Мистер Бэрке сурово поджал губы и в бессильной ярости сжал кулаки:
— Грязный, извращенный, злобный трус. Надо сообщить твоему опекуну, миледи. Он обязан защитить тебя. Отныне я буду всюду сопровождать тебя, и не без оружия!
Мистер Бэрке давно считал, что бремя сохранения Лэмб-холла было не для хрупких девичьих плеч. Маскарад представлялся убедительным поначалу, но ему совсем не следовало одобрять такой ужасный, скандальный замысел. Он должен был понять, что, после того как Бернард Лэмб вызвал гибель Антони, опасность станет угрожать Антонии.
Тони тяжело опустила плечи:
— Мне претит сама мысль, что нужно говорить Адаму Сэвиджу, навлекая на себя его презрение. Однако, по-моему, выбора нет. Обращаться больше не к кому. Пойдешь со мной на Хаф-Мун-стрит?
Мистер Бэрке предложил пойти следом за Антонией, а Яне вместе с ней. Таким путем он заметит всякого, кто следит за молодым лордом Лэмбом, и прикроет ее со спины.
Тони без приключений добралась до дома в Мейфер и стала ждать в приемной мистера Бэрке.
Адам Сэвидж как раз спускался по ступеням, собираясь уходить.
— Тони, именно ты мне и нужен. Как обычно, я опаздываю в палату, но несколько минут ничего не изменят. Я хочу, чтобы ты оказал мне огромную услугу, но это означает, что нужно съездить в Ирландию.
— В Ирландию? — Тони ухватилась за его слова, увидев возможность бежать из Лондона и скрыться от Бернарда Лэмба.
— Да. Хочешь верь, хочешь не верь, но я собираюсь пополнить высокочтимые ряды аристократии, — насмешливо начал он, — правда, ирландской аристократии. Его королевское высочество, хотя и небескорыстно, предложил мне на выбор два замка. Не говоря уж о том, что у меня нет времени, я не слишком разбираюсь в замках. Но думаю, что ты разбираешься…
Такая замечательная новость сразу подняла настроение Тони.
— Ну, можно сказать, я понапрасну потратил отрочество, изучая старинную архитектуру.
— Теперь у тебя есть возможность проверить свои познания на практике. Мне бы хотелось, чтобы ты побывал в Блэкуотере, это в графстве Уотерфорд, и дал свою оценку. Возможно, на следующей неделе я найду время посетить другое владение, в Корке. Потом мы встретились бы в Блэкуотере и вместе вернулись домой.
В это время подошел мистер Бэрке.
— Доброе утро, Бэрке. Может быть, съездишь с Тони в Ирландию? Пойдем наверх, я попрошу Слоуна написать, как туда добраться, и дам денег на поездку. Лучше всего отправиться морем из Бристоля.
Мистер Бэрке видел, что Антония не рассказала Сэвиджу о событиях прошлой ночи. В данный момент она верила, что предложенная поездка в Ирландию была для нее спасением. Мистер Бэрке знал, что поездка лишь откладывала неизбежное признание опекуну, кто она на самом деле. Однако он знал свое место и не помышлял открывать ее тайну. Решение целиком зависело от нее.
Тони с легким сердцем возвращалась на Керзон-стрит.
— Хочу поблагодарить вас, мистер Бэрке, за то, что не заставили меня признаться. Покинув Англию, я буду чувствовать себя в большей безопасности. Вы ведь не возражаете поехать со мной?
— Вполне уместно, чтобы я сопровождал вас, к тому же мне не терпится побывать на родине. Тони боязливо оглянулась через плечо:
— Мы должны быть полностью уверены, что мой кузен не следит за нами. Иначе в Ирландии будет опаснее, чем в Лондоне.
Когда они вернулись, Роз завтракала.
— Там, вы уже с утра на ногах. Или только возвращаетесь домой?
— Разумеется, нет. Меня позвали на Хаф-Мун-стрит, и мистер Бэрке любезно согласился меня сопровождать, — допустила она маленькую ложь. — Адам Сэвидж должен быть возведен в звание ирландского пэра, и он просит меня съездить и оценить замок в Уотерфорде. После того как увидел, что я сделала в Эденвуде, он полностью довернет моему мнению. Разумеется, мистер Бэрке поедет со мной, — быстро добавила она, предваряя возражения Роз.
Леди Рэндольф и мистер Бэрке обменялись многозначительными взглядами.
— Антония, я не хотела тебя расстраивать, поэтому промолчала, но вчера я, по-моему, видела на углу Керзон-стрит Бернарда Лэмба. Я хочу, чтобы ты полностью удостоверилась, что он не следует за вами.
— У меня есть предложение, — оглядываясь, проговорил мистер Бэрке. — Почему бы вам не надеть собственное платье и одеться как леди?
— Блестящая мысль! — согласилась Роз. — Я поеду проводить тебя от станции почтовых дилижансов на Ладлейн. Билет лучше купи до Бата, а не до Бристоля. Когда приедешь в Бат, купишь билет до конца. Всякий, кто следит или спрашивает, подумает, что ты — Антония, возвращающаяся, как и сотни других знатных дам, в эту модную дыру на воды.
Тщательно поразмыслив, Тони нашла, что предложение заслуживает внимания Открыв дорожный сундук, чтобы уложить вещи Антони, она нашла там золотистый лиф, который носила в Венеции. Прикосновение к нему вызвало в памяти такие потаенные воспоминания, что она испугалась, как бы не увидела Роз. Быстро сунула под Одежду Антони и стала укладывать сумку с бельем для ночлега.
В поездку Тони выбрала светло-зеленое платье с зеленой мантильей. Напудрила собственные волосы, выпустив из-под капора из тюля, лент и страусиных перьев на левое плечо длинный локон. Было непривычно снова носить корсет и нижние юбки. К тому же это непривычно сковывало. В брюках она могла размашисто шагать и сидеть развалясь; в юбках приходилось двигаться более чинно.
Роз уложила в поездку всего два лишних платья, потому что Тони утверждала, что это более чем достаточно. Как только они ступят на землю Ирландии, она снова облачится в мужское убранство.
Порт Бристоль находился в ста двадцати милях от Лондона, что вызывало необходимость ночевки на постоялом дворе. Тони была довольна компанией мистера Бэрке. Его ирландское остроумие, несомненно, помогло скоротать долгие часы утомительной поездки. Одежда казалась ей очень неудобной, сковывающей движения Она бы с удовольствием уселась на козлы рядом с кучером. В то же время приходилось признать, что благодаря женской одежде представители противоположного пола проявляли по отношению к ней безупречную обходительность. Приветливые джентльмен и юная леди не вызывали никаких пересудов, так как с самого начала их приняли за отца с дочерью.
Когда дилижанс остановился в Рединге, до нее дошло, что она не сможет запросто зайти в пивную и вылить кружку эля. Это лишний раз напомнило, что этот мир принадлежит мужчинам.
С каждой милей, по мере того как они удалялись от Лондона, ее страхи в отношении Бернарда Лэмба все больше затихали. К тому времени, когда они прибыли в Бат, Антония перестала о нем думать и поклялась выбросить его из головы до возвращения в Лондон. Его зловещая тень омрачила ей не один день, поэтому она твердо решила сполна воспользоваться передышкой.
