить насчёт встречи с Корвдейлом.
- И он всё так запросто устроит? – удивился я.
- Не он сам, но его начальство – на них тоже давят и требуют результатов. А заправилы «Интерконтиненталя» игроки той же весовой категории, что и Корвдейл, и если дать им чётко понять, что от разговора может зависеть судьба всего расследования, то встречу они нам организуют. Не быстро, конечно, но смогут сделать это. Главное, чтобы потом результат был, иначе нам придётся туго.
- Разве частная компания может устроить нам неприятности?
- Такая, как «Интерконтиненталь» - запросто. На нас просто натравят нескольких их детективов, специализирующихся на такого рода делах, и через пару недель, максимум – месяц, все собранные материалы передадут в дисциплинарную коллегию, тогда нам вовек не отмыться. И, заметь, всё будет строго по закону и по правилам.
За этим разговором мы добрались до здания прокуратуры. Кингсфорд тут же выскочил из авто, мне же пришлось ехать на стоянку и сдавать «Ласситер». Когда поднялся в наш кабинет, шеф уже вовсю уплетал принесённый туда из столовой обед. Пришлось поторопиться, чтобы мне хоть что-то осталось. Пожрать Кингсфорд был не дурак.
[1] Пикты – самоназвание расы полуросликов
Глава восьмая. Волшебный двор
Детектив из «Интерконтиненталя» заявился к нам прямо самого утра. С него можно было рисовать рекламный плакат агентства – не молодой, но и не старый (я бы дал года тридцать три, не больше), высокий, подтянутый, даже можно сказать спортивный, гладко выбритый и пахнущий довольно недешёвым парфюмом. В хорошо пошитом костюме, лишь немного (как мне показалось даже нарочито) выпиравшем под мышкой, где скрывалась кобура. Он не удовольствовался лишь удостоверением и нацепил на лацкан пиджака значок агентства с открытым глазом и подписью мелким шрифтом «Мы бдим всегда».
Кингсфорд тут же выпроводил нас из кабинета, внезапно выдав талоны на усиленное питание, чтобы мы, как он выразился, хорошенько подзаправились в столовой и ему не забыли взять порцию. Сам же заперся с детективом, так что о чём они говорили, никто из группы не узнал. Но проговорили довольно долго – спустился в столовую Кингсфорд больше чем через час и вид у него был довольный.
Утреннюю выволочку шеф перенёс именно так, как и говорил – легко и без последствий. Только прочёл нам уже в столовой короткую лекцию о бдительности в отношении властями предержащих, и напомнил круг лиц, к которым нельзя подходить и близко без ордера, подписанного королевским судьёй. Мы внимали, работая челюстями. Зашёл в столовую и детектив, но сел отдельно, взяв себе пару тёмного пива и бутерброды на закуску.
- Хорошо живут, ребята, - почти с завистью кивнул в его сторону Варбёртон. – Можно с утра тёмным заправиться, не то что нам.
- С их заработками пивом можно заливаться хоть целыми днями, - буркнул особенно мрачный с самого утра Тимберс.
Он ещё ни разу не просил отпустить его. Когда наша группа отправилась в столовую, пошёл вместе со всеми, даже не попробовав улизнуть.
- И много заработаешь, если пиво пить целый день? – спросил у него Крисмидор.
Тимберс ничего не ответил, сосредоточившись на еде.
Не успели мы закончить внезапный второй завтрак, как в столовую влетел непосредственный начальник Кингсфорда, и куратор нашей группы – королевский прево сэр Найджел Суинни. Именно из его кабинета вернулся шеф после ожидаемой выволочки.
- Сидите тут, - рявкнул он на всю столовую, так что большинство головы пригнули, чтобы не заметил. Исключением был разве что детектив, потягивающий своё пиво с равнодушным видом. – Бегом все в машину – и марш в Бригсти. Ночью кто-то разнёс Двор чудес. Криминальная полиция уже там.
Выдав эту короткую тираду, королевский прево убрался восвояси, закрыв за собой дверь столовой.
К моему удивлению ни Кингсфорд, ни остальные не спешили выполнять приказ. Лишь принялись быстрее доедать.
- Мы не армия, - глянул на меня Крисмидор, собирая с тарелки остатки пирога с курицей. – У нас после окрика никто не бежит, сломя голову.
- Ну так криминальная полиция уже там, - удивился я, но, конечно же, вскакивать и бежать в гараж не стал.
- Вот пускай и работают, - кивнул Кингсфорд, - а мы приедем, и они нам всё доложат в лучше виде. Не горит же, так что и спешить некуда.
Покончив с едой, мы направились в гараж. Только Тимберс почти бегом помчался в кабинет забирать свою аппаратуру.
- Запахло работой, и наш гном забыл о том, что его тут незаконно удерживают, - усмехнулся Крисмидор ему в спину.
- Тимберс у нас настоящий гений по части фотосьёмки, - заявил по дороге Варбёртон. – Такого найдёт и наснимает, что криминалисты диву даются. Открыл бы ателье, мог бы хорошие деньги зарабатывать. Уж точно на пиво каждый день хватило бы.
- А почему он просит, чтобы его отпустили? – рискнул спросить я.
- Давняя история, - усмехнулся Крисмидор. – Тимберс ни в прокураторе, ни даже в криминальной полиции не служит. Шеф заметил его в одном дельце и затащил в нашу группу, поставил на довольствие, обеспечил аппаратурой по первому разряду.
- Так чего ему не хватает-то? – удивился я. Мы все уже стояли в гараже, ждали фотографа, и я воспользовался возможностью закурить.
- Да, железнобок правильно говорит – Тимберс запросто мог бы фотоателье открыть. Он и денег подкопил и выкупил аппаратуру, да только шеф не пускает его. Не хочет терять такого классного фотографа. А ссориться с прокуратурой Тимберс, само собой, не желает.
Кингсфорда совершенно не смущало, что о нём говорят в его присутствии. Он дымил крепким пеллмеллом, не обращая на нас внимания, и думал о чём-то своём. Если честно, впервые видел его в таком настроении.
Но стоило примчаться Тимберсу, выглядевшему комично из-за длинного штатива рыцарским копьём лежавшего на плече, и объёмного (почти с него размером) саквояжа с аппаратурой, как Кингсфорд тут же скинул с себя задумчивость, каблуком раздавил окурок сигареты, и велел всем рассаживаться.
На сей раз
